Читаем Челнок Предтеч 4 онлайн бесплатно
Ну теперь все проблемы решены, производственные процессы запущены, можно уделить внимание перспективам. А что у нас в перспективе? Гравилит, однако. Пассажирские самолеты на гравилите можно считать в запуске, военные самолеты последуют за гражданскими. А вот насчет мини-самолетов или авиеток пока не уверен, что общество созрело. Боюсь, что сразу на них будут делать крылатые ракеты, ну в плане что не баллистические. А как этого избежать — ума не приложу. На Коре гравилит был у всех, что в конце концов привело к глобальному ядерному конфликту. Мы даем гравилит только СССР, сразу обеспечивая его глобальное преимущество. Но это не значит, что ответный удар к нам от США не прилетит — он уж точно прилетит. Поэтому это преимущество будет только в конвенциальной области, в которой СССР и США стараются не сталкиваться, как раз, чтобы не доводить противостояние до ядерной войны. Так что гравилит в СССР будет использоваться в военной технике достаточно широко, не только в самолетах, но и в других транспортных средствах, и в бронетехнике. Летающий танк, именно настоящий танк типа Т-72, а не его подобие в виде легкобронированного штурмовика! Ладно, конструкторы СССР пусть сами разбираются с этим.
Для гражданской сферы это тяжелые грузовики, карьерные самосвалы. И дороги для них не придется строить, для карьерных самосвалов — по воздуху руду будут доставлять на обогатительную фабрику.
Блин, а что же делать с нашими разработками — самолет «Колибри» и «Шмель»? Против гравилитовых движков они будут явно проигрывать. Но такие движки мы не будем поставлять за рубежи СССР, поэтому они вполне будут конкурентоспособными на рынке США. Да и в СССР, пожалуй, тоже найдут применение. Пока гравилит будет применяться ограниченно, они обеспечат транспортом нашу глубинку и районы Крайнего Севера. Да и для военных пойдут — для той же разведки. С ними гравилитовые движки в тыл врага отправлять никто не будет. Так что есть над чем нам поработать.
Через неделю мы перевезли свои мастерские из Спокана в санаторий «Лесная сказка», разместили их в большом ангаре на территории космодрома санатория — это же летающие штуки, вот там и будем их делать. Работников мастерских разместили в доме для сотрудников санатория, там стояла шестидесятиквартирная пятиэтажка.
Теперь требовалось показать товар лицом — вот с этого и надо начать — решил я и связался с Устиновым.
— Дмитрий Федорович, у нас готовы для демонстрации действующие образцы летательных аппаратов на супераккумуляторах, мне кажется, что они подойдут для армии — сообщил я. — Это самолет «Колибри» с вертикальным взлетом и посадкой, вертолет «Шмель». Готовы показать их в деле.
— Так, а в каких частях мы их можем применять? — сразу спросил министр обороны.
— Разведка — первое что приходит в голову. Штабная работа — курьеры будут быстро летать. Снабжение изолированных подразделений. Доставка пилотов на аэродромы из городков. В общем применений можно найти массу. А вообще-то я планирую их массовое применение в гражданской сфере в глубинке и на Крайнем Севере — сообщил я.
— Ну хорошо, возьму с собой командующих ВВС, разведки и связи, завтра будешь готов к демонстрации? — спросил Устинов.
— Да, можно с утра начать — сказал я.
— В десять мы прибудем к тебе, будь готов — ответил Устинов.
На следующий день кортеж министра обороны прибыл в наш санаторий. Его лимузин сопровождали четыре «Волги» и один УАЗ-469. Машины сразу проехали на наш космодром, выехали на поле полигона, и армейские чиновники начали выходить из машин. Мы с Погодиным подошли к Устинову, поздоровались с ним и сопровождающими его генералами.
— Ну показывайте ваши чудо-машинки! — попросил Устинов. Погодин отдал команду через коммуникатор и из ангара вылетел самолет «Колибри», подлетел к нам, приземлился на свое шасси.
— Вот товарищи, самолет «Колибри», четыре пассажира и пилот, плюс двести килограммов груза. Максимальная высота полета три километра. Крейсерская скорость триста километров в час, максимальная триста девяносто километров — сообщил я. — Дальность полета полторы тысячи километров, или пять часов полета обеспечивают аккумуляторы до полного разряда.
— Какие винты у него стоят? — спросил командующий ВВС СССР, маршал авиации Кутахов.
— Тут стоят винты от самолета Цесна-172 — ответил я. — Для рынка СССР и для армии можно будет использовать винты от других самолетов или делать копии этих винтов.
— Можно на нем полетать? — спросил разрешения маршал.
— Мы не против, если Дмитрий Устинович вам разрешит — улыбнулся я.
— Пусть полетает, даст свое квалифицированное заключение — разрешил министр обороны.
— Павел Степанович, это не истребитель, а авиетка, ее задача перевезти пассажиров с места на место, без всяких фигур высшего пилотажа — предупредил я маршала.
— Ничего, полетаем и на авиетке — сказал маршал, усаживаясь в кресло пилота. Наш пилот пересел на кресло рядом. Там был установлен второй комплект управления для обучения пилотов.
