Читаем Блейд онлайн бесплатно
- Я не знаю, остался ли он в Германии и жил ли он здесь до этого, но на тот момент он проживал в Гамбурге...
- В Гамбурге? - переспросил Блейд, потирая подбородок.
- Да, - кивнула Алиса. - Я проходила лечение в Гамбурге, потому что в Берлине не было бесплатных клиник для наркозависимых, а платить за лечение мне тогда было нечем.
- Это немного усложняет дело, - задумчиво произнёс блондин. - Но, думаю, и в другом городе я смогу его найти. Что ещё?
- На тот момент он жил и работал в Гамбурге уже год. Клиника, в которой я лечилась, называется «Heiliges wort» (Святое слово)...
Девушка замолчала, пытаясь вспомнить ещё хоть что-то, хоть какую-нибудь важную информацию, но память упрямо молчала. Она почти ничего не знала о том, о ком мечтала, только имя, фамилию, да место работы...
- Это всё, - виновато произнесла Алиса.
- Всё, так всё, - спокойно ответил Блейд.
Он в последний раз затянулся дымом и потянулся к тумбочке, чтобы потушить окурок, но пепельницы там не оказалось. Точно, он никогда не ставил пепельниц в гостевой спальне...
Ничего не сказав, парень вышел из комнаты, а вернулся уже с пепельницей, поставил её на кровать рядом с собой. Алиса терпеливо ждала, когда Блейд что-нибудь скажет, но он молчал. Складывалось ощущение, что молчание является самым органичным его состоянием, самым привычным. А ещё немного казалось, что парень просто забывает о том, что рядом с ним кто-то есть - кто-то неважный, кто не достоин его внимания.
Воцарилась тишина: долгая, напряженная для Алисы, которая каждую долю секунды ждала того, что блондин посмотрит на неё и отдаст приказ, и совершенно безразличная для Блейда. Минуты тянулись бесшумным громоздким поездом, парень продолжал, молча, сидеть, смотря куда-то в стену. Но взгляд его не был отупленным, рассеянным, как это часто изображают у психов, людей в глубокой тяжёлой задумчивости, потрясенных людей. Он просто смотрел вперёд своим совершенно обычным спокойным взглядом, а под чёрными люками его зрачков кружили и ютились, шипели мысли и воспоминания, которые Блейд не пропускал в своё сознание. Эти клыкастые «малыши» щетинили свои грязные серые хвосты и скалили острые зубы, и в шипении их можно было разобрать: «Беги, беги! Всё равно от себя не убежишь! Рано или поздно мы настигнем тебя!».
«Только не говори об этом отцу. Он сам попросил меня об этом. Не нужно донимать его расспросами...».
«Блейд, почему ты так негативно настроен к Фелиции? Почему ты не разговариваешь с ней?».
«Неужели, даже чаю не выпьете?».
Эти фразы, адресованные ему в разное время и разными людьми, Блейд вспомнил против своей воли, они просто перепрыгнули через ограду-оборону сознания и вгрызлись своими миниатюрными, но острыми, как бритвы, клыками в плоть психики, в сосуды сердца.
Неприязненно поморщившись, но не выдав ту боль, ту горечь, обиду, ненависть, что потянулись вслед за этими безобидными на первый взгляд словами, Блейд встал и, молча, покинул комнату, оставляя Алису в замешательстве и одиночестве.
«Ненавижу, сука-память, - шипел про себя блондин, стремительно спускаясь с лестницы и направляясь в сторону кухни. - Когда же ты уже наконец-то заткнёшься? Ты не нужна мне, от тебя нет никакого толка...».
- Разве во мне нет совсем ничего хорошего? - милым, слишком сладким голоском ответила память.
Блейд проигнорировал внутренний голос и, зайдя на кухню, достал из одного из кухонных шкафчиков бутылку бренди. Обычно, он не любил напиваться, но сегодня, кажется, придётся...
- За твой упокой, память, - произнёс блондин, поднимая бокал, словно обращаясь к невидимому собеседнику, что стоял напротив него. - Не чокаясь.
Выдохнув, блондин почти залпом осушил бокал и, дав себе секунду, чтобы проглотить обжигающий напиток, допил его остатки, оставляя лишь золотисто-коричневые капли на стенках стакана. Поморщившись, парень налил себе вторую порцию сорокаградусного напитка и сел за стол. Бросив взгляд на матово-металлические часы, лишённые всего, кроме тонких сверкающих в свете стрелок, Блейд сделал ещё два глотка, в этот раз, делая это медленно, смакуя.
Его совершенно не смущала ни неприятная горечь и жжение, присущие всем крепким алкогольным напиткам, ни то, что напиваться в одиночестве низко и мерзко, ни то, что алкоголь едва ли сможет помочь убежать от себя, если, конечно, не напиться до такого состояния, чтобы просто отключиться прямо здесь, на кухне.
Больше на часы блондин не смотрел, медленно, но верно повышая градус в своей крови, пытаясь думать о работе, о помощи Алисе... Но в его сознание то и дело врывались непрошенные мысли об оставленном дома брате. Пусть Майклу сегодня и было лучше, пусть он спокойно воспринял новость о том, что старший брат будет ночевать не дома, но Блейду всегда было очень тяжело и больно думать о младшем, когда он оставлял его. Он прекрасно понимал, что, если позволит себе хотя бы вспомнить о брате, то эти мысли его уже не отпустят и он, рано или поздно, сорвётся и понесётся домой: жутко пьяный, пролетая на красный свет, гоня за двести. Потому проще было не думать о нём вовсе. А думать...
