Читаем Блейд онлайн бесплатно
Ева лежала на боку, кривясь от боли, держась за левый бок. Из-за шока девушка не могла понять, насколько серьёзно её ранение, она просто лежала, хватая ртом воздух, кривясь от боли. Белоснежную простынь украсили капли алой крови. Блондин надел рубашку и взглянул на пленницу. Губы его брезгливо изогнулись.
- Дура, - стальным тоном произнёс Блейд, смотря на раненную девушку. - Знаешь, я думал о том, чтобы пощадить тебя. Но после такого точно не стану этого делать.
Ева судорожно вдохнула и скривилась от острой вспышки боли. Одна рука её была перемазана в крови, а вторая ужасно болела от того, что её вывернуло, когда Блейд толкнул её. Может быть, она была даже сломана.
- Блейд? - издали донёсся голос Майкла. - Блейд, ты где?
Блондин обернулся на дверь, несколько секунд смотря на неё.
- Блейд?! - громче и истеричнее позвал младший. - Блейд, ты где?! Блейд?!
Блейд вновь повернулся к Еве, озвучивая приговор:
- Сейчас я узнаю, что с Майклом, и вернусь к тебе. И мы с тобой закончим.
Сказав это, блондин вытер кровь с рук майкой Евы и, бросив вещь на пол, покинул комнату, запирая свою раненую пленницу, оставляя её наедине с болью и стремительно утекающим временем жизни.
«Я не могу так умереть, - думала Ева, кривясь от боли, зажимая рану, отчего становилось ещё больнее. - Не могу...».
Глава 42
Глава 42
Скажи, смогла бы ты убить, спасая чью-то жизнь?
Скажи, смогла бы ты убить, доказывая правоту?
Круши, круши, сжигай, пусть всё горит.
Этот ураган уносит нас под землю...
30 seconds to Mars, Hurricane©
Ева продолжала лежать на боку, стараясь дышать ровно и не слишком глубоко, потому что так было не так больно, так её тело не простреливало острой вспышкой боли, мерные волны которой не покидали её плоти. Девушка старалась держать себя в руках, не паниковать и по возможности не двигаться, потому что движения разгоняли сердце и кровь и могли усилить кровотечение. Она всё время зажимала ладонью рану, из-за чего боль становилась ещё более сильной, гудящей. Но лучше было потерпеть боль, чем сойти с крови. Она и так сейчас была как никогда близка к смерти, чтобы забывать о предосторожностях и разбрасываться драгоценными минутами и силами.
По ощущениям Евы с момента ухода Блейда прошло не меньше двух часов. Но она не могла быть в этом уверенной, потому что в её «клетке» не было часов, а течение времени для раненного и медленно умирающего, постепенно начинающего отчаиваться организма сильно искажалось.
Всё. Игра окончена. Проигран не только бой, но и вся война. В это так не хочется верить, но это логично. Если Ева и не умрёт сейчас от потери крови или внутренних повреждений, это непременно случится, когда к ней вернётся Блейд. Теперь он точно не пощадит её, хотя на это девушка не рассчитывала и ранее. Так же, как блондин был уверен в том, что Ева - не та, кто может сдаться, так же и девушка была уверена в том, что Блейд будет идти до конца и жалости не проявит даже, если сердце его на самом деле будет не желать этого зла.
Этот парень виделся Еве неким психопатом с заданной программой по защите «своих», в число которых входил только он сам и его брат. Все же остальные подлежали уничтожению в том случае, если они начинали угрожать их безопасности.
Ева зажмурилась и сжала зубы. Боль от проникающей раны была сильной, но ещё сильнее была боль от того, что она проиграла. Проиграла Блейду. Проиграла человеку, который возомнил себя богом, сотворив свой никому непонятный мир и самостоятельно решая, кто будет жить, а кто должен умереть.
Девушка слегка повернулась, почти ложась на спину, и до боли в челюстях сжала зубы, потому что после долгого лежания в одной позе это мимолётное движение отозвалось в раненом боку вспышкой звенящей боли. Ещё не так давно Ева действительно желала понять причины поступков Блейда, она хотела узнать, почему он стал таким. И интерес её был обусловлен не только желанием узнать врага в лицо, но и подлинным интересом одного человека к другому. Так было. Но теперь ей было плевать. Плевать на то, что заставило этого парня стать монстром, отнимающим жизни. Ей было плевать на то, что, возможно, с некой стороны он и был прав, потому что он выживал, как мог, как умел. А никого нельзя упрекнуть в остром и подлинном желании выжить и спасти тех, кого любишь.
Ева тоже хотела жить. И теперь, когда сквозь рану в её боку, жизнь медленно утекала из неё, это желание стало не просто острым - оно стало навязчивой идеей, с головой захватившей её, поглотившей каждую клеточку тела и сознания. Она хотела жить, но понимала, что шансов на это жизнь ей больше не оставила. Она не может бороться. Она ранена, а одна рука её прикована и, кажется, сломана.
Девушка медленно повернула голову, смотря на свою вывернутую левую руку, осторожно повернула запястье и тут же шикнула от боли. Аккуратно повернувшись, стараясь не тревожить рану и ни в коем случае не лечь на раненый бок, Ева попыталась вынуть руку из браслета наручников, надеясь на то, что если у неё сломаны кости, то это ей удастся сделать.
