Читаем Разрушение георгина онлайн бесплатно
— Риккардо, включи этот чертов кондиционер, — приказал я. Здесь было миллион градусов. Так было с тех пор, как я вошел в ту комнату.
Я откинулся на спинку сиденья, не в силах оторвать глаз от Далии, которая пристально смотрела на свои колени, возясь со своим окровавленным платьем.
Теперь, когда у меня была минутка подумать об этом, я сожалел, что женился на ней, когда на ней была кровь другого мужчины. Эта мысль вызвала у меня извращенную ревность, потому что я явно был больным ублюдком.
— Прием все еще идет или ты планируешь убить кого-то еще? — спросила меня Далия, когда наконец повернулась ко мне, скрестив руки перед собой.
— Кто сказал, что эти две вещи исключают друг друга? — сухо спросил я, и она закатила глаза.
— Ну, ты по крайней мере позволишь мне переодеться? Или сегодня вечером все гости будут в крови, так что мне не о чем беспокоиться?
Я всегда думал, что мне нравятся подобострастные женщины — робкие существа, которые держат рот закрытым или обнимают мой член и делают именно то, что я хочу. Но что-то было во рту Далии. Даже если бы она не была завернута в самую восхитительно выглядящую упаковку, которую я когда-либо видел, этот рот сделал бы меня твердым, как камень. Я никогда не знал, что она собиралась сказать дальше. Она представляла собой странную смесь храбрости и неуверенности, и то, и другое каким-то образом переплеталось. Половину времени, когда я что-то говорил ей, я просто пытался спровоцировать ее огрызнуться на меня.
Это был мой любимый вид пытки. Хотя, наверное, полезнее, чем большинство занятий, которыми я занимался.
— Я полагаю, что у Эмилии есть другое платье, в которое ты можешь переодеться, — наконец сказал я ей, когда понял, что она скрестила руки перед собой, пытаясь скрыть тот факт, что ее руки трясутся.
Церемония была размытой, если честно. Мне было трудно даже смотреть на это с ее точки зрения. Все, что действительно выделялось для меня, был этот поцелуй. Логически я понимал, что только что провел для нее свадебную церемонию, которую можно было бы увидеть в каком-нибудь фильме ужасов, но, когда я увидел ее палец с
Единственным недостатком этого было то, что я знал, что где-то в сознании Далии, была книга, заполненная всеми моими грехами, и список был таким длинным, даже за то короткое время, что я знал ее, я не был уверен, что Я мог бы когда-нибудь очистить его.
За исключением одной недели моей жизни, я всегда «заставлял» свою жизнь происходить. Я бы никогда не «позволил» этому случиться со мной. Это ничем не отличается.
Если бы мне нужно было заставить Далию полюбить меня, я бы это сделал. Одержимость, которая начала жить во мне, нельзя было пережить в одиночку. Это точно не была любовь. Это была такая одержимость, которая уничтожала жизни, сжигала здания и уничтожала империи. Она тоже должна была чувствовать это ко мне; другого варианта не было.
Внезапно мне нужно было кое-что узнать. Я наклонился вперед, и она подпрыгнула от моего движения.
— Ты любила его? — спросил я.
Она смотрела на меня, казалось, целую вечность, явно размышляя, что сказать.
— Нет, Люциан, — тихо сказала она подавленным голосом, который я сразу же возненавидел. — Я даже не в состоянии любить себя.
Я снова откинулся на спинку кресла, слегка нахмурившись, и мои мысли кружились.
Я многое знал о Далии. Я начал собирать информацию о ней много лет назад, после подписания договора, а она была еще маленькой девочкой. Я знал места, которые она посещала, ее любимые увлечения, что она любила бары Кэдбери. У меня было досье длиной около мили на ее братьев и ее отца, когда он был жив. Я знал, какие у нее были оценки в школе, в каких внеклассных занятиях она участвовала, и моя команда взломала все секретные доски Pinterest, которые у нее были в Интернете, где она показывала свои любимые вещи.
Я много знал о ней, поэтому, когда она делала подобные комментарии, или когда я заставал ее врасплох и видел боль, которую она сдерживала, я не понимал этого.
Я знал, что это не из-за ее отца. Судя по отчетам, которые я получил, он не был оскорбительным, просто холодным и отчужденным, и у них не было никаких отношений, о которых можно было бы написать домой, так как она была всего лишь девочкой, когда он умер. Возможно, это было из-за ее брата Дэнни, но все, что я читал о нем, говорило о том, что они редко разговаривали, а Дэнни не заботился ни о ком, кроме себя. Другой ее брат сидел в тюрьме или, может быть, только что вышел на свободу, а ее мать была светской дебютанткой и относилась к Далии как к домашней золотой рыбке, которую нужно кормить только время от времени.
Ничто из того, что я читал, не объясняло этой боли.
У меня были секреты — на самом деле их миллион. Я был запутан таким образом, что не давал себе когда-либо быть счастливым, но то, что создало это во мне, не могло быть тем, что она испытывала. В ней было слишком много добра.
