Читаем Разрушение георгина онлайн бесплатно
— Ты устала или хочешь посмотреть фильм? — Этот барьер рушится до конца. Обычно его резервируют для пар, чтобы у них была небольшая комната в полете. Мы могли бы посмотреть фильм, пока они не принесут немного еды.
Я покраснела, надеясь, что тусклый свет салона хоть немного скроет мой румянец.
Я собиралась сделать это? Это было явно очень нехорошее поведение девочки.
— Я воспользуюсь туалетом, а потом это звучит прекрасно, — сказала я ему, вставая со своего места и пытаясь скрыть тот факт, что мои руки трясутся. Мне также понадобилась минута, чтобы свыкнуться с тем фактом, что я на самом деле только что сказала что-то глупое вроде «это звучит прекрасно» самому сексуальному мужчине, которого я когда-либо видела.
— Повеселись в туалете, — поддразнил он, и я еще больше покраснела, вспомнив, что американцы используют такие термины, как уборная и ванная комната.
Я закатила глаза и поспешила прочь.
Третья
глава
В большинстве кабин первого класса перегородки для уединения были подняты, когда я шла в туалет в носовой части самолета. Стюардесса, ранее очарованная Рафаэлем, бросила на меня раздраженный взгляд, когда мы проходили мимо друг друга. Я уверена, что она направлялась сюда, чтобы попытаться отвлечь его внимание от моего места.
Я открыла дверь в туалет, а затем проскользнула внутрь, поморщившись от того, насколько маленьким было пространство. В начале полета пахло еще не так уж плохо, но к концу, я уверена, будет вонять. Я вздрогнула, просто думая обо всех микробах. Я осторожно положила бумажную крышку унитаза на сиденье, затем спустила штаны и пошла в туалет.
Как люди занимались сексом в этих крошечных штуках? Я попыталась представить себе механику этого. Одна только мысль о том, сколько поверхностей вам придется коснуться с обнаженными частями тела, заставила меня захотеть подавиться.
Конечно, размышления о клубе высотой в милю заставили меня подумать о Рафаэле и о вибрациях, которые он определенно посылал мне.
По крайней мере, я думала, что он посылает мне вибрации. Ласкал ли он обычно руки незнакомцев и находил любой предлог, чтобы прикоснуться к ним? Это было странным, что он сделал?
Я так не думала.
Я была девственницей. Это было чудо, правда. Но он постарался оставить это, так как девственность принцессы мафии была по сути Святым Граалем.
До того, как была заключена эта сделка, меня, вероятно, отдали бы кому-то из высокопоставленных лиц в «Фирме». И весь ад разразился бы, если бы в мою первую брачную ночь не было крови. Я не знала, каково мнение Люциана о моей девственности, но догадывалась, что на женскую «добродетель», наверное, смотрят одинаково во всех мафиозных организациях.
Я ощупала слегка загрубевшую кожу на бедре и с болью подумала о лезвии. Достаточно будет небольшого разреза. Просто что-то, чтобы снять напряжение, чтобы у меня не было всего этого сдерживаемого безумия внутри меня, когда я вернулась на свое место.
Я вздохнула и встала, понимая, что пробыла здесь долгое время. Рафаэль, наверное, думал, что я сру, а это было последнее, чего я хотела.
Я вымыла руки в раковине и плеснула в лицо водой, стараясь не морщиться при виде своего отражения. В Лондоне и в школе-интернате шел дождь, казалось, несколько месяцев, и в зеркале я выглядела бледной и исхудавшей. Мне было трудно есть, как только я узнала новости, и недели, проведенные почти без еды, дали о себе знать.
Я вернулась к своему месту, удивившись, что рядом с креслом Рафаэля не было и следа стюардессы. Он ухмыльнулся, отчего во мне пронеслись молнии, все мысли о том, что мне нужен острое лезвие, рассеялись в сиянии его улыбки.
Я скользнула на свое место, заметив, что кто-то бы прошел мимо, по крайней мере, на мгновение пока я вставала. На раскладном столике, соединенном со стеной перед моим местом, стоял поднос с едой. Я поставила свою стену уединения, чтобы быть огражденной от прохода, а затем подняла крышку, чтобы осмотреть товары.
— Вкусно, — прокомментировал Рафаэль, указывая вилкой на стейк, картошку и салат передо мной. — У меня то же самое. Никогда не знаешь, какой будет еда на рейсах, но я действительно впечатлен.
— Я люблю стейк. Я получаю его при каждом удобном случае, — сказала я ему, жадно нарезая свою еду. Может быть, у него были магические способности, потому что я внезапно проголодалась. Я откусила большой кусок и постаралась не стонать слишком громко… это действительно было хорошо.
Должно быть, это было громче, чем я хотела, потому что, когда я подняла глаза от своей тарелки, чтобы спросить его, не видел ли он какой-нибудь фильм, которые он хотел бы посмотреть, из предложенных на телевизорах в сиденьях, он жадно смотрел на меня, как будто был львом, а я был ягненком, которого он собирался съесть. Я вздрогнула под тяжестью его взгляда, миллион идей в моей голове, и ни одна из них не была хорошей. Мой взгляд метнулся туда, где он также поставил экран конфиденциальности, эффективно заключив нас в наш собственный личный пузырь.
