Читаем Ты будешь рыдать онлайн бесплатно
дорожке внутреннего двора в сторону сада. Как только я толкаю вперед небольшие ворота,
взгляд тут же цепляется за Эмиля, стоящего возле одной из скульптур, что мы вместе с Яной
сегодня представили нашей семье.
Мишка сидит у Эма на руках. Уже такой большой и серьёзный. Моих губ невольно касается
улыбка, а на душе становится тепло, несмотря на холодный ветер.
— Рики, принесла ещё вино? — кричит Агата, махнув мне рукой.
Я трясу бутылку, которую только что достала из винного погреба.
— Тебе-то больше всех за вино переживать! — усмехаюсь, глядя, как подруга довольно
поглаживает свой большой живот.
Агата первая из всех нас решила родить второго ребёнка. А их с Аром первенец сопит в
коляске, надёжно спрятанный от ноябрьского ветра.
— Скорее, Рики, разливаем вино, прозиносим тост и после этого идём в дом, потому что все
уже продрогли. Дети уж наверняка! — трясётся мама, прижавшись к надёжному папиному плечу.
Яна откашливается и с трудом проглатывает вязкую слюну, когда я подхожу ближе и начинаю
разливать вино по фужерам.
Сегодня в сборе вся семья. Мы — династия Багримрвых и Ахметовых. Родители, дети и внуки. Не
хватает лишь одного человека, с которого начался весь наш путь.
Мой взгляд падает на скульптуру Рустама Довлатовича Багримова. И все, как один, тоже
смотрят на неё. Она самая крупная и значимая стоит по центру сада в окружении других
скульптур. Мы с Яной работали целый год над созданием этой красоты. Она сама мне предложила
после того, как Рустама не стало. Это была наша общая боль. Боль всей нашей семьи. И мы
должны были пережить её вместе.
— Сегодня, — начинает говорить Яна, и её голос звучит очень тихо в завывании ветра и
шелесте листьев. Мы все замолкаем, вслушиваясь в каждое её слово, — я хочу произнести тост в
вечную память о человеке, которым был лучшим, самым лучшим человеком на земле. Он был
сильным и мужественным, гордым и настоящим. Благодаря ему я узнала, что такое любовь.
Благодаря ему мы все сейчас находимся здесь, вместе. Наша семья началась с него, — её голос
трескается в этот момент. — Этот человек был лучшим мужем, другом, отцом и дедом. Я
благодарна судьбе за то, что она позволила однажды нам полюбить друг друга. Моё сердце вечно
будет принадлежать ему. И хоть его больше нет с нами, и мне по-прежнему трудно... говорить
об этом, я... я чувствую, что он всегда рядом.
Марс бережно сжимает плечи матери. У Агаты по щекам текут слёзы. И я чувствую, как мою
переносицу начинает щипать.
Сжав крепче фужер с вином, Яна подходит к скульптуре Рустама, затем протягивает руку и
проводит пальцами по каменному лицу.
— Перед смертью ты сказал мне, что больше всего на свете хотел бы, чтобы я жила счастливо,
даже если тебя не будет.
Я ловлю взгляд Эмиля, ведь он говорил мне то же самое у кроватки нашего сына.
— Не знаю, смогу ли я, Рустам... Не знаю. Боль ещё слишком сильная. Но пусть сегодняшний
день станет тем самым днём, когда я начну пытаться жить дальше. Для начала хотя бы просто
жить. Я буду верить, что ты где-то есть и в один прекрасный день мы встретимся вновь. Я
бесконечно люблю тебя. И я надеюсь, что оттуда, с небес, ты видишь это и знаешь. Прощай,
дорогой мой, самый лучший человек. Я буду вечно скучать.
В полной тишине, нарушаемой лишь воем ветра, мы все отпиваем вино, а затем смотрим, как Яна
поднимает с земли урну с прахом и несёт её к озеру.
— Твоя последняя воля... — шепчет она.
Эмиль передаёт мне Мишку. Я забираю сына, чтобы мой муж мог попрощаться с отцом навсегда.
Он, Марс, Аги и Яна подходят к озеру. Вода в нем мутная из-за ветра. Они все вместе берутся
за урну и бросают прах Рустама над водой. В этот момент из-за серых туч, закрывших небо,
вдруг выступает солнце. Будто и Рустам прощается со всеми нами сейчас, будто это его
последнее "прощайте".
Надеюсь, ты присмотришь за всеми нами с неба. За твоими детьми и внуками. Что ты, как и при
жизни, ты будешь всех нас защищать и оберегать. И однажды твои внуки обретут такую же
крепкую и настоящую любовь, какую обрели все мы, Рустам. Ты укажешь им дорогу.
Яна с Марсом, Эмом и Аги возвращаются к нам. Мы все вместе обнимаемся, позволяя последним
слезам омыть землю сада, который когда-то создал сам Рустам Багримов, а затем обнявшись
шагаем к дому. Жизнь продолжается. Так бы хотел он. Так бы хотел любой человек, который
по-настоящему любил свою семью — чтобы они продолжали жить без него дальше.
Я прижимаю Мишку крепче к груди, чувствую ладонь Эмиля у себя на пояснице. Мы идём в
будущее, но никогда не забудем прошлое, ведь именно оно научило нас ценить то, что есть.
— Там деда! — взвизгивает Мишка, указывая пальчиком мне за спину.
Я оборачиваюсь и смотрю на скульптуру Рустама. А может быть, кто-то есть там, рядом с этой
скульптурой? Ведь если ты никого не видишь, это ещё не значит, что его нет.
По спине прокатывается странный трепет, а губ касается печальная улыбка.
— Да... Там твой деда. Он навсегда останется в наших сердцах.
