Читаем Трагедии онлайн бесплатно
Тех бессмертных градодержцев,
Обитают, нам на радость.
Вы, служанки, песню нашу
Подхватите, восхваляя край пеласгов!
Никогда не будем больше
Славить в гимнах устья Нила!
О потоках животворных,
О прозрачных светлых реках
Будем петь, о тех, что влагой благодатной
Защити нас, Артемида,
Непорочная богиня! Пусть неволи
Не готовит нам Кифера!
Страшен брак по принужденью.
Но прославить не забудем и Киприду:
Вместе с Герой у престола Зевса правит
Кознодейка Афродита,
Дел вершительница славных.
И витают рядом с матерью прелестной
И Гармония — богиня, 23
И Пито, 24которой нет ни и чем отказа,
И Эротов шепот нежный.
Я боюсь, что наше бегство обернется
Горем, ужасом, кровавыми боями.
О, зачем земли достигла
Корабельная погоня?
Что назначено судьбою, да свершится:
Обойти никто не может
Не минует нас привычный жребий женский.
Выйдем замуж, как другие.
— Лишь бы спас нас Зевс от брака
С теми, кто рожден Египтом!
— Как бы славно это было!
— Непреклонного не сломить.
— Несвершенного не знаешь.
— Как проникнуть в мысли Зевса,
Непостижное постигнуть?
— Где же мера, укажи мне.
— Не ропщи на волю бога.
Отврати, владыка Зевс,
Злополучный этот брак,
Мерзкую свадьбу эту!
Ведь целительной рукой
Силой доброй своей Ио бедную
Ты от боли спас, о Зевс!
Женщинам победу дай!
Выберу ту, что меньше.
Пусть же правый будет прав!
Пусть же, вняв благосклонно мольбе моей,
Милость мне окажет бог!
Хор персидских старейшин.
Атосса.
Гонец.
Тень Дария.
Ксеркс.
Хор
Все персидское войско в Элладу ушло.
А мы, старики, на страже стоим
Дворцов золотых, домов дорогих
Родимого края. Сам царь велел,
Сын Дария, Ксеркс,
Старейшим, испытанным слугам своим
Беречь эту землю свято.
Но вещей тревогой душа смущена,
Недоброе чует. Вернется ль домой
Блиставшая силой?
Весь Азии цвет в чужой стороне
Воюет. О муже плачет жена.
А войско не шлет ни пеших гонцов,
Ни конных в столицу персов.
Отовсюду — из Суз, Экбатан, 25от ворот
Башен древних киссийских 26—
И в строю корабельном, и в конном строю,
И в рядах пехотинцев, потоком сплошным,
Их вели в поход Амистр, Артафрен,
Мегабат и Астасп — четыре царя 27
При царе величайшем,
Персов славных вожди, начальники войск,
Стрелки-силачи на быстрых конях,
Суровы на вид, в бою горячи,
Непреклонны душой, отваги полны
И грозной удалью славны.
Затем Артембар, верхом на коне,
Славный боец, затем Фарандак
И конник Состан за ними.
Других послал плодоносный Нил,
Могучий поток. Пошел Сусискан,
Пошел египтянин Пегастагон,
Пошел священного Мемфиса царь,
Великий Арсам, и Ариомард,
Владыка и вождь вековечных Фив, 28
И гребцы, что в болотах Дельты 29живут,
За ними — лидийцы, 30изнеженный люд,
У них под пятою весь материк.
А лидийскую рать в поход повели
Митрогат и Арктей, вожди и цари.
И от Сард 31золотых по воле владык
Колесницы с бойцами помчались вдаль,
То четверки коней, то шестерки коней,
Поглядишь — и замрешь от страха.
И Тмола, священной горы, сыны
Мардон, Тарибид, копьеметная рать
Мисийцев. И сам Вавилон золотой,
Отовсюду войско свое собрав,
Послал на войну — и в пешем строю
Стрелков, и суда, одно за другим.
Так Азия вся по зову царя
Взялась за оружье, и с места снялась,
И в Грецию двинулась грозно.
Так мощь и красу Персидской земли
Вся Азия-мать о тех, кто ушел,
Тоскует в слезах, тревогой томясь.
Родители, жены считают дни.
И тянется, тянется время.
Вторглось войско царя в страну соседей,
Что на том берегу пролива Геллы
Афамантиды, 32канатом плоты связав,
Тяжким ярмом крепкозданный мост.
Гонит войско по суше и по водам,
Полон ярости, Азии владыка,
Людом усеянной. Верит в своих вождей,
Сильных, суровых, стойких,
Он глядит иссиня-черным
Взглядом хищного дракона,
С ассирийской колесницы
Кораблями и бойцами
Управляя, и навстречу
Копьям вражьим стрелы шлет. 34
Нет преграды, чтоб сдержала
Натиск полчищ многолюдных,
Перед морем устояла.
Непреклонно войско персов,
Одолеть его нельзя.
Но какой способен смертный
Разгадать коварство бога?
Кто из нас легко и просто
Убежит из западни?
Бог заманивает в сети
Человека хитрой лаской,
Из сетей судьбы уйти.
Так богами решено и судьбою,
Так издревле заповедано персам:
Воевать, сметая стены,
Упиваясь конной сечей,
Занимая с налета города.
И привык народ глядеть без боязни
