Читаем Стихи онлайн бесплатно

Стихи

Светлана Васильевна Кекова родилась в г. Александровске Сахалинской области. Кандидат филологических наук. Преподает в Саратовском социально-экономическом университете. Автор книг: «Песочные часы», «Стихи о пространстве и времени», «Восточный калейдоскоп», «На семи холмах», «Короткие письма», «Плач о древе жизни», «У подножия Желтой горы». Лауреат премии имени Аполлона Григорьева, премии Второго международного московского фестиваля поэтов «Москва — Транзит», лауреат премий журналов «Знамя» и «Новый мир». Стихи Светланы Кековой переведены на английский, французский, немецкий, итальянский, голландский языки. Живет в Саратове.

Серия: Стихи, поэмы

Светлана Васильевна Кекова

Поэзия

Светлана КековаСТИХИ

2000–2011 гг.

* * *…и когда человек, умирающий прежде конца,за одеждой своей на закате вернётся ко мне,я отвечу ему, не узнав его рук и лица,что сосчитан песок, на морском находящийся дне.Я ему расскажу, что когда я осталась одна,мне явился во сне и сказал по секрету Господь:«Тяга вещи к распаду при жизни её не видна, —но случается смерть — и тогда распадается плоть».Сохранила на память я тканый хитон, поясок,но кому я должна эти старые вещи вернуть?…Дети серых жуков зарывали в горячий песоки потом заходили в прохладную воду по грудь.И песок ли нашёптывал, волны ли цвета свинцаили, может, за лесом глухие раскаты грозы,что из смертных никто не достоин такого венца,чтоб бессмертье вкусить от плодов виноградной лозы.Ты ко мне повернулся одним из неузнанных лиц,снова бросил на землю простой кипарисовый крест,и кричала над миром толпа растревоженных птиц:«Бога можно увидеть, сорвавшись с насиженных мест».Разрывая пространство и время на части деля,прячет ноги в воде царь-огонь, проклинающий рыб,и опять, как дитя, содрогается в плаче земля,вознося к небесам фимиам зацветающих лип.* * *О чем еще нам говорить с тобою?О чем молчать, прощаясь на бегу?Ведь только небо бледно-голубоеда голуби на мартовском снегутак безмятежны, так красноречивы,что лишними становятся слова…Но скоро, скоро ветви старой ивынадумают — и сменят кружева.Зашевелятся лиственные тени,своей игрой скрывая некий клад,и белым, влажным пламенем сирениоднажды днем зеленый вспыхнет сад.И мы, томясь своим порывом странным,друг к другу безбоязненно прильнем…Как можно жечь таким благоуханным,таким безгрешным неземным огнем?Но тянется совсем другая повесть,где сердца стук — как поступь каблуков…И только солнце, как больная совесть,выглядывает из-за облаков.Два стихотворения1Недоступные нашему зренью,души грешников стонут в аду…Сладко пахнет персидской сиреньюлетним вечером в Летнем саду.Ничего за живых не решая,молвил Бог, что в назначенный сроквновь Медведица будет Большаяголовою стоять на восток.Но, друг друга обняв, мы забыли,что нам звездный сказал алфавит:из забвенья, тумана и пылинаша бедная жизнь состоит.Из печали, греха, покаянья,из любви, покаянья, греха,из объятия тьмы и сияньяв еле бьющемся сердце стиха.Бог ли держит меня за запястья,куст ли каждым дрожит лепестком,как короткое летнее счастьев запыленном саду городском?2Кровь видна под корою осины.Летний сад облетел и засох.Плоть младенца из высохшей глиныв чреве женщины вылепил Бог.Я услышала то, что хотела,в городской запыленной глуши:тень — не копия смертного тела,а рисунок бессмертной души.Не потрогаешь душу руками,как созревший до времени плод…Сердце бьется, как птица о камень,как усталая рыба о лед.Сердце бьется, а песня поется,так что грудь начинает колоть.Да, когда-нибудь в землю вернетсяиз земли сотворенная плоть.Минет жизнь — и покажется длинной,как протяжное эхо в горах,глина снова смешается с глиной,новым прахом насытится прах.Но и смерть — лишь любви средостенье.Из земных вырываясь тенет,с тихим трепетом легкою теньюдух мой в Божьи объятья скользнет.Две молитвы*Холодным лунным светом осиян,меж нами спит огромный океан,где рыбы молят Бога о пощаде.Открыв лицо небесному огню,я мысль об аде от себя гоню —и масло умножается в лампаде.В потоках слезных на лице землидеревья гибнут, тонут корабли,над каждым домом слышен плач ребенка.Но сколько нужно бурь перебороть,чтоб не в огне явился нам Господь,а в тишине, в дыханье хлада тонка.Как хочет рыба лечь волне на грудь,так хочешь ты забыть меня, уснуть,иль, превратившись в облако иль птицу,слагать стихи, в огромном небе плытьи Бога милосердного молить:«Чувств просвети простую пятерицуи попали мой грех, мою вину,пусть в этом небе я пойду ко дну,как камень, что случайно брошен в воду…»И вот, среди житейских бурь и битв,услышит Бог слова твоих молитви, как ребенку, даст тебе свободу.*Меж нами льется времени поток,и надевает вдовий свой платокмоя любовь. В цветной ее одежде —заплаты слез, страданий лоскуты…На все мои мольбы, любимый, тымолчаньем отвечаешь, как и прежде.Как некий мед, добыт из горьких травполынный сок. И ты, конечно, прав —мы не одни грешим на этом свете.Нам в этом мире больно жить, поканас помнят реки, камни, облака,растения, животные и дети,и черный мак, и алый цикламен…Из Книги жизни в Книгу переменперетекают имена и числа,а там — бежит вода, танцует мох,и Бог разлук — какой-то странный бог —всё слезы льет, ни в чем не видя смысла…*Когда умрет простая жизнь любви,я Господу скажу: «Благословидетей, чьи лица скрыты именами,чьи крылья серебристы, как зола,чьи души спят, а бедные теласкитаются, как тени, между нами».Худые руки на груди скрестя,меж нами вечно наше спит дитя,как светлый ангел в облачной кровати.И я взываю к Господу: «Прости,и спящего младенца окрестив огромном океане благодати…»* * *1Он тих, но смиренье ему не к лицу,он ночью заблудшую ищет овцув стране, для него неизвестной,ни другу о нем не скажу, ни отцу,ни ангелу в тверди небесной.2Кто сыт настоящим, кто будущим пьян,кому-то судьба не по вкусу,кто знает, что будет крестить Иоанн,и мертвой водою греха Иорданомоет стопы Иисусу?3Мы были как те — не сомкнувшие вежд,на брачном пиру, но без брачных одежд,в чаду лихорадки любовной,и сердцем постичь не могли — почемувозьмут нас и бросят во внешнюю тьму,где слышен лишь скрежет зубовный?4Давай же, любимый, с тобою пойдемтуда, где не зреньем, не слухом,а любящим сердцем услышим о Нем —Он крестит людей не водой, а огнем,и Духом, любимый, и Духом.5Как южная ночь глубока и тиха!К невидимой ангельской ратисвой лиственный лик обратила ольха, —и сердце уже не источник греха,а чистый родник благодати.* * *Какая-то птица, как цепи воздушной звено,приветствуя Бога, в лазури купается чистой.Нас сеет Всевышний, как сеятель сеет зерно,мы спим при дороге, на почве лежим каменистой.Исполнятся сроки, и Бог тебе скажет: Восстань!Ты будешь расти, не имея для тела границы.И тополь серебряный, ткущий древесную ткань,сплетет из ветвей серебристую люльку для птицы.* * *Тянет с севера тленом и холодом,подо льдом цепенеет река,и опять над разрушенным городомкучевые плывут облака.Проплывут над столицею древнею,над зубчатой кремлевской стеной,над заброшенной русской деревнею,над огромной усталой страной.Равнодушное небо безбрежное,этот синий воздушный простор,бороздят облака — белоснежные,как вершины невидимых гор.Злого времени ветер пронзительныйнад тобою не властен, покав неземной красоте ослепительнойнад Россией плывут облака,очертанья меняют, колышутся,и, покуда не кончился день,как бесшумно, стремительно движетсяпо земле их летучая тень!* * *В объятьях неба нет желанья власти:там ласточка висит на волоске,о смысле жизни, о природе страстина варварском щебечет языке.Ее подруги строят дом на склонекакого-то убогого холма.Стоит у речки старый клен в короне,как стих из покаянного псалма.В воздушной синеве, по бездорожьюотчаянные носятся стрижи…Как мне сложить псалом во славу Божью,невидимая ласточка, скажи?Как мне найти тот тихий рай под ивой,тот детский неприкаянный пустырь,где муравей, монах нищелюбивый,зовет проворных братьев в монастырь?Как мне войти вторично в эти воды,где некогда в безоблачном раюСвященное Писание природывошло навеки в плоть и кровь мою?* * *