Читаем Спящие города онлайн бесплатно

Я стоял на вершине одинокого холма, и пронизывающий степной ветер, пахнущий пылью и полынью, трепал мой плащ. Подо мной, в широкой долине, раскинулось зрелище, которое ещё год назад показалось бы мне горячечным бредом сумасшедшего. Там, где раньше была лишь выжженная, мёртвая земля, теперь, как уродливый, но полный жизни гриб после дождя, рос новый город Боргхольм.

Тысячи фигур, похожих с высоты на копошащихся насекомых, двигались по расчерченным прямыми линиями будущим улицам. Стук молотков, визг пил, скрип лебёдок, команды бригадиров на нескольких языках и гулкие, басовитые песни орков, всё это сливалось в один сплошной, хаотичный, но до дрожи живой гул созидания. После месяцев, проведённых в кровавой мясорубке Крейгхолла, после запаха горелой плоти и лязга стали, этот шум был лучшей музыкой для моих ушей.

Мой взгляд сразу цеплялся за детали. Я видел, как под чутким руководством гномьих мастеров, которых Брунгильда отрядила в помощь, закладываются фундаменты первых каменных домов. Видел, как ровными рядами вырастают стены временных бараков, способных вместить ещё несколько тысяч человек. Женщины организовали полевые кухни, и над ними вились дымки от костров, обещая горячую еду тысячам уставших и голодных ртов.

Война с Мортаной не закончилась, старая карга просто взяла паузу, зализывала раны, копила силы для нового, ещё более жестокого удара. И я должен был использовать эту передышку с максимальной эффективностью. Эти беженцы были семенами, которые я бросал в удобренную пеплом и кровью почву. И из этих семян должны были вырасти новые легионы, новые мастерские и новые города. Мой ответ на тактику выжженной земли старой стервы. Она уничтожает, я строю. Посмотрим, кто кого.

— Красиво, да, Железный? — раздался за моей спиной знакомый басовитый голос.

Я обернулся, Гром, мой верный друг и теперь уже бессменный командир орочьих контингентов в степи, стоял, скрестив на груди свои огромные, похожие на окорока, руки. Его лицо, обычно суровое и сосредоточенное, сейчас было непривычно умиротворённым.

— Красиво, но чертовски ненадёжно, — ответил, снова поворачиваясь к городу. — Одна атака тёмных, и от всей этой красоты останется лишь ещё одно пепелище.

— Не останется, — уверенно хмыкнул Гром. — Стены уже почти до второго яруса подняли. А по периметру рвы такие, что и огр не перепрыгнет. Да и кто сюда сунется? «Ястребы» и лисицы твоей хвостатой бестии вычистили степь в радиусе ста километров. Тут сейчас мышь не проскочит незамеченной.

Он был прав. После разгрома отряда Вэриона и ещё нескольких более мелких групп, которые Брунгильда и её «вагенбурги» перемололи по дороге, тёмные эльфы, казалось, совсем потеряли интерес к степям. Разведка доносила, что они оттянули свои силы, сосредоточившись на восточных королевствах. Но эта тишина меня не успокаивала, а наоборот, настораживала. Я слишком хорошо знал повадки этих хищников. Они никогда не отступают просто так.

— Это затишье перед бурей, Гром, — покачал головой. — Они вернутся. И когда вернутся, нам понадобится нечто большее, чем просто высокие стены.

Я развернул карту, которую держал в руках. Ветер тут же попытался вырвать её, но я крепко держал.

— Вот, смотри, — ткнул пальцем в точку на карте. — Боргхольм, это наш щит. Он прикрывает проход к Каменному Кругу и Грифоньей Глотке. Но щит бесполезен, если у него нет меча. А наш меч, это мобильность. Способность быстро перебрасывать войска туда, где они нужнее всего.

— Ты про мост? — Гром нахмурился, вглядываясь в карту. — Тот, что через Быстрицу?

— Именно. Сейчас, чтобы переправить один легион с артиллерией на тот берег, нам нужно три дня. Это непозволительная роскошь. Нам нужен мост, большой и надёжный, способный выдержать не только пехоту, но и «вагенбурги» Брунгильды.

Я снова посмотрел на долину. Работа кипела, но я видел и то, чего не видел Гром. Как ломаются примитивные лебёдки, не выдерживая веса каменных блоков. Видел, как неопытные плотники портят драгоценный лес. Видел, как из десяти подмастерьев у гномов-каменщиков лишь один по-настоящему вникает в суть дела. Нехватка квалифицированных кадров была чудовищной.

— Мы начнём на следующей неделе, — твёрдо сказал, принимая решение. — Перебросим туда лучших гномьих инженеров и две сотни самых толковых рабочих. У Брунгильды на складах в Каменном Круге должно было остаться достаточно балок и швеллеров. Плюс, я хочу попробовать новый сплав, который мы с ней разработали перед моим отъездом, заодно руны. Опоры моста должны быть усилены рунами прочности.

— Это будет дорого, — вздохнул Гром.

— Война всегда дорогое удовольствие, — пожал плечами. — А проигранная война обходится в разы дороже.

Мы ещё некоторое время стояли молча, глядя на строящийся город.

— А что с этим? — наконец, спросил Гром, указывая на другие пометки на карте, ещё дальше на север и восток.

— Это наши глаза и уши, — ответил я. — Три малых форпоста. Не крепости, а именно заставы. Дерево-земляные укрепления и небольшой гарнизон, сотня легионеров и полсотни твоих орков. Башня, склады, конюшня, ничего лишнего.

— Маловато будет, — покачал головой Гром. — Если тёмные придут всерьёз, они сметут такую заставу за час.

— А им и не нужно будет её держать! — я посмотрел на него. — Гром, пойми, мы не можем защитить каждый клочок этой степи. Это глупо и расточительно. Задача этих форпостов не в обороне. Это наблюдательные пункты, перевалочные базы для разведчиков и, если понадобится, ловушки. Их главный приказ, — я поднял палец, — не геройствовать. При малейшей угрозе, при первом же донесении о приближении крупных сил врага, они должны немедленно отступать, сжигая за собой всё, что не смогут унести. Мне нужны живые солдаты, а не мёртвые герои на руинах бесполезного форта. Понял?

Гром долго молчал, переваривая сказанное. Его орочья натура, привыкшая к прямолинейным атакам и защите до последней капли крови, противилась этой «трусливой» тактике. Но потом он, видимо, всё-таки уловил суть моего замысла и медленно кивнул.

— Понял, Железный. Хитро, как твоя лисица.

— Выживание требует хитрости, друг мой.

Мы спустились с холма и направились в мой штаб, временную, но уже добротную постройку на окраине лагеря. Дел было невпроворот. Нужно было утвердить списки гарнизонов для застав, рассчитать количество необходимых припасов, решить ещё тысячу мелких, но неотложных проблем.

Так пролетел ещё месяц. Строительство моста шло медленно, с постоянными сбоями и поломками. Люди учились на ходу, платя за каждую ошибку временем и материалами. Заставы на дальних рубежах росли, как грибы, превращаясь из точек на карте во вполне реальные, пахнущие свежим деревом укрепления.

А потом, в один из серых, промозглых дней, с первым снегом, который лениво посыпался с хмурого неба, всё почти остановилось. Зима, ранняя и на удивление суровая, вступила в свои права. Стройка замерла, лишь в кузницах и мастерских продолжали стучать молоты, да на стенах, кутаясь в овчинные тулупы, несли свою вахту часовые.

Город и многочисленные форпосты замерли, как медведь в берлоге. И эта вынужденная пауза стала для всех нас настоящим испытанием. Испытанием на прочность не стен, а духа. И что самое главное, проверкой для моей, ещё не до конца отлаженной, системы логистики.

Я каждый день мотался между Боргхольмом и Каменным Кругом, контролируя поставки. Вагенбурги, теперь уже не вызывавшие ни у кого удивления, челноками сновали по заснеженной степи, подвозя уголь для паровых котлов, провизию, тёплую одежду. Полевые кухни, которые я спроектировал ещё в Крейгхолле, теперь работали на полную мощность, обеспечивая тысячи людей горячей едой. Благодаря им и тем запасам, что мы успели сделать, нам удалось избежать голода и болезней. Но напряжение росло. Люди, запертые в тесных бараках, без дела и развлечений, становились раздражительными. То тут, то там вспыхивали мелкие ссоры, драки, которые приходилось гасить твёрдой рукой комендантов.

Зима была долгой и тяжёлой. Но мы её пережили, и когда с первыми лучами весеннего солнца снег начал таять, обнажая промёрзшую, но уже готовую к новой жизни землю, я понял, что мы сдали этот экзамен. Наш хрупкий мир, построенный на пепелище, выстоял. А значит, мы стали ещё на один шаг сильнее.

Весна пришла в степь стремительно и властно. Ещё вчера унылые, серые просторы, покрытые остатками грязного снега, сегодня уже пестрели первыми, наглыми проплешинами молодой зелени. Воздух, до этого холодный и колкий, наполнился запахами талой земли, свежести и какой-то неуловимой, будоражащей надежды. Но для меня эта весна пахла тревогой.

Зима, сковавшая нас по рукам и ногам, дала передышку не только нам, но и врагу. И я не сомневался, что Мортана использовала это время с толком. Тишина на восточных рубежах пугала. Оттуда не было никаких вестей. Ни слухов, ни беженцев, ни даже докладов от торговых караванов, которые раньше, хоть и с опаской, но просачивались оттуда. Полный информационный вакуум. И этот вакуум нужно было вскрыть.

Я стоял перед строем из трёх сотен бойцов. Они были лучшими из лучших. Матёрые следопыты, способные прочитать в степи любую историю по сломанной ветке или примятой траве. И три десятка лисиц Лиры, тихих, как тени, и опасных, как лезвия их тонких клинков. Они, под руководством уже знакомой мне Кими, должны были стать мозгом этой операции.

Все разведчики были одеты не в привычную военную форму, а в простую, ничем не примечательную дорожную одежду из грубой кожи и серой ткани. Никаких гербов, никаких знаков различия. Просто несколько групп вооружённых до зубов путешественников, каких в этих неспокойных землях было пруд пруди.

— Ваша задача проста и сложна одновременно, — начал, обводя их взглядом. — Вы идёте на восток, в разоренные земли. Ваша цель информация. Что там происходит? Где тёмные? Каковы их силы? Есть ли выжившие? Мне нужно знать всё. А затем еще дальше.

Я сделал паузу, всматриваясь в их сосредоточенные, серьёзные лица.

— Но запомните главное, — я повысил голос, и в нём прозвучали стальные нотки. — Приказ номер один: выжить. Ваши жизни для меня важнее любых сведений. Я запрещаю вам ввязываться в бой. Избегайте любых конфликтов. Ваша задача — видеть, слышать и уходить незамеченными. Если вас обнаружат, если возникнет угроза, немедленно отступайте. Любой ценой, даже если для этого придётся бросить всё и бежать, сверкая пятками. Я понятно излагаю?

— Так точно, Железный! — хором, но негромко ответили они.

— Хорошо. Выдвигаетесь на рассвете. И пусть удача будет с вами.

Я смотрел, как разведчики, молча кивнув, расходятся, чтобы проверить своё снаряжение в последний раз. И в душе было смешанное чувство гордости и тревоги. Я посылал их в неизвестность, в самое пекло, и не знал, вернутся ли они. Но другого выхода у меня не было.

Два месяца ожидания тянулись, как резина. Жизнь в Каменном Круге и Боргхольме вошла в свою колею. Строительство моста и застав возобновилось с удвоенной силой. Каждый день приносил новые заботы, новые проблемы, которые требовали моего немедленного решения. Но мыслями я был там, на востоке, вместе со своими разведчиками. Каждый день я ждал вестей. А каждый день тишины в ответ давил на нервы всё сильнее.

И вот, когда я уже начал думать о худшем, они вернулись. Вернее, вернулась лишь одна из групп, та, которую вела Кими. Появились они поздно ночью, измождённые, грязные, похожие на призраков. Из пятнадцати человек в отряде осталось двенадцать. Трое погибли, нарвавшись на какой-то древний магический капкан в руинах одного из городов.

Я принял их в своём штабе. Кими, осунувшаяся, с лихорадочным блеском в глазах, положила передо мной карту и начала свой доклад. И чем дольше я слушал, тем мрачнее становилось у меня внутри.

— Королевство Элара мертво, ваша светлость, — её голос был тихим и уставшим. — Полностью. Мы прошли его с юга на север. Города пусты, в полях не растёт ничего, кроме бурьяна.

Она сделала паузу, чтобы отпить воды из кружки, которую ей протянул.

— Мы не нашли ни одного выжившего. Но что самое странное, там почти нет следов присутствия тёмных эльфов. Да, мы видели руины, сожжённые деревни, все усеяно костями убитых. Но это старые следы, полугодовой давности. Сейчас там никого, как будто они пришли, сделали своё дело и ушли.

— Но куда? — спросил, глядя на карту, которая под её руками превращалась в карту страны-призрака.

— Вы нашли что-нибудь полезное? — спросил, пытаясь отогнать дурные мысли и вернуться к прагматике.

— Да, — кивнула Кими, и в глазах лисицы, наконец, блеснул интерес. — Мы выполнили ваш приказ. Пока орки и легионеры проверяли окрестности, мы с девочками сосредоточились на главном. Королевская библиотека в столице Элары, городе Миргарде, была сожжена. Но мы смогли проникнуть в хранилища магической академии. Они запечатаны, и, похоже, ушастые просто не стали с ними возиться.

Она положила на стол несколько увесистых, обтянутых кожей свёртков.

— Это лишь малая часть того, что там есть. Книги по рунной магии, трактаты по алхимии, чертежи каких-то артефактов. Мы не смогли унести много, вскрыли только самую доступную секцию. Но там, — она снова ткнула пальцем в карту, — там целая сокровищница, главное не спешить, снимая магические плетения.

Я смотрел на эти книги, и во мне боролись два чувства: самосохранения и жажды новых технологий. В итоге я понял, что должен получить эти знания…

На следующий день отдал новый приказ о формировании крупных, хорошо вооружённых поисковых отрядов. Я назвал их «охотниками за знаниями». В каждый такой отряд входило по две сотни бойцов для охраны, и по два десятка гномов-инженеров и лисиц-специалистов. Их задача была проста: вернуться в мёртвые города Элары и вывезти оттуда всё, что имело хоть какую-то ценность. Нет, не золото и драгоценности, хотя это тоже выглядит заманчиво. Меня интересовали книги, чертежи, магические реагенты, инструменты, артефакты. Всё то, что могло усилить нас, дать нам новое оружие, новые технологии.

А чтобы стимулировать этот процесс, я пошёл на беспрецедентный шаг. Собрал представителей торговых предприятий, которые к тому времени уже плотно обосновались в Каменном Круге, и объявил им о своей новой программе. Я был готов платить золотом, землёй, привилегиями. За любую ценную информацию, за любую книгу по магии или технологии, за любого специалиста, мага, инженера, алхимика, которого они смогут найти на просторах этого мира и привести ко мне на службу.

Торговцы, эти вечные стервятники, чующие запах прибыли за версту, сначала отнеслись к моему предложению с недоверием. Но недоверие почти сразу прошло, ведь все знают, что не страдаю идиотизмом, и готов платить за работу. Это был рискованный шаг. Я открывал свои границы, пускал в свой мир чужаков, среди которых могли оказаться и шпионы Мортаны. Но я шёл на этот риск сознательно. Мне нужны были специалисты, потому что я понимал: в грядущей войне победит не тот, у кого больше солдат, а тот, у кого лучше технологии. И я был намерен собрать под своим крылом лучшие умы этого мира.