Читаем Спящие города онлайн бесплатно
Я стоял в центре поля, на специально очерченной мелом площадке. На мне была простая кожаная куртка, штаны и высокие сапоги. Никаких доспехов, никаких амулетов. Лишь на поясе висела кобура с револьвером, да в руках я держал мою верную винтовку, которую гномы, в знак особого уважения, прозвали «Аргументом». Длинный ствол из воронёной стали, ложе из тёмного, отполированного до блеска дерева. Но главной её особенностью были не красота и не надёжность, а то, чем она была заряжена. Специальные пули, отлитые из особого сплава и покрытые рунической вязью, разработанной лучшими мастерами Брунгильды. Каждая такая пуля стоила, как хороший боевой конь, но и эффект от неё был соответствующий.
В пятидесяти шагах от меня, на противоположном конце площадки, стоял мой оппонент. Альбрехт был великолепен в своей надменности. На нём был расшитый золотом бархатный камзол, а в руке он держал изящный магический посох, увенчанный огромным, огранённым рубином. Вокруг его фигуры уже клубилось и мерцало едва заметное марево, защитный барьер, сотканный из чистой магической энергии. Он смотрел на меня с откровенным презрением, как на таракана, которого собирается раздавить.
— Готов умереть, мужлан? — его голос, усиленный магией, пронёсся над полем. — Я сделаю это быстро, могу обещать это моей непутевой сестре.
Я ничего не ответил, лишь молча проверил винтовку. Герольд, стоявший на краю площадки, поднял белый платок.
— Да начнётся поединок чести! — его голос дрожал от волнения.
Платок взлетел в воздух.
И в тот же миг Альбрехт начал действовать. Он не стал тратить время на мелкие, разминочные заклинания, сразу пошёл с козырей. Воздух вокруг него загустел, наливаясь жаром. В его руках, над рубиновым навершием посоха, начал формироваться огненный шар. Он рос с каждой секундой, становясь всё ярче, всё горячее, обещая испепелить всё на своём пути.
Я же не торопился, спокойно, без суеты, вскинул винтовку к плечу, поймал в прицел самодовольную фигуру Альбрехта. Я не целился ни в голову, ни в сердце. Моей целью было то, что он считал своей главной защитой, его магический барьер. Плавно нажал на спуск…
Выстрел прозвучал громко и резко, как удар хлыста. Пуля, оставляя за собой едва видимый серебристый след, сорвалась со ствола. Альбрехт даже не пытался увернуться. Он был абсолютно уверен в непробиваемости своего щита, лишь усмехнулся, глядя, как крошечный кусочек металла летит ему навстречу.
Удар был оглушительным, в тот момент, когда пуля коснулась магического барьера, раздался звук, похожий на треск ломающегося льда. Щит, способный, по словам Элизабет, выдержать прямое попадание из катапульты, вспыхнул ослепительным светом, а потом разлетелся на тысячи мерцающих осколков. Как будто в него ударили не крошечной пулей, а огромным невидимым молотом.
Руническая вязь, нанесённая на пулю, сделала своё дело. Она вошла с барьером в резонанс, нарушила его внутреннюю структуру, заставила его коллапсировать изнутри.
Альбрехт замер, усмешка сползла с его лица, уступив место выражению абсолютного ужаса и неверия. Он смотрел на свои руки, на посох, на то место, где ещё секунду назад был его несокрушимый барьер. Огненный шар, который он так и не успел запустить, с шипением погас.
Толпа на холмах ахнула, никто не мог поверить в то, что произошло, всего один выстрел. Альбрехт, наконец, очнулся от оцепенения. В его глазах мелькнула паника, он что-то закричал, вскидывая посох, пытаясь сотворить новое заклинание. Но было уже поздно.
Второй выстрел.
На этот раз я целился ему в грудь. Я не чувствовал ни злости, ни ненависти. Этим выстрелом я окончательно принимал правила игры этого мира. Хотят умирать за власть, да без проблем…
Пуля ударила точно в то место, где под бархатом камзола билось его надменное, аристократическое сердце. Альбрехт дёрнулся, как будто наткнулся на невидимую стену. Его глаза расширились от удивления, он посмотрел на дырку в своей груди, из которой хлынула кровь, потом на меня. В его взгляде не было боли, лишь недоумение. Как будто он до последней секунды не мог поверить, что его, благородного Альбрехта фон Вальдемара, может убить какой-то мужлан с куском железа в руках. Он постоял так ещё мгновение, покачиваясь, а потом его ноги подкосились, и тело рухнуло на землю.
Над полем снова повисла тишина. Никто не смел пошевелиться или издать посторонний звук. Старые патриархи, что пришли сюда с последней надеждой, смотрели на бездыханное тело своего недавнего кумира и чемпиона, и на меня, стоящего с дымящейся винтовкой в руках.
— Вопросы ещё есть? — мой голос прозвучал тихо, но в этой мёртвой тишине его услышал каждый.
— Да здравствует герцог Михаил Вальдемар! — громко произнесли несколько молодых баронов, а следом за ними клич подхватили остальные.
