Читаем Сингапур онлайн бесплатно
Первый приступ апендицита прихватил Тоболина когда он практиковался на буксире в заполярном порту Тикси. Тогда он перетерпел, но боли-тягучие, ноющие, сначала временами, затем стали постоянными после приезда в училище. Особенно тревожили при хотьбе. Апетит пропал начисто. Тоболин истощал и как говорят, превратившись в дохлого гуся, вынужден был обратиться к училищному врачу Верочке. Так ее называли курсанты старших курсов, а младших-Вера Николаевна. Она была в возрасте двадцати восьми лет, но выглядела девчушкой. Немножко курносенькая, смазливая на лицо, с алыми пухлыми губками, небольшого росточка, подвижная, болтушка на язык, голубоглазая. Казалось, с ее лица никогда не сходила улыбка, а веселость и общительность делали ее своей в курсантской среде.
Верочка нахмурила лицо, что ей конечно совершенно не шло и официальным голосом распорядилась:
— Вот что, Тоболин. Сейчас я вызову скорую и сразу же сделают операцию. А так…
Она безнадежно взмахнула белой, красивой, кукольной ручкой.
— Если не вызвать, пролежишь в больнице с неделю, а то и подольше. Пока анализы, то да се… А со скорой-в первую очередь. Уяснил?
Курсант поначалу молчал, а прослышав об операции, ненастойчиво заартачился.
— Вера Николаевна, может, не стоит… Вдруг пройдет само собой. Дайте таблеток…
Прищурив прекрасные глазки, она с укором на него взглянула. Затем доходчиво принялась объяснять:
— Сам посуди, Тоболин. Прихватит где-нибудь посреди океана… И что? А если прорвется? От апендицита ведь тоже умирают…
Тоскливое выражение в его глазах нисколько не повлияло на ее решение и тем окончательно его добила.
— А как ты думаешь! Умирают!
Подобный аргумент в пользу операции его наконец убедил. Тем не менее согласился без особого энтузиазма:
— Чтож делать… Вызывайте.
Верочка мгновенно набрала номер по телефону, благо аппарат находился у неё под рукой и, не положив трубку, начала курсанта поучать:
— Тоболин, учти… Когда приедет скорая, делай вид, что тебе очень больно. Стони как можно шибче. Вот увидишь, все получится.
Тоболин с ухмылкой на лице уточнил:
— Значит, придуриваться…
— Тоболин, ну о чем ты говоришь!
Она сделала вид, что сердится. Но через минуту напыщенность на ее лице заменилась присущей ей улыбкой.
Машина прикатила ровно через десять минут. Молоденькие студентки-практикантки во главе с врачихой, высокой сухощавой женщиной, волоча огромные носилки, шумно появились в госпитале училища.
— Где ваш больной? — Спросила врачиха, озираясь вокруг и оглядывая пустые койки. К кому были обращены ее слова, наверно, и сама не знала. Верочку она приняла за кого угодно, но только не за коллегу. А та же обиженно хмыкнула и горделиво повела носиком. Ущемленное самолюбие искало повода чтобы отомстить. Потому показывая пальчиком на сидящего у стола курсанта, не без ехидства сказала:
— Чего вы ищите! Он же перед вами.
Вся эта оригинальная сценка произошла потому, что Тоболин забыл о наставлениях Верочки и с любопытством глазел на столпившихся вокруг своей врачихи студенток. И тут его наконец прорвало. Скочерыжился в три погибели и давай стонать…Пока врачиха с высоты своего роста удивленно рассматривала курсанта, девушки сообразили что к чему. Схватили, уложили на носилки и бегом потащили в иашину. Верочка лишь успела им вдогонку помахать маленькой ручкой. Прощальные взмахи конечно же адресовались Тоболину, но он их так и не увидел.
Машина неслась с сумашедшей скоростью. А в это время практикантки, как могли, берегли курсанта, как нечто особенное, или будт-то ведро воды, которая могло расплескаться. А какие он слышал слова! Парнишечка, потерпи. Очень ли больно? Молодец! Еще немного и приедем…
Изнутри у него давило, мучала совесть за свое притворство и хотелось крикнуть: «Отстаньте от меня, девушки. Ничего уже у меня не болит!» И крикнул бы, но вспомнил о Верочке. Не хотелось её подводить.
В светлой, опрятной, шестиместной палате, куда под сопровождением пожилой няни явился Тоболин, находилось пять больных и он оказался шестым и единственным с апендицитом. Они в то время лежа на койках о чем-то негромко беседовали. Появление нового человека-это как газета с новостями. Поэтому разговорный шумок вмиг затих и все внимание ему. В первую очередь-спросить с какой болезнью прибыл, а потом уже расспросы, что нового на «воле». После того, как узнали, что у новичка апендицит, самый старший по возрасту, мужчина лет сорока, с гипсом на ноге, приподнял от подушки голову, сочувственно на него посмотрел. И думая, что новичка обрадует, сказал:
— Ааа, апендицит…так это чтооо… Раз, два и отхватят. Подумаешь, лишний кусок кишки…
Тоболин в то время в медицине имел очень скудные познания и поэтому никак по началу не мог понять: почему вдруг он лишний…И возможно бы и спросил, но тот же голос отбил такое желание:
— Парень, ты не волнуйся и не стой, а ложись в койку и отдохни.
