Читаем Ретро Бит онлайн бесплатно
Условия пугали комбинаторикой, матстатистикой, операциями с матрицами и другими, в целом мне знакомыми, но отсутствующими в учебнике за одиннадцатый класс материалами. То, что шансов решить у нормального школьника, не вундеркинда, нет никаких. Ну и мстительная же вы стерва, мисс Ингрид.
— Вы претендуете на исправление плохой итоговой оценки, Колон, это требует заданий повышенной сложности. Решайте — и мистер Миллер наверняка объективно вас оценит. Задачи, как все поняли, подобраны индивидуально. Если будете спорить с учителем, автоматически получите минус балл.
На несколько секунд я даже задумался — стоит ли демонстрировать знания, или лучше «охладить трахание» и признать поражение. Не лучше! У нас, простых парней из гетто, тоже есть честолюбие. И никаким стервам с золотой ложкой в заднице нас гнобить не стоит. Ай, карамба! Притвориться тупым, как валенок, у меня уже не получилось. Спалил мозги и знания по полной.
Судя по напряженным позам Ли и булочки Мендосы, им полученные задания тоже не понравились.
Слава молодым мозгам! Я сорокапятилетний, наверное, и половину полученного за срок одного академического часа не решил бы без помощи гугла. Пятьдесят минут то есть, что мне непривычным поначалу показалось. Сидел, скрипел головой и ручкой и считал, упрощал, выводил. Сделал всё! Отличник я или где?
— Колон, что там у тебя было? — внезапно подошел на переменке Ли, непривычно дружелюбный. За меня что, Ким словечко на правах азиата замолвил? Или дело в том, что я за них впрягся?
— Вот, полюбуйся, — я протянул ему листок, послуживший мне черновиком. Китаец аж прошипел что-то удивленное на своём монголо-корейском.
— Колон, это же университетская программа! Даже я не знаю, как такое решать! Мендоса, ты посмотри сюда! Эта расистка не только нам с тобой сложность заданий завысила! Как ты вообще смог решить?
— С огромным трудом. Миссис Джулай показывала мне эти задачи, но я недостаточно много их решал… — я отвлекся от разговора и злобным взглядом психа, знающего, что такое безумие, зыркнул на подошедшего слишком близко чикано. Сработало, тот передумал приближаться.
— Да кто она вообще такая? Профессор математики?
— Моя соседка, недавно с ней познакомился, — между прочим, чистая правда. Мисс Июль на самом деле ведь неотъемлемый обитатель нашего трейлера. — У нее нет гражданства и документов, но…
— А со мной старший брат занимается. Он в университете учится…
Не скажу, будто мы с Ли прямо как друзья поболтали, но его враждебность как будто если не испарилась, то поубавилась. Скорее всего, понял, что я на булочкины чичис не претендую и конкурентом ему становиться не желаю. А раз так, то чего нам делить?
— Миллер всё равно тебе оценку не исправит, жалуйся директору. По-другому никак, — добавил на прощание отличник.
И так-то он прав, но как-то общение с моим добрым другом Скиннером поубавило мне веры в американскую справедливость. Тут всё, как и везде. Круговая порука, и если взрослые решили загнобить слишком доставшего их пацана — то так и будет.
Урок физики прошел по тому же сценарию. Также персональное задание по теме «это мы не проходили» — расчет электрической цепи с конденсатором и катушкой индуктивности. Ну, то есть они не проходили, а я по электротехнике курсовую писал на втором курсе. Стал одним из двух студентов, кто предпочел написать ее самостоятельно, а не задонатить преподавателю. Увы, в девяностые все выживали как могли, включая неплохого, по сути, мужика, доктора технических наук.
Для смелых предлагалась и третья опция — каждый мог дерзнуть обыграть доцента в желейный волейбол на компьютере и выиграть себе хоть четверку — за две победы, хоть тройку — за одну. А я, как тупой перфекционист, хотел пять. А потому пришлось в теме разобраться и написать работу самому. Спасибо тебе, добрый человек, жаль, не помню, как тебя звали, только то, что нахаляву три балла у тебя почти никто не получил, так как играл ты превосходно. Уверен, «мисс фон расизм» у него бы по-честному «курсяк» защитить не смогла, несмотря на то, что девушкам четверка автоматом ставилась с гарантией. Их у нас в группе всё равно училось всего две.
И еще электричество — тот раздел физики, куда проклятые империалисты не влезли со своими фунтами и галоперидолами. Здесь балом правят родные мне, словно члены семьи, Ом, Ампер, Вольт, Фарад и Генри. Поэтому я счастливо улыбался, пока решал невозможную для школьника задачу. Ой, палюсь, что слишком умный, со страшной силой и ничего не то, что не могу, но и не хочу с этим делать. Маска тупого «вато-гопника» не моя, да и лицедей из меня так себе.
Вторая причина, по которой я давил из себя довольную лыбу — выражение лица фрау фон Штейн, решившей, пока мы тут «страдаем» от физики, проверить работы по математике. В руках она при том держала именно мой листочек.
