Читаем Разрушенные клятвы онлайн бесплатно

ИНФОРМАЦИЯ ДЛЯ ЧИТАТЕЛЕЙ

АВТОР: Катарина Маура

СЕРИЯ: Семья Виндзор

КНИГА 4: Разрушенные клятвы

ПАРА: Селеста и Зейн

ТРОПЫ:

— От соперников до возлюбленных

— Второй шанс

— Брак по договору

— Это всегда был(а) ты

— Правильный человек в неправильное время

ПЕРЕВОД: #library_books_bb

АННОТАЦИЯ

Она была его первой любовью, первым разбитым сердцем и единственным сожалением.

Зейну Виндзору всегда нравилось, как загораются глаза Селесты Харрисон, когда он выводит ее из себя. Ему потребовались годы, чтобы понять, что то, что он испытывает к сопернице детства, не является ненавистью.

Когда они начинают работать в своих семейных компаниях, конкурируя в больших масштабах, чем когда-либо прежде, он решает, что хочет всего этого с ней — и то, что Зейн Виндзор хочет, он получает.

Зейн и Селеста обнаруживают, насколько тонка грань между любовью и ненавистью, и влюбляются друг в друга сильнее, чем каждый из них мог себе представить...

...пока неожиданная трагедия не заставляет их задуматься, было ли все это вообще реальностью.

Движимый жаждой мести, Зейн ставит компанию Селесты на грань банкротства, в результате чего их бабушке и дедушке не остается ничего другого, как вмешаться.

Виндзоры и Харрисоны соглашаются на слияние — при одном условии: Зейн и Селеста должны жениться друг на друге.

Эта книга для тех, кто позволяет верности ослепить нас, кто позволяет ей лишить нас того, что питает нашу душу. Только вы можете дать себе разрешение быть счастливым.

Скажите «да».

Сделайте прыжок.

Следуйте за своим сердцем.

Вы заслуживаете счастья, которого так горячо желаете другим.

Часть 1

ПРОШЛОЕ

Глава 1

Селеста

Существует не так много людей в этом мире, которых я искренне ненавижу каждой клеткой своего существа. Если быть точной, в моем списке всего одно имя — Зейн Виндзор.

Одна мысль о нем заставляет мой желудок сжиматься, а кровь застывать в жилах от парализующего ужаса. Зейн Виндзор — это проклятие всей моей жизни, человек, которого я проклинаю даже во сне. Так было всегда. Когда в памяти всплывают самые отвратительные моменты моего детства, перед глазами неизменно возникает его лицо. И осознание того, что мне придется увидеть его снова всего через несколько часов, доводит меня до нервного срыва.

— Селеста?

Я поднимаю глаза и встречаю обеспокоенный взгляд Лили, моей лучшей подруги. Она мягко убирает выбившуюся из идеально завитых локонов прядь за ухо, ее голубые глаза полны понимания.

— Все будет нормально, — успокаивает она меня. — Это всего лишь благотворительный бал, и у тебя будет отличная возможность для полезных знакомств. Просто сосредоточься на этом, хорошо?

Я смотрю на свои ногти, покрытые ярко-желтым лаком, но не могу избавиться от гнетущего предчувствия.

— Это ежегодный бал Виндзоров, — шепчу я, голос дрожит. — Какое-то дурное знамение, что первое официальное мероприятие, которое я посещаю после возвращения, организует именно его семья.

Я была уверена, что пять лет в колледже дали мне столь необходимую уверенность, но стоило мне переступить порог родного дома, и она испарилась без следа.

Возвращение сюда ощущается, как десять шагов назад, будто та девчонка, которой я была раньше, царапает изнутри, требуя выпустить ее на свободу. И больше всего на свете я боюсь, что, оказавшись рядом с Зейном, снова превращусь в ту себя — ту, которую я ненавижу, за которую мне стыдно.

— Селеста, ты самая сильная и умная женщина из всех, кого я знаю. Жаль, что ты не видишь себя моими глазами — тогда бы ты поняла, насколько глупо позволять такому, как Зейн, влиять на себя. Он не стоит даже секунды твоего времени.

Я киваю, пытаясь убедить себя в ее словах, стряхнуть с себя оковы прошлого. Она права, конечно. Зейн больше не должен иметь власти надо мной.

— Я тебе говорила, что дедушка поручил мне проанализировать каждый дюйм отеля Виндзоров, где будет проходить мероприятие? — спрашиваю я, меняя тему. Разговоры о Зейне только поднимают на поверхность воспоминания, которые я так тщательно стараюсь забыть. Секреты, которые скрываю даже от Лили. — Ты знаешь, что он мне сказал?

Лили качает головой, касаясь хайлайтером моих скул.

— Отзывы об их отеле отличные, но так мы не получим всей информации. Они сами нас пригласили, не так ли? Было бы невежливо не воспользоваться возможностью оценить их удобства в полной мере, — передразниваю я деда. — Ты можешь в это поверить?

Лили неожиданно смеется, и я тоже улыбаюсь. Смех хоть немного заглушает боль от тех слов, которые я решила не озвучивать.

«Я надеюсь, что твое образование действительно хоть чему-то тебя научило, потому что я устал видеть, как моя внучка снова и снова уступает этому мальчишке Виндзору. Ты больше не в школе, Селеста. Теперь ставки выше, и права на ошибку у тебя нет. Минимум, чего я от тебя жду, — это поднять наши отели до их уровня.»

Иногда мне кажется, что дедовские сравнения не так сильно бы ранили, если бы он хоть раз признал, что я не проигрываю Зейну во всем. Возможно, если бы не его ожидания, моя ненависть к Зейну не превратилась бы в то, чем она стала.

Сказать, что мы с ним были соперниками в детстве, значит не сказать ничего. Возможно, когда-то все действительно началось как обычное детское противостояние — естественный результат вражды наших семей. Но с годами это превратилось в чистую ненависть, настолько глубокую, что единственным выходом для меня был побег. Побег, который теперь подошел к концу.

— Твой дед порой просто невыносим, — тихо говорит Лили, и в ее голосе проскальзывает беспокойство. Иногда мне кажется, что она все-таки замечает ту боль, которую я прячу так тщательно. — Но ведь он выбрал тебя своей наследницей. Позволь его поступкам говорить громче его слов, ладно? Он бы не сделал этого, если бы не верил в тебя.

Я подавляю желание нервно прикусить губу и просто киваю, соглашаясь. Лили знает не хуже меня, что дед выбрал меня своей преемницей только потому, что мой брат Арчер отказался плясать под его дудку. Если бы Арчер не ушел из дома, поклявшись никогда больше не переступать этот порог, мне бы не досталось ни капли власти.

Лили внимательно осматривает мое черное вечернее платье, дважды проверяет макияж, убеждаясь, что все идеально, и только после этого одобрительно кивает.

— Этот бал закрепит твой новый статус в компании деда, и именно на этом ты должна сосредоточиться. Ты будешь так занята нетворкингом, что даже не заметишь Зейна. Ты же говорила, что на этом мероприятии обычно сотни людей?

Я колеблюсь, кивая, и ненавижу себя за это. Зейн заставляет меня вести себя не так, как я привыкла. Я больше не та застенчивая девочка, но стоит мне хоть на секунду вспомнить о нем — и вот она, снова здесь.

— Значит, избегать его будет не так уж сложно, по крайней мере пока, — пожимает плечами Лили. — Хотя, если честно, я считаю, что лучше встретиться с ним лицом к лицу и сразу задать новую тональность. Он был твоим главным соперником в детстве, но это ничто по сравнению с тем, какую угрозу теперь представляют Windsor Hotels для Harrison Developments. Выбора у тебя нет, Селеста. Хоть тебе это и не нравится, но ваши компании теперь будут сталкиваться на каждом шагу.

— Я знаю, — вздыхаю я. — Я не могу его избегать, но я просто не уверена, что готова. Лил, это тот самый парень, который украл мой первый проваленный тест по алгебре, чтобы вставить его в рамку рядом со своей «А+» и разослать фото всему классу. Он дразнил меня каждый день в течение двух лет, пока я носила брекеты, и пользовался каждой возможностью, чтобы унизить и раздавить меня — с тех самых пор, как мне было три года. А теперь я должна вести себя с ним дружелюбно? Должна поблагодарить его за приглашение и сделать вид, что годы издевательств не оставили на мне свой след?

Сочувствие в глазах Лили заставляет меня почувствовать себя еще более жалкой, и я отвожу взгляд.

— Селеста, — Лили произносит мое имя мягко, но твердо. — Ты, моя дорогая, чистая магия. Все, чего ты касаешься, оживает по твоему замыслу — это настоящее волшебство. Так что сделай то, что умеешь лучше всего: представь себе путь, по которому ты идешь, без преград, без страхов. Представь себя той женщиной, с которой Зейн Виндзор не посмеет играть. Потому что именно ей ты и являешься. Просто старые комплексы заставляют тебя на мгновение усомниться в этом. Разве не ты всегда твердишь мне, что мы контролируем свои мысли, а не они нас? Так возьми свою же мудрость на вооружение сегодня.

Я моргаю, застигнутая врасплох. Никогда не думала, что услышу свою собственную мантру, брошенную мне в лицо таким образом. Спорить бессмысленно. Ее слова словно расчищают завесу тумана в моей голове, и я вдруг ясно вижу, насколько тяжело могут давить на меня неуверенность и страх.

— Ты права, — шепчу я, чувствуя, как сердце бешено стучит. Годами я представляла себе мир, в котором наконец-то заслужила одобрение дедушки, мир, где я на вершине индустрии, разрабатываю лучшие гостиничные проекты в мире. Почему же я позволила этой картине померкнуть, пусть даже на миг?

— Я всегда права, — смеется Лили. — Когда сомнения одолеют тебя сегодня вечером, вспомни мои слова. Ты — чистая магия, Селеста. Не позволяй никому говорить тебе обратное — и уж точно не кому-то вроде Зейна.

Я ухмыляюсь ей в ответ, чувствуя, как напряжение спадает, а уверенность возвращается. Боже, как же мне хочется взять ее с собой на этот чертов бал — с ней я чувствую себя намного увереннее, чем рядом с дедушкой.

— Ладно. Я справлюсь, — говорю я твердо. — Я просто войду в этот зал так, будто он принадлежит мне.

Глаза Лили вспыхивают гордостью, и она нежно проводит рукой по моим волосам.

— Вот так, моя девочка. Разнеси их всех к чертям. Очаруй их, забери у Зейна весь его рынок. Если кто и способен на это, то только ты.

Я смотрю в зеркало, вновь наполняясь уверенностью.

— Я справлюсь, — шепчу я скорее себе, чем Лили, но она все равно кивает.

— Ты не просто справишься. Ты победишь.

Я задерживаю взгляд на своем отражении, на идеальном макияже, на собранном, уверенном выражении лица. Я больше не та застенчивая девочка, какой была когда-то. Женщина, смотрящая на меня из зеркала, — не та, что уехала отсюда пять лет назад.

И Зейн Виндзор собирается узнать это самым жестким способом.

Глава 2

Зейн

— Сегодня вечером я рассчитываю собрать на благотворительность не меньше миллиона. Как у нас идут дела, Валентина? — Лука, один из моих братьев, поворачивается к своей секретарше.

Она начинает зачитывать цифры, но я слушаю вполуха, рассеянно кивая, пока разворачиваю мятную конфету и закидываю в рот. Обычно этот ежегодный благотворительный бал приносит мне удовольствие — результат долгих месяцев работы, которую мы с пятью моими братьями и сестрой вкладываем в это событие.

Но не сегодня.

— Зейн? — Вэл произносит мое имя резко.

Я поворачиваюсь к ней, чувствуя, как в груди вспыхивает вина — судя по выражению ее лица, она уже некоторое время пытается привлечь мое внимание. Ее взгляд цепкий, а в уголках накрашенных алой помадой губ играет легкая усмешка.

— Почему ты все время поглядываешь на вход? Кого-то ждешь?

Я открываю рот, чтобы опровергнуть ее слова, но оправдания тают на моем языке. Вэл знает меня слишком хорошо — она быстро стала мне так же дорога, как и моя собственная сестра. Я не смогу посмотреть ей в глаза и солгать.

— Забыл сказать, — вместо этого произношу я. — Я выставляю на аукцион недельное проживание в следующем отеле, который приобрету. Целый отель в полном распоряжении одного человека за неделю до официального открытия. Все расходы оплачены.

Она чуть щурится, явно понимая, что я пытаюсь отвлечь ее внимание. Но, к счастью, позволяет этой теме ускользнуть.

— Великолепно, — улыбается она с тем же ехидным выражением. — Я добавлю это в каталог. Ты уже выбрал даты?

— Да, это будет…

Черт.

Дыхание покидает мои легкие, оставляя меня в состоянии легкого опьянения, пока я смотрю на вход, словно под гипнозом. Все мысли растворяются, пока не остается ничего, кроме нее — моей Неземной.

Она вернулась.

Наконец-то.

Я жадно пожираю ее взглядом, не в силах насытиться. Янтарные глаза, пухлые губы, длинные темные локоны, ниспадающие по плечам… Как, черт возьми, она стала еще красивее за эти годы? Мой взгляд скользит вниз, по изгибам ее тела, затянутого в черное платье, греховно облегающее фигуру. Вырез на груди… Блять. Я одновременно ненавижу и обожаю его.

— Селеста Харрисон, — с усмешкой произносит Вэл.

Я заставляю себя сохранять невозмутимое выражение лица, но по блеску в ее глазах понимаю, что провалился.

— Давно ее не видел, — замечает Лука, хмурясь. — Она ведь училась в Лондоне, да? Сколько прошло? Три года?

Пять лет, два месяца и двенадцать дней, вообще-то.

— Да хрен его знает, — бурчу я.

Лука коротко смеется, явно потешаясь над моей попыткой выглядеть равнодушным, а я в раздражении провожу рукой по волосам.

— Конечно, — ухмыляется он.