Читаем Прощаль онлайн бесплатно
— Почему не нужен? — сказал американец. — Очень даже нужен. — Вы же знаете, что при нынешней технике можно подделать внешность любого человека. Можно из волос и грима создать Манасевича-Мануйлова или президента Джорджа Вашингтона или, наконец, кайзера Вильгельма.
— Хорошо!
Манасевич нажал четырехугольный рубин на своём перстне, и извлек из тайничка совсем уж малюсенькое удостоверение, но самое настоящее.
— Вот вам, дорогой мистер Смит, — мое удостоверение. Вы можете убедиться, что я самый настоящий Иван Фёдорович Манасевич-Мануйлов, друг святого старца Григория Новых, что сегодня в России многое значит. А вот Смитов в Англии и Америке больше чем звёзд на небе. Бьюсь о заклад, что на самом деле ваше имя совсем иное.
— Может и так, но для вас это не имеет никакого значения,
— отвечал Джон Смит, — из документа вы поняли, что я действительно представляю правительство Соединенных Штатов. Это главное.
— Хорошо! Мы встречаемся с вами в Томске, потому, что Петербург теперь наводнен немецкими шпионами. Но у нас есть пословица: береженого бог бережет. Вражеские агенты могут быть даже в Томске. Приезжайте сегодня вечером к Хотимским, да заходите через двор сзади, через калиточку со стороны огорода, чтобы с улицы вас никто не видел. Это не обязательно, но желательно.
— Я понимаю, — отвечал американский агент.
Вечером, уединившись в роскошном кабинете хозяина дома, они продолжили беседу.
— Магнитные дороги Вейнберга — дело далекого будущего,
— говорил, попыхивая сигарой, Иван Фёдорович Манасевич-Мануйлов. — Я вот был вчера в томском отделении Союза русского народа. Идёт война, а наши русские юноши измусолили книги Жюль-Верна. Библиотеки не успевают их латать. Я поставил перед юнцами ясные цели.
Правительства могучих держав, тем более, не могут быть бесплодными мечтателями. Сегодня, когда немецкие подводные лодки ползают в Атлантике, мы с Америкой имеем общие интересы. Нужен консорциум. Межконтинентальная железная дорога, которая должна пройти через Берингов пролив, и соединить четыре континента: Америку, Азию Европу, и Африку. По сто пятьдесят километров в обе стороны от этой дороги должна быть отчуждена полоса в пользу консорциума. И он с лихвой оправдает расходы. В Сибири есть алмазы, нефть запасы леса, редкоземельные элементы. Я берусь убедить нашего Государя заключить договор с банками Америки.
— Это очень, очень интересно! — сказал Смит.
— Мы предварительно считали! — кивнул Иван Фёдорович.
— Переход через Берингов пролив — девяносто вёрст, глубина там не очень большая. Когда-то континенты были связаны между собой. Индейцы пришли в Америку из Сибири, именно по этому древнему пути пройдёт наша дорога, это будет величайшие событие в жизни землян.
— Да! Это американский размах! — подтвердил Джон Смит. — А скажите, вы часто встречаетесь с Николаем Вторым?
— В любой момент, когда мне это требуется, для Манасевича двери дворца открыты.
— И вы, действительно, являетесь автором протоколов сионских мудрецов?
— Да, я написал их. Это было дьявольское наущение. Но потом я отрекся и стал православным, и достиг дружбы со святейшим человеком Державы, и с самим Государем.
— Я горжусь нашим знакомством! — заявил Джон Смит, — очень жаль, что о нем нельзя никому рассказывать до поры.
— Да. Но Штаты должны дать мне письменное обязательство. В случае согласия русского правительства на консорциум, американское правительство должно будет выплатить мне гонорар в сто тысяч долларов. Еще я мог бы переговорить с Владимиром Карловичем Дротом, заведующим, евразийской континентальной биодинамической станцией. Возможно, мне удастся убедить его переехать в Америку. Он утверждает, что может создать такое химическое оружие, что и Кайзеру не снилось. Я докладывал Государю, но он говорит так: «Я не кузен Вилли, я не буду воевать запрещёнными газами, я его одолею законными приёмами борьбы…» И царь не дал этому ученому на его исследования — ни копейки. В Америке велик интерес ко всему новому, я готов за определенные комиссионные переговорить с нашими учеными. О цене моих услуг договоримся потом.
— О, кей! — кратко ответил мистер Смит.
Профессор Михаил Фёдорович Попов создатель кафедры судебной медицины заказал томским архитекторам строительство здания, по образцу Лейпцигского анатомического музея.
Здание в белой березовой роще, неподалеку от речки Медички, и чуть в стороне от других университетских корпусов, вызывало у томичей жутковатое любопытство. Именно сюда привозили криминалисты трупы на экспертизу. Помимо мертвецкой, в подвальной комнате разместился музей. Там под стеклом лежали отрытые на Воскресенской горе останки. Черепа пробиты, кости переломаны. Ученые изучили черепа, шлемы, кольчуги, копья, сабли, стрелы. Доказали: русские ратники, они обороняли крепость Томскую в семнадцатом веке. Не пощадили жизни своей, не отступили, не спрятались.
