Читаем Пришелец в СССР – 2 онлайн бесплатно
В голове не укладывалось, как может быть связано философско-мистическое учение девятнадцатого века и убийства одиноких женщин второй половины двадцатого века. Я тут же озвучил этот вопрос, и озадачил профессора.
— Признаться честно даже не знаю. Тут два варианта. Либо ваш убийца является прямым потомком кого-то из членов общества Садовников и тем самым является наследником. Либо он подражатель. Но чтобы быть подражателем надо знать о том, что существовало такое сообщество и вот тут мы подходим к вопросу, как подражатель мог узнать о Садовниках, чтобы к тому же еще и вдохновиться их идеями.
— Он контактировал с кем-то, кто имел непосредственное отношение к Обществу.
— Или читал про Общество в архивах. Только информация находится в специализированных архивах, доступ к которых весьма труден, да и она разбросана по разным документам. В общем, чтобы найти ее, надо специально искать. Поэтому мне видится первый вариант более реалистичным.
— Вы знаете, что стало с тем студентом Вольновым? — спросил я.
— Нет, к сожалению. Это не входило в тему моего исследования.
— А с другими ведущими членами Общества?
— Тоже нет, но вот что я думаю, молодой человек. Дайте мне немного времени. И я попробую узнать все что нам необходимо. Быть может, это даст след для поиска убийцы.
По возвращению от профессора лишь только я успел переступить пороги кабинета раздался телефонный звонок. Трубку поднял Пироженко, молча послушал и также молча протянул ее мне.
— Тебя? Какой-то Никита Рябинин.
Я взял трубку. Интересно, зачем я потребовался товарищу милиционеру. Никита приветствовал меня, тут же радостно сообщил, что находится в Ленинграде по служебной командировке, у него есть ко мне какое-то неотложное дело, и он хотел бы встретиться и пообщаться. Интересно, что принесло его из Мглова, подумал я и согласился на встречу. Договорились встретиться на Московском проспекте в кафе «Огонек». Путь для меня, конечно, не близкий, потом еще обратно в контору возвращаться, но меня разбирало любопытство, и я готов был хоть весь Ленинград объехать, чтобы узнать в чем суть неотложного дела Рябинина.
Утро выдалось солнечным. Потеплело. Я сел за руль и отъехал от Главка. На дорогах ездили поливальные машины, легковушек было мало. Внезапно захотелось сливочного пломбира, да полить его сверху Тархуном. Я понятия не имел, что такое Тархун, да и мороженное мне не особо нравилось. По всей видимости опять всплыли воспоминания Тени, которые он то и дело подбрасывал мне, в тайне надеясь вернуть контроль над своим телом.
Кафе «Огонек» находилось на углу Бассейной улицы и Московского проспекта. Я оставил машину возле тротуара в двух метрах от кафе и пошел на встречу. Рябинин меня уже ждал. Все такой же юный, рыжеволосый и веснушчатый, совсем еще салага, каким он мне и запомнился. Такому парню не бандитов ловить, а с концертом в ВИА «Поющие сердца» выступать по всему союзу. Девчонки сходили бы с ума, а он пел бы:
Я заказал кофе с молоком и творожные сырки. Рябинин тоже взял кофе, а к нему мороженное под названием «Сюрприз» за рубль одиннадцать копеек. Все-таки он еще совсем мальчишка, хотя мороженное выглядело очень привлекательно.
— Не ожидал тебя увидеть в Ленинграде, — сказал я.
— Я тоже не думал, что так рано появлюсь здесь. Хотя мне очень нравится в Ленинграде. Здесь как-то по-другому дышится. Более свободно что ли. Как идет следствие?
— Работаем над этим вопросом, — туманно ответил я. Мне почему-то не хотелось углубляться в подробности. — Ты хотел меня видеть. Что случилось?
— После того как ты уехал, я долго размышлял над этой историей. Она никак не выходила у меня из головы. Этот Садовник, почему он убивает, а главное зачем? В общем, в свободное от службы время, я проводил время в архиве. Изучал старые дела. Я все пытался понять, как связаны убийства современные с нэпманскими временами. И никак у меня не складывалось это в одну картинку.
Я уже догадывался, как они связаны, но не торопился рассказывать об этом Рябинину. Посмотрим, к каким выводам он пришел.
— Честно говоря я и сейчас не понимаю, как связать убийства времен НЭПа с нашими. Прямо какая-то преемственность поколений. В общем я закопался в архивах. Шел по старым следам. И кое-что обнаружил. Были еще убийства в 1954 году. Значит каждую серию убийств друг от друга отделает двадцать пять лет.
— Новые убийства в пятьдесят четвертом? — я был удивлен этой информации.
Получается схема Садовника намного сложнее, чем казалась сначала. Раньше у нас были две серии — в двадцать девятом и семьдесят девятом, а теперь новая серия — пятьдесят четвертого года. Между сериями двадцать пять лет. Получается у нас был либо один преступник, которого клинит раз в двадцать пять лет, либо это два или три разных преступника, которые связаны друг с другом. И это как-то связано с сектой Садовников, которые развивали свои философские мысли в Петрограде до революции.
