Читаем Предательство онлайн бесплатно

Коварные

Картеры #1

От Хлои Уолш

ПЕРЕВОД: #booksflcns

Выкладывать или отправлять файлы без отметки ЗАПРЕЩЕННО

Опубликовано Хлоей Уолш

Авторские права принадлежат Хлое Уолш, 2015 г.

Все права защищены. ©

Право Хлои Уолш быть идентифицированной как Автор произведения было подтверждено ею в соответствии с Законом об авторском праве и смежных правах 2000 года.

Все права защищены. Никакая часть этой публикации не может быть воспроизведена, сохранена в поисковой системе или передана в

любой форме и любыми средствами без предварительного письменного

разрешения издателя, а также не может распространяться иным образом в любой форме, переплете или обложке, кроме той, в которой она публикуется и без наложения аналогичных условий на последующего покупателя.

Редактор: Ю. Кроули

Фото на обложке: лицензировано Shutterstock. Инк.

ISBN электронной книги: 978—1—910817—08—7.

Распечатать ISBN: 978—1—910817—09—4

Отказ от ответственности.

Эта книга — художественное произведение. Все имена, персонажи, места и происшествия либо являются плодом воображения автора, либо используются вымышленно. Любое сходство с событиями, местами или людьми, живыми или умершими, является случайным.

Автор признает, что все названия песен, тексты песен и названия фильмов, упомянутые в этой книге, являются собственностью и принадлежат их соответствующим владельцам.

Другие книги Хлои Уолш:

The Broken Series

Break My Fall #1

Fall To Pieces #2

Fall On Me #3

Forever We Fall #4

Twisted Youth Series Treacherous #1

Позже в 2015 году

Следите за…

Awakened

(История Дерека)

Хлоя Уолш

&

Inevitable

(История Хоуп и Джордана)

От Хлои Уолш

Примечание автора:

«Коварные» — первый роман из «извращенная молодость», хотя многие персонажи взяты из «the broken series», и некоторым читателям может быть интересно прочитать всю историю.

Все предыдущие книги доступны на большинстве онлайн— платформ.

ПОСВЕЩЕНИЕ

Эта книга посвящается всем, кто попал в ловушку в личной, нескончаемой борьбе с психическим заболеванием.

Всем вам, кто чувствует себя непонятым, одиноким, изолированным, и замучен до настоящего и честного отчаяния Вы не одиноки.

Я чувствую вашу боль.

Я борюсь.

И помните, что ваш голос — ваше самое мощное оружие.

Продолжайте сражаться. ххх

Пролог

3 месяца назад

Ноа

— Ты не хочешь сделать маму счастливой, Ноа? — спрашивает меня мама, и я с готовностью киваю.

Мне семь лет, и я хочу сделать все, чтобы она перестала плакать.

Чтобы она не оставляла на своем теле эти ужасные распятия. Я знаю, что когда вырасту, я никогда не буду молиться. Я больше не хочу молиться. Я обещаю себе, что не буду. Но я не говорю об этом маме. Это ее огорчит. Я держу это в секрете.

Я хорошо умею хранить секреты.

— Тогда забирайся ко мне, — уговаривает она, придерживая дверь шкафа открытой. Ее карие глаза дикие и темные, и я боюсь залезть в этот шкаф. Я знаю, что произойдет, если я это сделаю. Это плохая идея.

— Ты и здесь в безопасности, мама, — говорю я ей, надеясь, что на этот раз она поверит мне и не рассердится.

— Ты хочешь умереть, Ноа? — она кричит, и ее лицо искажается, превращаясь в уродливую маму. Некрасивую маму. Уродливая мама злая и страшная, и режет кожу ногтями.

— Нет, — шепчу я, хотя иногда мне кажется, что хуже уже быть не может...

— Ты умрешь, — шипит она, царапая руки. — Мы оба умрем...как он. Так же, как он.

— Нет, не умрем, — говорю я ей как можно спокойнее. Хотелось бы, чтобы папа поскорее вернулся домой. Он знает, как заставить маму почувствовать себя лучше. Он дает ей это особое лекарство, завернутое в серебряную фольгу, и она засыпает. Может, он ушел за лекарством для мамы?

— Это дьявол внутри тебя, — рычит она.

Уродливая мама меня не любит. Она обзывает меня, и это меня огорчает. Красивая мама гораздо добрее. Надеюсь, папа скоро придет...

Протянув руку, мама хватает мой свитер и тащит меня в шкаф.

— Молись, — выплевывает она, когда ее длинные ногти грубо впиваются в плоть на моей руке. — Молись за свою душу, упрямый ребенок…

Рывком проснувшись, я схватил простыни и лежал совершенно неподвижно, медленно дыша, пытаясь взять себя в руки.

Я ненавидел такие сны — те, которые напоминали мне, почему мне нужно продолжать делать то, что я, черт возьми, ненавидел больше всего.

Солнце светило сквозь мои полузакрытые жалюзи, давая мне понять, что я проспал большую часть еще одного летнего дня. Я надеялся встать достаточно рано, чтобы отправиться в поход с Логаном, но, очевидно, я снова проспал. Похоже, я не мог не спать в эти дни. — Ноа, ты уже проснулся?

Дверь моей спальни открылась внутрь, и Элли Деннис, моя сводная сестра, стояла в дверном проеме, одетая только в бюстгальтер и стринги.

Ну, я предположил, что на ней были стринги. Она стояла ко мне лицом, так что я не мог видеть ее зад, но это была верная догадка, учитывая, что она любила расхаживать по дому практически без одежды.

Элли собрала свои прямые, до талии, черные волосы в хвост, чтобы ее пышные формы были полностью видны. — Как ты себя чувствуешь? — промурлыкала она тем изящным кокетливым голосом, который я ненавидел. Это был голос, которым она пользовалась, когда ей что-то было нужно — чаще всего мой член.

Я тяжело вздохнул и вздрогнул, когда острая боль пронзила мой бок. — Я жив, не так ли?

— Я скучала по тебе, Ноа, — проворковала Элли. — Тебя не было дольше обычного.

— Ни фига, Элли. — Обычно я работал ближе к дому и возвращался домой каждый вечер, но моя последняя работа была за пределами штата, и это заняло неделю. Вчера я наконец добрался домой поздно вечером и чувствовал каждый из этих дополнительных дней.

Элли шагнула в мою комнату, подошла к моей кровати. — Кстати, соседний дом занят — на прошлой неделе туда переехала новая семья.

Потирая лицо рукой, я вздохнул. — И ты говоришь мне это, потому что…

— Ты знаешь, почему я тебе это говорю, — горячо ответила она, ее

зеленые глаза сверкали, как и ее темперамент. — Папа говорит, что мы должны продолжать…

— Пожалуйста, перестань говорить со мной о своем отце. — Мне не нужна была эта чушь. Не сегодня. Не после вчерашней ночи…

— Тебе нужен массаж? — спросила она, чтобы сменить тему, когда она села на край моей кровати и наклонилась ближе. Ее груди напряглись под крошечными лоскутками красного кружева, покрывающими их.

— Нет, правда не нужен, — ответил я, совершенно не заинтересованный в том, что она предлагала.

Не смущенная моим отказом, Элли скользнула рукой под мое одеяло и сжала мой член. — Ты уверен? — промурлыкала она, скользя рукой вверх и вниз по моему полустоячему стволу. —Я могу помочь тебе снять часть этого напряжения внутри.

Мои глаза затрепетали — непроизвольная реакция на то, что мне потерли член. Я знал, что должен сказать Элли, чтобы она убиралась из моей комнаты, но, честно говоря, у меня не было сил спорить с ней. Я знал, что это звучит как-то извращенно и больно, но это была правда.

Вместо этого я мягко оттолкнул руку Элли и скатился с кровати, прежде чем неловко пройти в соседнюю ванную и закрыть дверь перед ее лицом.

— Ух ты. Невежливо, Ноа? — услышал я ее крик.

К счастью, когда я включил душ, шум мотора заглушил ее раздражающий гребаный голос.

Каждая мышца в моем теле болела, когда я стоял под обжигающе горячей водой, и мне пришлось держаться за стену, чтобы сохранить равновесие. Прошлая ночь отняла у меня чертовски много сил. Я был почти уверен, что сломал еще одно ребро, потому что вдыхать было чертовски больно.

Закрыв глаза, я откинул голову назад, позволяя воде стекать по моему лицу, наслаждаясь очищающим ощущением. С какой-то надеждой, что вода смоет мои воспоминания или, что еще лучше, мою совесть.

****

Каждый дюйм моего тела болел к тому времени, как я вышел из душа и оделся.

Боль пронзала каждую мышцу, прикрепленную к моему позвоночнику, и я, честно говоря, не знаю, как я остаюсь в вертикальном положении. Я чувствовал себя беспомощным. Я выглядел как дерьмо. Я был почти уверен, что не смогу работать сегодня вечером — черт, я был почти уверен, что мне нужна медицинская помощь.

Загнав боль в глубины сознания, я спустился по лестнице и направился на кухню, чтобы подкрепиться.

Закинув в рот кусок вчерашней пиццы, я схватил еще один и направился обратно. Как только я вышел на улицу, я услышал звук гитарного бренчания, за которым последовал женский голос, поющий слова песни, которую я никогда раньше не слышал.

«…Я изменила свою жизнь, чтобы ты меня полюбил, но в итоге это неважно…»

«…Все слезы, которые ты видел, как я плакала, а теперь ты исчез без звука…»

Я стоял неподвижно с куском пиццы пеперони, торчащим изо рта, и напряг слух, чтобы услышать ее…

«…Больше никаких звуков радости и смеха — только песни вчерашнего дня…»

«…Больше никаких слов, детка, я люблю тебя, потому что теперь ты ушел…»

Я подошел ближе к садовой ограде, движимый безумным желанием придать этому голосу лицо.

«…И теперь мне интересно, сколько времени потребуется…»

«…Чтобы я сказала, что люблю тебя…»

В саду рядом с моим сидела худенькая блондинка, скрестив ноги и босиком, с гитарой почти такого же размера, как она сама, на голых бедрах.

Проглотив последний кусок пиццы, я прислонилась к стене, разделяющей наши дома, и смотрел, как она играет.

«…Другому человеку, другому лицу, другому сердцу, другой подделке…»

Откинув голову назад, ее длинные светлые волосы рассыпались во все стороны, пока она играла с закрытыми глазами, напевая во весь голос. Ее пальцы были размытыми движениями, и я был чертовски очарован ею.

«… Было время, когда я бы боролась за тебя… Было время, когда я бы проигнорировала твои жестокие слова, когда я услышала, как ты сказал, что хотел бы никогда ее не встречать…»

«… Больше нет. Не сегодня. Я хочу большего. Я заслуживаю большего... »

Она закончила свою песню и положила гитару на траву рядом с собой, прежде чем лечь с закрытыми глазами и тяжело вздохнуть.

Ее светлые волнистые волосы выглядели так, будто их не расчесывали несколько дней. Джинсовые шорты, которые она носила, были изношены до нитки, а белая футболка, которую она носила, была ей велика как минимум в пять раз, завязанная в импровизированный топ с помощью заколки для волос.

Ее кожа была как шелк цвета слоновой кости, у нее был порез на левом колене и синяк на правом локте, и я никогда не видел ничего более чертовски красивого.

Она не была намеренно сексуальной... она просто была.

Я пристально наблюдал за ней, пока она вытягивала руки и ноги, явно греясь на летнем солнце — я не мог отвернуться.

По какой-то странной причине слова песни Гарета Брука «Unusually Unusual» пришли мне на ум, что было чертовски странно, потому что я не был поклонником кантри—музыки.

Она повернула лицо набок, открыла глаза и посмотрела мне прямо в глаза.

Она не отвела взгляд.

Я тоже.

Я просто стоял там, едва дыша, с чертовски сжимающей болью в груди, пока ее карие глаза искали глубоко внутри меня, вытягивая часть меня, о существовании которой я никогда не подозревал.

— Что ты делаешь? — потребовал голос позади меня, напугав меня и прервав странные вещи, которые у меня были с девушкой через забор.

Блондинка закрыла глаза, подняла лицо к небу, и момент прошел — как и странное тянущее ощущение в моей груди.

Элли вошла в мое личное пространство. — Ноа, я задала тебе вопрос… — ее голос затих, когда она проследила за моим взглядом.

У нее вырвался резкий смех. — Ты же знаешь, что не можешь, верно?

— Элли презрительно усмехнулась, сердито глядя на девушку через стену. — Ты знаешь, что для нас поставлено на карту. Никогда не гадь на собственном пороге.

— Я знаю, — сказал я ей.

Но это не помешало мне смотреть на нее.

Думаю, она обожгла меня в тот самый первый день... потому что я, черт возьми, уже не был прежним после нее.

ГЛАВА 1

Сегодня

Тиган

Моя соседка определенно злой — я была в этом уверена.

Когда я впервые приехала сюда в начале лета, она пренебрегла мной и проигнорировала все приветствия и «доброе утро», глядя сквозь меня, словно я была невидимкой.

Я бы не возражала, если бы так и оставалось, но этого не произошло...

Что-то изменилось, и я понятия не имела, что это было, но за неделю ее отношение ко мне изменилось с прохладного и безразличного на злобное и откровенно враждебное.

Сначала я заставила себя поверить, что мне мерещится ее враждебность — я имею в виду, что она меня не знала, и я ничего не сделала, чтобы смутить девушку. Но утром, когда она опустила стекло машины, выезжая задним ходом со своего подъезда, и словесно напала на меня, я очень быстро поняла, что это личное.

Три месяца спустя — и с целой кучей словесных перепалок за плечами — стало ясно, что мы с Элли Деннис никогда не будем друзьями.