Читаем Флибустьер онлайн бесплатно
Всё в округе покрылась клубами едкого дыма. Со всех сторон доносились крики боли, ругань, треск и скрежет ломающихся мачт, шуршание огня, пожирающего древесину, шипение падающих в воду обломков. Корабли разгорались быстро, подобно сухим, хорошо просмоленным еловым веткам. Превращались в огромные пылающие костры. Горели снасти, пылали деревянные части, тлели и разлагались лохмотья почерневших парусов. Черное облако дыма вставало над обреченными судами, тянулось вверх, объединялось в единый гигантский гриб. Один из кораблей, вдруг резво, с треском подкинуло в высоту и разорвало на несколько частей. Вслед за громадными языками пламени, в воздухе, от мощного взрыва, закружились пушки, люди, балки и разные обломки корпусного набора. Через несколько минут ухнул новый взрыв…
Прилив унёс с места событий большую часть разорвавшихся кораблей. И тем не менее, вокруг, выходящей из устья «Доброй Надежды», в пепельных волнах, плавали обломки мачт с обрывками тлеющих снастей, дымящие остатки от шлюпок и парусов, разбитые бочки, бесформенные предметы и остатки вещей. Отчетливо были видны обугленные куски палубы. Стоял жуткий запах горелого леса и сожжённого пороха.
Солнце выкатилось из волн и быстро стало подниматься над горизонтом. Люди стояли на палубе. В ужасе глядели по сторонам.
— Святая богородица великомученица, спаси и сохрани, — Волконский шептал молитву и мельком кидал взгляды на Ланина. — Что за светопреставление устроил князь? Как… возможно… ТАКОЕ? Молчит, паршивец. А подойти, спросить у него — не удобно…
Вселенец, привлекая внимание, прокашлялся. Посмотрел на крестившегося Волконского
Ланин погонял воздух между щёк. Тяжело выдохнул. — Любезный Пётр Дмитриевич, предлагаю двадцать тысяч рублей, а вы в своем дневнике напишите какую-нибудь простую, скупую отписку. Скажем, один из английских матросов напился до потери сознания, пошёл до ветру и случайно упал в пороховой погреб с горящим факелом. Произошёл взрыв. Два корабля находились рядом. Оба взорвались, отправив на небеса всю команду.
??? — Волконский недовольно помотал головой.
— Что? — удивился Ланин. — Не устраивает сумма? Хорошо. Тридцать тысяч.
Почётный пассажир насупился. Снова помотал головой.
— Дорогой Пётр Дмитриевич! — Ланин грозно свёл брови. — Мое последнее предложение — пятьдесят. Больше не дам.
Князь защёлкал пальцами. Заиграл перстнями. — Любезный Кирилл Васильевич, между нами произошло небольшое недопонимание. Дело в том, что меня устраивает сумма. Мне не понятно причина взрыва. Она звучит как-то нелепо. Мы же с вами взрослые люди. Да, ещё писатели. Дозвольте мне немного. Так сказать, чуть-чуть, приукрасить событие. Скажем, по пути следования, на нас напали два корабля с морскими разбойниками. Выстрелами из пушек они причинили небольшой ущерб шхуне: Разбили пару шлюпок. Сломали мачту. Порвали паруса. Ранили трёх человек. Одного тяжело. А мы, в ответ, одним из выстрелов, попали в пороховой погреб. Так удачно, что взорвали оба фрегата, похоронив всех британцев… Простите,
— Надо же! — вселенец выпучил глаза и похлопал себя по ноге. — Умнейший князь, да вы просто пророк и провидец! Как всё славно представили! Пожалуй, не буду скупиться и отдам вам пятьдесят тысяч.
— Нет, знаете ли… Я, человек чести. Лишнего не надо. Двадцати будет достаточно.
— И я человек чести. Берите пятьдесят. Тем более… талантливых писателей надо поощрять.
Весь последующий день и вечер «Добрая Надежда» стояла недалеко от живописного острова. Команда отдыхала после генерального сражения с пиратами, приводила себя и свои чувства в порядок.
На берегу горел костёр. Он потрескивал, сыпал искрами, освещая смуглое, загорелое лицо солдата. Кондрат Егоров подбросил в огонь сушняка. На минуту-другую пламя утихло, к небу потянулся столб едкого дыма. Через несколько минут костёр вновь разгорается буйным, жарким пламенем.
— Егоров, мать твою не знать, отца не иметь! — Со спины незаметно подошел прапорщик Новиков. — Я не понял? Почему до сих пор в солдатах? Князь, ещё прошлой ночью, повысил тебя до унтера-офицера? Ты, что, дьявол лысый, решил нарушить устав? Или слово, самого князя, для тебя не закон?
