Читаем Докаюрон онлайн бесплатно
— Это было бы прекрасно. С одной стороны Европы я бы омыла руки в Тирренском море, с другой постаралась бы окунуть ладони в его величество Атлантический океан.
— Прости, это женская прихоть, или вошло в привычку?
— Скорее, последнее. В каждой стране я отдаю дань почтения водным артериям, потому что живыми соками они питают всю территорию того или иного государства. Висла, Одер, Эльба, Сена, Амстель…
— Моря ты учитываешь тоже?
— Нет, они имеют значение расплывчатое. А вот океанов всего четыре.
— Договорились, я постараюсь пойти тебе навстречу.
— Заранее признательна, — слегка улыбнулась собеседница. Устремила задумчивый взгляд в пространство. — Значит, воспользоваться автомобилем нам больше не придется? Жаль, в нем так удобно размышлять над судьбами отдельных людей. И разных наций тоже.
— Почему же, до побережья Франции машина в полном твоем распоряжении, а потом из французского Дюнкерка на пароме мы переправимся через пролив Па–де–Кале в английский Дувр. И уже оттуда снова на машине доберемся до Лондона. Надеюсь, такая расстановка вещей тебя устраивает?
— Вполне, разве что пожелала бы, чтобы море оказалось к нам благосклонно и не очень штормило. Я плохо переношу качку.
— Однажды в самолете я посоветовал тебе тренировать вестибулярный аппарат.
— Ежедневно во время утренней гимнастики я только и делаю, что кружусь на одном месте с высоко задранным подбородком. Но хватит ли моих тренировок до английского Дувра с жителями, проповедующими протестантский образ жизни. Они такие бездушные.
— Запасемся таблетками от морской качки, завтра я обязательно дам поручение. Кстати, в Лондоне обещаю тебе небольшой сюрприз, от которого, я в этом уверен, ты будешь в восторге.
— Какой сюрприз? Ты не мог бы рассказать о нем пусть в общих чертах, чтобы постараться заранее к нему подготовиться?
— Для этого нет никакой необходимости, хотя бы потому, что к подобному ты привычна с детства.
— К сюрпризам, или к тому, что обещаешь преподнести?
— И к первому, и ко второму, — добродушно похмыкал собеседник. — А сейчас пора спать, моя дорогая, несмотря на странный финал в нашей истории, я весь горю от желания любить только тебя.
— Ты прав, подходя к удобной кровати не стоит оборачиваться на печальную повесть о несостоявшейся любви…
Во французском Дюнкерке моросил мелкий осенний дождь, аккуратные цветные домики с крутыми готическими крышами терпеливо пережидали его, не выказывая никакого уныния. Как ни странно, луж нигде видно не было, под колесами шестисотого «Мерседеса» лишь мягко шуршала мокрая брусчатка. Машина вкатилась на территорию порта и остановилась у одного из причалов, возле которого замер высоченный морской паром с тремя палубами над белоснежным корпусом. По широкому трапу реденькой цепочкой поднимались укрывшиеся под зонтиками, и все равно казавшиеся промокшими, молчаливые пассажиры. Окинув взглядом бетонный мол, сидевшая сзади представительного мужчины пассажирка посмотрела на видневшееся между судами море. Нескончаемой чередой серые волны накатывали на причал, отбегая обратно уже с пенными верхушками. Она зябко просунула руки в висящую на груди на тонком шнурочке маленькую пушистую муфту.
— Волнение, — как бы про себя сказала женщина. — Если здесь неспокойно, то в открытом море шторм будет покруче.
— Это не шторм, это, как ты правильно заметила в первый раз, небольшое волнение, — обернувшись с переднего сидения, мягко отозвался мужчина. — А во вторых, кто говорил, что мы пойдем в открытое море? Нужно всего лишь пересечь пролив, каких–то двести пятьдесят километров. Вот такой «мерс» это расстояние покрывает за час, с учетом, что по дороге мы примем душ.
— Шестисотому, если по суше, к тому же, по разлинованной бетонке, под силу и триста километров в час, — воспротивилась женщина. — А ихний неуклюжий паром какую скорость разовьет, да еще по горбатым волнам?
— По времени немногим больше… часа на два, на три. Успокойся, лучше посмотри, сколько народу решили отправиться в путешествие именно в такой день.
— Разве мало вокруг нас самоубийц, — похмыкала себе под нос спутница. Попросила. — Приготовь, пожалуйста, зонтики, ужасно не хочется попадать под этот колючий ливень.
— Они давно на взводе. Вылезаем, до отплытия осталось всего полчаса.
— И здесь бедной крестьянке деваться некуда…
С притворным кряхтением за дорогу успевшая пригреться пассажирка выбросила длинную красивую ногу в темном чулке в приоткрытую дверцу машины, высоким каблуком осторожно нащупала брусчатку. Распрямившись во весь рост, взяла себя в руки, с чувством собственного достоинства огляделась вокруг, отклонив вначале предложенную мужчиной помощь:
— Я еще не переступила порог перезрелого возраста.
— А я всего–навсего блюду этикет.
— Хм, ты не следишь за нововведениями в высших кругах Европы и Америки. В них старые монархические замашки давно считаются признаком слабости.
— Куда нам… перед вашим высочеством.
