Читаем Беллини онлайн бесплатно
«Его переписка с Маддаленой претерпела обычные стадии, — сообщает Флоримо. — Поначалу письма были восторженные, потом более рассудительные, далее убеждающие в необходимости смириться с судьбой и под конец почти холодные… Очевидно, что успех «Пирата»… оказался первым толчком, низвергнувшим с пьедестала эту любовь, которая прежде готова была бросить вызов времени и судьбе».
«Беллини успокоился. Из его писем видно, что он больше рассуждал, чем любил, и любовь сменилась в его сердце куда более пылкой страстью к славе…»
Флоримо не мог выразиться точнее: не обвиняя и не оправдывая друга, он беспристрастно выставляет его на суд истории. Я бы даже сказал, он делает это почти непроизвольно, если бы не было известно, что холодный и рациональный калабриец был первым, кто противодействовал этому чистому юношескому чувству. Именно поэтому его поведение выглядит абсолютно логичным.
Логичным представляется и поведение супругов Фумароли, которые уступили не столько постоянству чувства своей дочери, сколько «славе, сотней труб восхвалявшей Беллини». Его успех свидетельствовал о том, что юноша приобрел некоторое положение. По этой причине на возобновленное предложение Марсильи (четвертое и самое горестное) Фумароли снизошли к нему и дали согласие на брак Маддалены и Беллини, который теперь вовсе и не просил руки девушки.
Кто побудил Марсильи сделать подобный шаг, неизвестно, даже Флоримо не догадывается об этом. Он предполагает, что художник мог сделать это по просьбе «бедной Маддалены». Факт тот, что единственным человеком, который ничего не знал о предложении руки, сделанном от его имени, был сам Беллини. Вдруг он получил согласие, которого уже давно не ждал и которое «не могло прийти в более неподходящий момент», как пишет Флоримо, знавший, в каком затруднительном положении находился его друг в то время. Это случилось в самый разгар ссоры Беллини с Барбайей из-за постановки «Пирата» в Сан-Карло и в наиболее волнующий момент, когда вспыхнула безумная страсть Беллини к Джудитте Турина.
Почти несомненно, что о согласии родителей девушки на брак дочери с музыкантом ему сообщила сама Маддалена, верившая в скорое и счастливое осуществление своей чистейшей мечты о любви. Но ей пришлось трижды обратиться к Беллини, прежде чем она получила ответ, которого, конечно, не ожидала. Ответ отрицательный.
Что написал Беллини Маддалене, мы знаем очень приблизительно и только из весьма туманных намеков Флоримо, конечно же, читавшего его ответ девушке и знавшего истинные чувства Беллини. Флоримо старается объяснить (если не оправдать) отказ своего друга и не лишить этот светлый юношеский эпизод первоначального романтического ореола.
«Это было мужественное намерение посвятить себя исключительно своему искусству? Или это сделано потому, что былое пламя уже угасло? — задается вопросами его преданный друг и отвечает: — Возможно и то, и другое, скорее последнее: все люди одинаковы…» К сожалению, несчастная Маддалена так и не сможет уговорить себя забыть свою мечту, и, несмотря на отказ, надежда будет жить в ее бедном больном сердце до самой смерти.
Что же до «мужественного намерения» Беллини, то тут Флоримо говорит неправду. Он знал, что как раз в это время в жизни его друга назревали события, каких лучше было бы избежать. А он, напротив, вместо того, чтобы вовремя вмешаться и спасти артиста от страсти, которая пять лет держала его в своих сетях, предпочел промолчать. Когда же заговорил снова, то лишь для того, чтобы благословить то, что должен был бы осудить.
К сочинению «Чужестранки» Беллини вновь приступил в середине октября. Романи, уже совсем поправившийся, регулярно передавал ему стихи, и он писал музыку без всякой спешки. Болезнь поэта в какой-то мере пошла на пользу опере, потому что премьера ее была перенесена с декабря 1828-го на февраль 1829 года. Беллини работал с радостью и был доволен музыкой, сочиненной им. Впервые и, пожалуй, единственный раз мы не слышим жалоб музыканта на трудности в работе.
Можно было бы проследить эпизод за эпизодом, как рождалась «Чужестранка», поскольку Беллини сообщал обо всем в своих письмах, но переписка его, в которой начиная с октября и без того уже немало пробелов, 27 декабря вдруг резко обрывается. А жаль, потому что всегда интересно заглянуть через замочную скважину в комнату, где музыкант создает мелодии, которые сохранят его имя для потомков.
Беллини искренне верил в события, происходящие в либретто, и переживал за героев, возникающих на сцене в его воображении. Будь иначе, разве мог бы он вложить всю свою душу, сотканную исключительно из музыки, в этих марионеток, какие действуют в запутаннейшем и нелепом сюжете «Чужестранки»? Вот вкратце содержание либретто.
