Читаем Агент Север онлайн бесплатно
По хорошо асфальтированной дороге они доехали до приземистого комплекса зданий, огороженных высоким бетонным забором. Поверху виднелась натянутая колючая проволока и равномерно установленные охранные датчики. На входе они проехали через двойные железные шлюзовые ворота. Многочисленная вооруженная охрана, узнав Сенусси, быстро пропустила машину внутрь комплекса. Это был настоящий оазис посредине пустыни. Зеленые газоны, подстриженные кустарники, пальмовые рощи украшали пейзаж. В их тени прятались несколько зданий. К одному из них и подвезли гостя. В помещении было прохладно, весь пол был устлан дорогими коврами. Карлоса провели в большую комнату, больше похожую на зал приемов, чем на рабочий кабинет. Многочисленные мягкие диваны с гнутыми деревянными ножками. Очевидно, чтобы поразить воображение гостей, все деревянные части мебели, диваны, кресла, низкие столики – все они были инкрустированы золотом. На столиках стояли вазы с фруктами, медная посуда с восточным орнаментом. Не успели мужчины присесть, как дверь распахнулась и в комнату стремительно вошел суховатый мужчина с грубыми чертами лица. Его по пятам сопровождала молодая женщина в военной форме. Ходили упорные слухи, что у Каддафи 40 преданных девушек-телохранителей. Шакал сразу узнал полковника по многочисленным портретам в прессе. Как по команде, гости встали и склонились в уважительном поклоне. Крутость и жесткость нрава хозяина были хорошо известны. Здесь они находились полностью в его власти. Для Каддафи не существовало общепринятых правил, он их сам устанавливал. За что и слыл грозным диктатором. На плечах правителя был традиционный бедуинский плащ, правда, из дорогой ткани, на голове восточная черная феска.
– Ну здравствуй, Карлос. – Голос у Каддафи отличался заметной хрипотцой и очень властным тоном.
Он сел в кресло и кивком разрешил сесть гостям.
– Знаешь, почему я запретил выплачивать тебе вторую часть денег за операцию в Мюнхене на Олимпиаде?
– Вы великий политик и стратег, хабиб. Вы видите дальше и глубже нас, – уклончиво ответил Шакал.
Ильич никогда не боялся смотреть людям в глаза. Даже когда Хаддад направил пистолет ему в голову, он не отвел глаз. Сейчас же он испытывал колючий холод внутри себя, стекающий по внутренностям в самый низ.
– Ты не справился. Погибнуть должны были все. Но двое остались живы. Конечно, я принял их после возвращения из плена как братьев. Но я не уверен, что их последующие поступки будут соответствовать их славе. Это невольно бросит тень на меня. Мертвых мы бы чтили как героев, погибших за наше дело, дело всеарабской революции. Ты не исполнил мой приказ. Вадей Хаддад, мой боевой товарищ, просил не наказывать тебя. По молодости я тебя простил. Теперь тебе поручена не менее важная миссия – покарать двух отступников. Саудовского шаха Ямани и прихвостня иранского шаха, министра нефти Амузегара. Остальные пешки в ОПЕК меня не интересуют. Этот Ямани учился в Америке, хитрый, как змея, пробрался в советники к молодому саудовскому королю Фейсалу и теперь склоняет его на сторону американцев и, самое главное, израильтян.
«Если эти двое убедят всех нарастить добычу нефти и тем самым снизить ее цену на рынке, ты потеряешь миллионы долларов», – пронеслось в голове Шакала.
– Конечно, уважаемый, – покорно согласился он вслух.
– Я не дам в этот раз тебе миллион, – заявил Каддафи. Он выдержал паузу, наблюдая за лицом гостя.
«Ты, главное, меня выпусти отсюда живым».
– Я дам тебе три миллиона. – Ливиец наслаждался произведенным эффектом. – Тебе надо создать свою армию. Ты не глупый человек и должен понимать, что в Народном фронте тебе никогда не стать лидером. Мы, арабы, никогда этого не примем. Да, ты принял нашу веру, ислам, но ты не араб. Хабаш серьезно болен, у Хаддада тоже проблемы со здоровьем. Я знаю, что это происки израильтян. Но даже когда они уйдут, ты не сможешь стать во главе Народного фронта. Неважно, кто это будет – алжирец, ливанец, палестинец, ливиец, но не ты. Ты для нас все равно американец.
– Но я родом из Южной Америки… – попытался возразить Ильич.
– Неважно. Ты американец, значит, чужак. Как союзника мы тебя примем, как брата – нет.
За все время разговора Сенусси не произнес ни слова.
– В этот раз ошибки я тебе не прощу. Запомни эти мои слова, Шакал. – Каддафи поднялся из кресла. – Абдалла передаст тебе деньги, и с ним ты обсудишь все вопросы. Прощай.
Правитель величественно удалился, сопровождаемый девушкой-телохранителем.
Абдалла оказался хорошим начальником разведки. Перед Карлосом только что поставили задачу, а ливиец уже подготовил материалы по конгрессу в Вене. Точный график заседаний, списки участников, подробный план помещений.
«Так чья же это операция – палестинцев, иракцев или ливийцев? Хотя деньги я получил, а от кого – какая разница», – здраво размышлял Шакал.
