Читаем Спартак. Исполнение пророчества онлайн бесплатно
К огромному несчастью для римлян, Публитор не поднял мятеж против вождя восставших и не двинулся к священной для всех италиков горе Гарган. Хорошо зная прилегающую к городу местность, Спартак решил воспользоваться излюбленной ганнибаловой хитростью и устроил врагу западню.
Имея фору в сутки времени, Публитор спрятал своих солдат в одном из многочисленных ущелий, выходивших на дорогу, ведущую к горе Гарган. Притаившихся воинов было трудно заметить со стороны дороги, так хорошо они были укрыты. Единственные кто мог предупредить римлян о засаде, были местные пастухи, гонявшие стада своих коз по горам. Но они слишком сильно были ими обижены и никто из пастухов не стал пятнать свое честное имя грязным предательством.
Известив Помпея об уходе врага из Венузии, Долабелла вместе с союзниками двинулся вслед за Спартаком, ничего не подозревая о той смертельной опасности, что нависла над их головами. Не заметив ничего подозрительного, мимо спартаковской засады сначала прошла кавалерия римлян, а затем и пехота. При этом сидевшие в засаде воины, ничем не выдали врагу своего присутствия, несмотря на сильный холод, что опустился на землю в эту ночь.
Когда разведчики донесли Публитору, что римляне наконец-то прошли, и вслед за ними никто не движется, он воинам приказал покинуть засаду.
Согласно плану разработанному Спартаком, главное войско восставших расположилось в одном переходе от места засады и ждало обусловленного сигнала. Им было горящее дерево на склоне горы, чей яркий огонь был хорошо виден издалека.
Солнце уже клонилось к закату, когда в обусловленном месте, спартаковские дозорные увидели долгожданный огонь, предвещавший квиритам много горя и печали. Миг и всадники Серванда вскочив в седла устремились вперед, уверенно сокращая расстояние между собой и идущими впереди римского войска кавалеристами Долабеллы. Прошло немного времени и враги оказались друг перед другом.
Будь на месте претора Марк Лукулл, он бы сразу заподозрил неладное и попытался бы любой ценой избежать столкновения с противником. А если этого было невозможно избежать, то занял бы возвышенность, чтобы иметь преимущество, на случай неизбежности битвы.
Вместо этого, Долабелла посчитал, что он столкнулся с арьергардом отступающего врага. Считая, что напавшие на него рабы хотят ценой собственной жизни дать возможность главным силам Спартака уйти дальше на север, претор приказал развернуть когорты в боевую линию.
Предстоявшее сражение не представлялось Долабелле трудной задачей. Как бы лихо не разогнали спартаковские всадники идущую в авангарде союзную кавалерию, против сплоченной линии римских когорт они ничего не могли сделать. Левый фланг римлян прикрывал крутой горный склон, а справа от дороги находилась топкая равнина, начисто лишавшая конницу её ударной силы и маневренности. Чтобы разгромить врага кавалеристы Серванда должны были атаковать плотный строй легионеров, ощетинившихся короткими копьями - пилумами.
Выставив их вперед, римляне были готовы как можно дороже продать свою жизнь, а их противник не находил в себе сил и мужества заплатить цену. Осознание этого придавало легионерам дополнительные силы. Соединившись в одну монолитную линию, они с презрением кричали в адрес врагов обидные и оскорбительные слова, как бы подзадоривая их показать свою силу.
Смелость и радость гуляла по рядам легионеров, однако очень скоро все изменилось. Сначала у них в тылу появились солдаты Публитора, а затем к Серванду подошли главные силы армии Спартака. Только тогда, претору стало ясно, что его войско оказалось зажатым между двумя жерновами смерти, из которых мало кому удастся вырваться живыми.
Страшной и беспощадной была битва в первых числах марта 682 года от основания Рима. Попав в смертельную ловушку римляне предпринимали отчаянные попытки вырваться из неё, а окружившие их спартаковцы были объяты жаждой мести, за тех своих товарищей, что погибли в этих местах год назад.
- За Крикса! За Ганника! – неслось из рядов воинов Публитора, что наседали на римлян с тыла.
- За Эномая! За Антигона! За всех погибших наших братьев! – отвечали им солдаты Спартака, яростно круша ряды противника.
Среди легионеров претора Долабеллы выкриков не было. Была только ругань, крики раненых и вой обреченных на смерть людей. Сотни пар глаз смотрели за спину атаковавших их воинов Публитора. С тоской надеждой вглядывались они в край горизонта надеясь увидеть спешащих им на помощь воинов Помпея. Как они желали услышать звуки боевых труб, увидеть верхушки знамен когорт и легионов, ощутить топот римской кавалерии.
В трудные для себя минуты человеческая натура всегда ждет, и надеяться на чудо, но на этот раз чуда не произошло. Ни легионы Пизона и Магниция, ни конница Габиния так и не пришли им на выручку. Вместо спасительных криков идущей в атаку римской пехоты, легионеры Долабеллы слышали лязг и скрежет мечей спартаковцев, под напором которых неудержимо разваливались ряды их обороны.
