Читаем За дверью чувств онлайн бесплатно

Глава 1. Света

Глава 1. Света

Сегодня я стала настоящей.

Не «ассистенткой», не «стажёркой с перспективой».

Светлана Владимировна Королёва, редактор.

Моё имя — чёрным по белому на титульном листе. Мои правки — в финальном макете. А в сумке, на сиденье машины, конверт с золотым штампом: «Благодарность за профессионализм и вклад в издание». Премия. Первая. Настоящая.

Я вышла из машины, подставив лицо мелкому осеннему дождю.

Мама, ты видишь? — подумала я, сжимая сумку в руках. Два года без неё, а до сих пор ловлю себя на том, что хочу рассказать ей каждую мелочь. «Мам, сегодня я исполнила свою мечту!» Она бы улыбнулась, поправила мне прядь волос за ухо и сказала: «Моя девочка совсем выросла».

А папа… Папа заплачет. Точно заплачет. Он же каждый вечер спрашивал: «Ну как там твоя книга, доч?» — будто редактировала не чужой роман, а писала свой.

Поднимаясь по ступеням, я уже репетировала:

— Пап, смотри! Представляешь, издатель лично вручил! Говорит, я «редактор от Бога»!

Дверь открыла сама. Тепло. Запах борща — папа опять пытался повторить мамин рецепт. И тут метнулся навстречу рыжий комочек.

— Микуля! — я присела, и Микаэла (по паспорту — благородная дама, а по душе — Микуля) впилась лапками мне в колени, облизывая подбородок. — Ты скучала? А я принесла тебе вкусняшки!

Я разделась, бросила сумку на пуф, конверт аккуратно положила сверху — и направилась к кабинету. Хотела ворваться с криком «Пап, у меня новости!»…

Но шаг замер.

Из-за приоткрытой двери доносился голос отца. Хриплый. Сдавленный. Такого я не слышала даже после похорон мамы.

— …переоформим. Завтра.

Пауза. Потом — голос. Низкий. Ровный. Без единой трещинки. Ледяной.

— Готовы отдать самое дорогое, Владимир Николаевич. Так быстро? Не ожидал. Думал, повоюете.

Сердце глупо ёкнуло. Самое дорогое? Что это значит? Я приблизилась, прижавшись ухом к двери.

— Руслан, я был не прав. Ты вправе требовать компенсации, — прошептал папа. Голос — будто сквозь вату.

— Вы пытались лишить меня самого ценного. А я? Я хочу ваше самое дорогое. Почему так легко отдаёте компанию? Не понимаю… Или она для вас — ничто?

Какого хрена? — совсем не литературно всплыла мысль. Он отжимает бизнес? Но папа никогда…

Не сдержавшись, я распахнула дверь.

— Папа, что происходит?! Почему этот человек отнимает у тебя компанию? Мы вызовем полицию! Это шантаж!

Он поднял на меня глаза. И в них — мольба. Чистая, отчаянная мольба.

— Света… Уйди. Пожалуйста.

За столом медленно повернулся мужчина. Высокий. Костюм безупречен. Возраст — за сорок. Но я не запомнила черт. Только глаза. Серые. Как зимнее небо над пустырём. Холодные. Скользнули по мне — с ног до головы. Оценивающе. Бесцеремонно.

— Дочь, выйди, — прогремел отец.

— Нет, я хочу знать! — я бросилась к нему, схватила его ладонь. Ледяную.

Мужчина — Руслан — потёр подбородок. Уголок губ дрогнул. Не улыбка. Насмешка.

— Как интересно… — протянул он. — Владимир Николаевич, я только что понял. Вы отдаёте компанию, потому что есть кое-что дороже. А я хочу именно это.

Воздух застыл. Я похолодела.

— Её, — добавил он, не отводя от меня серых глаз.

Её. Меня.

— Нет… — голос папы сорвался. — Руслан, прошу… Возьми всё. Но не её. Она ни в чём не виновата.

Руслан встал. Подошёл к двери. Проходя мимо, бросил, не глядя:

— Решайте к утру. Или тюрьма. Или дочь переходит в мои активы. Не буду уж совсем бесчеловечным — оформлю брак. Формально. Для приличия.

Дверь закрылась. Тихо. Окончательно.

— Папа?! — я бросилась к нему.

Он рухнул в кресло. Лицо — серое. Дыхание — короткое, клокочущее. На висках — крупные капли пота.

— Сердце… — выдохнул он.

— Скорая! — Пальцы дрожали, телефон выскальзывал.

103. Адрес. Пожалуйста, быстро. Сердечный приступ. Папа…

Мика жалобно скулила, тычась носом в мои колени. Я прижала её к себе, чувствуя, как дрожит её маленькое тельце. Расстегнула папе воротник, налила воды — руки не слушались.

— Мы его спасём, Микуля, — прошептала я в её пушистую шёрстку. — Обязательно спасём.

Но впервые в жизни слова из моих любимых книг — «любовь спасёт», «судьба даст шанс» — превратились в пепел. Реальность оказалась не романом. Не фэнтези. Здесь нет волшебных амулетов. Нет рыцарей в доспехах.

Есть только выбор.

Или тюрьма. Или дочь уходит в мои активы.

И выбор очевиден. Я не допущу, чтобы отца посадили. Никогда.

Вот так бывает в жизни.

Сегодня я стала настоящим редактором.

А завтра… завтра я стану чьим-то «активом».

Чьей-то женой.

Условием спасения отца.

Слёзы катились горячими ручьями.

Глава 2. Руслан

Глава 2. Руслан

Задолбался.

Как же я, чёрт возьми, задолбался.

Я сжал руль так, что костяшки побелели, но разжимать не стал. Пусть кожа салона помнит силу моих пальцев. За окном мелькали огни. Дождь барабанил по крыше, заглушая тишину внутри — но не ту тишину, что в салоне, а ту, что поселилась в голове.

Строишь бизнес. Выстраиваешь его по крупицам, по кирпичикам, годами. Бессонные ночи, отсутствие личной жизни, компромиссы с совестью. А потом находится кто-то, кто хочет просто взять и отжать. Ещё и незаконно. Подло.

Мы же не в девяностых вроде живём? Или я просто состарился и пропустил момент, когда правила игры снова изменились?

Пока разрулил эту ситуацию с Королёвым, нервов потратил кучу. И так уже седина попёрла на висках, а такими темпами вообще поседею раньше времени. Стану совсем старым волком в одиночестве.

Зато теперь у меня в портфеле лежит папка. Компактная, чёрная, тяжёлая, как приговор. Внутри — компромат на Королёва. Нормальный вроде мужик всегда был. Работали честно, руку жали. Чего его переклинило на такую аферу, на попытку кинуть меня через подставные фирмы — непонятно. Жадность? Страх? Или просто решил, что я ослаб?

Бумеранг — он, сука, такой. Никогда не знаешь, когда вернётся и куда ударит. Хотел у меня отжать актив, а в итоге отожму я. Ну или пусть садится. Статья там подобрана аккуратно, срок светит реальный.

Я свернул к его дому.

Королёв встретил на пороге, молча провёл меня в кабинет.

— Садись, Руслан, — голос у него дрогнул.

Я не сел. Положил папку на стол. Удар кожи о дерево прозвучал как выстрел в тишине.

— Читать будешь или сразу в прокуратуру звонить? — спросил я спокойно. Слишком спокойно для человека, у которого внутри всё кипело.

Королёв посмотрел на папку, потом на меня.

— Не надо, Руслан. Я… я виноват. Понимаю. — Он провёл ладонью по лицу. — Готов компенсировать. Всё. Переоформлю свою долю в компании на тебя. Полностью. Завтра. Так будет честно.

Он согласился так легко. Слишком легко.

Я ждал сопротивления, торга, попыток выкрутиться. А тут — мгновенная капитуляция.

И я не почувствовал удовлетворения. Никакого триумфа.

В этот момент дверь кабинета распахнулась. Резко, без стука. В кабинет влетела девушка.

Воздух в помещении изменился мгновенно. Появился аромат — свежий, лёгкий. Что-то цветочное, но не приторное.

Она была молодой. Лет двадцати. Красивой. Настоящей. Живой. Глаза испуганные, но горящие.

Угрожала полицией. Встала между мной и отцом. Инстинктивно. Защищая.

А он защищал её.

И в этот миг я понял, кто передо мной. Дочь. Его драгоценность. Самое ценное, самое дорогое, что у него осталось.

Никогда не считал себя мудаком. В бизнесе я акула, да. Но в жизни старался держать слово. А тут, глядя на неё, я почувствовал, как внутри что-то щёлкнуло. Перемкнуло.

Моя одинокая, выжженная пустыня внутри вдруг потребовала воды.

Я смотрел на неё, а она смотрела на меня с вызовом. В её взгляде не было подобострастия, которое так раздражало в других.

Потом я перевёл взгляд на отца.

Меняю условия. Требую её. В жёны. Просто. Будто обсуждал цену на нефть. Вместо доли — она станет моей женой, и мы в расчёте. Или он сядет. Время даю до утра.

Королёв побледнел ещё больше, если это было возможно.

Я развернулся и пошёл к выходу.

У самой двери, на пуфике, лежала женская сумка. Сверху — конверт. Я остановился. Глаз цепляется за детали, это профессиональное. Золотой штамп на углу бумаги. Я поднял конверт, прочитал.

Как интересно. Редактор…

Через пару часов я сидел в своём кабинете. Передо мной лежало досье. Моя служба безопасности работает быстро. Слишком быстро — иногда это пугает.

Светлана Владимировна Королёва. 25 лет. Замужем не была. В отношениях не состоит. Работает в издательстве уже два года, прошла путь от корректора до редактора отдела современных романов.

Я листал страницы, и уголки губ невольно ползли вверх.

Филфак с отличием. Красный диплом. Организатор благотворительного книжного клуба для детей из детдомов. Куча конкурсов, наград, номинаций за литературные проекты. Она какой-то литературный гений. В приложениях — ссылки на её статьи: и про классику, и про современные романы, и даже про фэнтези. Чего там только нет. Глубокий анализ, живой язык.

Я переключился на раздел «Социальные сети».

Простые фото. Книги, кофе, парк, собака, какие-то выставки, литературные мероприятия. Никаких «утиных губ», никаких селфи в зеркале элитных клубов с бокалами. Глубокие мысли в подписях. Цитаты. Без «Меня сложно найти и легко потерять».

Умная девочка.

Я откинулся в кресле, потёр переносицу.

Я такую давно ищу. А попадаются только дуры. Красивые, ухоженные, с идеальным маникюром и пустыми глазами. Им нужен мой счёт в банке, мой статус.

А эта…

Умная. Красивая. Комбо. Мне такая нужна. В жёны. Срочно.

Мне уже сорок пять. Цифра, которая ещё вчера казалась просто числом, сегодня давила весом прожитых лет. У меня ни семьи, ни детей. Только бизнес. Империя, которая не греет по ночам.

А я хочу. Последнее время прям сильно хочу. Не секса на одну ночь. А уюта. Тепла. Жену. Детей. Не одного — нескольких. Хочу слышать топот маленьких ног в коридоре и смех. Может, живность какую. Кота или собаку. Золотистого ретривера, например. Самому себе заводить не вижу смысла. А вот если семья — то другое дело.

Я обвёл взглядом свой кабинет.

Отстроил домину за городом. Дорого, богато, идеально. Но эхо гуляет. Шагнёшь — и звук разносится по пустым комнатам. Живу один. Домработница приходит на пару часов: убирает пыль, которую я не успеваю нажить, готовит. У охраны свой домик на въезде, они не в счёт.

По вечерам я хожу по этому дому как кентервильское привидение. Цепей не хватает. Ходить и трясти ими, пугая тишину.

Я успешен. Я богат. Я одинок.

Я снова посмотрел на фото в досье. Светлана искренне смеялась на одном из снимков, держа в руках стопку книг. Её глаза щурились от радости, и на щеках проступали ямочки.

В груди заныло. Тупо, настойчиво.

— До утра, — прошептал я в пустоту кабинета и выключил планшет.

Это шантаж. Я понимаю. Это подло. Это не по-рыцарски. Но я устал быть правильным.

Завтра будет трудный день. Королёв не отдаст её просто так. Но я видел, как она встала между мной и отцом. Она умеет защищать тех, кого любит.

Мне нужно шантажировать не его. А её.

Глава 3. Света

Глава 3. Света

Сирена скорой резала слух, но я слышала только папино дыхание — хриплое, прерывистое. Его рука сжимала мою, пальцы ледяные.

— Дочь… — голос еле слышен сквозь кислородную маску. — Если Резников завтра приедет… ни на что не соглашайся. Это моя ошибка. Андрей… он меня подставил. Хотел слияния с компанией Руслана, но незаконно. Я пошёл на поводу. Жадность… — он закашлялся, глаза закатились. — Пусть сажают. Я виноват.

Слёзы катились по щекам, я вытирала их рукавом.

— Нет, пап, я не позволю!

— На тебя оформлена доля… недвижимость… ты не останешься без крыши. К дяде Боре обращайся. Он всё знает. Не даст тебя в обиду. — Его пальцы сжались сильнее. — Не порти себе жизнь. Он тебя сломает.

В больнице — суматоха, белые халаты, запах антисептика. Дядя Боря приехал через двадцать минут: высокий, седой, родной — с лицом, похожим на маму. Её старший брат. Ему я могла верить.

— Я же говорил им: не связывайтесь с Резниковым! — он сжимал кулаки, глядя на закрытую дверь реанимации. — Андрей… семь лет работал, а теперь? Жадность сгубила. Пора разрывать с ним контракт.

— Дядь Борь… он правда может отправить папу в тюрьму? — голос дрогнул.

— Поеду к нему. Резников — не дурак. Договоримся. Он же нормальный мужик… вроде.

Но в его глазах — сомнение. И страх.

Меня отправили домой. «Отдыхай, Света. Мы позвоним». Но сна не было. Мика металась по квартире, скулила, тыкалась носом в пустое кресло отца. Я обняла её, прижала к себе.

Ты тоже скучаешь, Микуля?

Утро. Суббота. Выходной. А у меня — ком в горле.

Кофе. Творог с орехами — мамин рецепт. Фрукты. «Завтрак как в счастливые дни», — думала я, глотая слёзы. «Сегодня будет счастливый день. Просто другой».

Выезжаю за ворота.

Дорогу перегораживает чёрный джип. Массивный. Как скала.

Сердце колотится в висках. Телефон в руке. Нужно набирать дядю Борю…

Не успела.

Стук в окно. Жест: опусти.

Руслан Резников. Серое пальто. Серые глаза. Ледяной взгляд, от которого мурашки бегут по спине.

Опускаю стекло на пару сантиметров. Холодный воздух врывается внутрь.

— Ну что, Светлана? Поговорим?

— О чём? Нам не о чем с вами разговаривать.

— Как же не о чем? Вчера обозначил позицию. Я человек слова. — Он наклоняется ближе. Запах дорогого одеколона. — Все доказательства — в полиции. Ждут команды «фас». И вместо лечения твой отец поедет в другое казённое заведение. Там с ним церемониться не будут. А здоровье… хрупкая штука.

— Чего вы хотите? — шепчу, сжимая руль.

— Сказал вчера. Тебя.

— Зачем? Отцу отомстить? Он же с приступом в больнице!

— Недостаточно. Станешь моей женой. Родишь наследника. И деда моего ребёнка я разорять не стану. Логично?

— Вы сумасшедший? Какой наследник?! Вы фильмов пересмотрели?!

— Нет. Романов перечитал. Ты же больше по романам? — уголок губ дрогнул. Не улыбка. Насмешка.

Откуда он знает?!

Сердце замерло. Уже пробил. Изучил. Как персонажа в книге.

— Я отказываюсь.

— Твоё право. Ты в этой ситуации разменная монета. Не виновата в грехах отца. — Он разворачивается, достаёт телефон. — Прощай. И поторопись в больницу. Можешь не успеть.

Он же не посмеет? Или посмеет…

Выскакиваю из машины.

— Не договорились!

Но он уже прижал телефон к уху. Слышу его голос:

— Отдай команду.

— Стойте! Руслан, подождите!

Он останавливается. В трубку:

— Тормозни. Перезвоню. Переговоры ещё не закончены.

— Вы серьёзно это сделаете? — голос срывается. Слёзы подступают. — Он болен! Ему нужна помощь!

— Возможно, разрешат лечиться во время следствия. Не специалист. Уточняй в органах.

— Вы же понимаете, что после этого я никогда вас не полюблю? Зачем вам такая жена?

— Мне твоя любовь не нужна. Нужен наследник. Справишься?

— Я не знаю…

— Значит, до свадьбы проведём чек-ап. Проверим женское здоровье. Бесплодная жена мне ни к чему. У меня всё в порядке.

Чудовище.

Он готов взять в жёны практически незнакомую женщину и завести с ней ребёнка — просто чтобы отомстить человеку и обезопасить свою компанию.

— Поехали в клинику. Сейчас решим этот вопрос.

Я киваю. Не потому, что хочу. А потому, что не могу иначе. Ради папы. Ради того, кто ради меня отдал бы всё. У меня просто нет другого выбора.

— Хорошо.

Забираю сумку. Оставляю машину перед воротами. Закрытый посёлок. Камеры. Охрана. Ничего не случится. А вот со мной уже случилось.