Читаем Узы Геркулес онлайн бесплатно
Содержание
Содержание
Август
Харон
Патро
Ахиллес
Эпиграф
НЕПОЛНОЕ, НЕВИДИМОЕ ПРОРОЧЕСТВО СУДЬБЫ
Глава 1: Выжившая
Глава 2: Охотник
Глава 3: Жертва охоты
Глава 4: Старший наследник
Глава 5: Военнопленные
Глава 6: Оружие и первые прелюдия.
Глава 7: Любовник
Глава 8: Мужчины, которые встают на колени.
Глава 9: Отравленные языки
Глава 10: Язык жестов
Глава 11: Дракон
Глава 12. Сражения насмерть или другие женские занятия
Глава 13. Охотник
Глава 14. Старший наследник
Глава 15. Прикосновение сатаны.
Глава 16. Твоя боль-моя
Глава 17. Охотник
Глава 18. Цена власти
Глава 19. Демоны в темноте
Глава 20. Старший наследник
Глава 21. Знамения и предубеждения
Глава 22. Враги, которые ползают ради тебя
Глава 23: Охотник
Глава 24: Старший наследник
Глава 25: Резня власти
Глава 26: Меняющиеся звери
Глава 27: Сексуальная напряжение и другие наркотики
Глава 28: Это начинается тихо
Глава 29: Церемония открытия и кровь
Глава 30: Старший наследник
Глава 31: Игры начинаются
Глава 32: Электрическая энергия
Глава 33: Обещание сирены
Глава 34: Битвы, которые мы ведём
Глава 35: Настоящие игры начинаются
Глава 36: Ночёвка
Глава 37: Демоны в плоти мужчин
Глава 38: Обольстительные предложения
Глава 39: Святые покровители греха
Глава 40: Охотник
Глава 41: Старший наследник
Глава 42: Охотник
Глава 43: 12 подвигов Геркулес
Глава 44: Продолжение 12 подвигов Геркулес
Глава 45: Кто сделал это с тобой?
Глава 46: Допросы
Глава 47: Выявляется самозванец
Глава 48: Медуза
Глава 49: Заседание Федерации
Глава 50: Коррупция
Глава 51: Грехи отца
Глава 52: Любовник
Глава 53: Дракон
Незримое пророчество судьбы
Август
ИМЯ: Август, наследник Дома Ареса.
ПРОЗВИЩА: Старший Хтонический наследник. Наследник Дома Войны. Дипломат.
РОДОСЛОВНАЯ: Отец — Арес, лидер Дома Ареса. Мать — Афродита, лидер Дома Афродиты.
ПРИНАДЛЕЖНОСТЬ К СПАРТАНСКОМУ ДОМУ: Хтонический.
РОСТ: 6 футов, 6 дюймов.
ВЕС: 255 фунтов.
ДЕНЬ РОЖДЕНИЯ: 1 августа 2067 года.
СИЛА: Ментальное принуждение, сокрушает разум.
ЖИВОТНОЕ-ЗАЩИТНИК: Енот (бешеный).
РЕЙТИНГ СИЛЫ: 85 из 100.
РОД ДЕЯТЕЛЬНОСТИ: Член Ассамблеи Смерти. Основал производство оружия WSDL с Патро, Ахиллесом и Хароном. Мажоритарный акционер производства оружия WSDL.
СОБСТВЕННЫЙ КАПИТАЛ: 6 миллиардов долларов.
Харон
ИМЯ: Харон, наследник Дома Артемиды.
ПРОЗВИЩА: Охотник. Убийца. Социопат. Любимый солдат Аида. Перевозчик.
РОДОСЛОВНАЯ: Отец — Эреб, древнее тёмное существо. Мать — Артемида, лидер Дома Артемиды.
ПРИНАДЛЕЖНОСТЬ К СПАРТАНСКОМУ ДОМУ: Хтонический.
РОСТ: 6 футов, 5 дюймов.
ВЕС: 265 фунтов.
ДЕНЬ РОЖДЕНИЯ: 1 февраля 2073 года.
СИЛА: Прикосновение, эмоциональная манипуляция.
ЖИВОТНОЕ-ЗАЩИТНИК: Адские псы.
РЕЙТИНГ СИЛЫ: 70 из 100.
РОД ДЕЯТЕЛЬНОСТИ: Член Ассамблеи Смерти. Основал производство оружия WSDL с Патро, Августом и Ахиллесом.
СОБСТВЕННЫЙ КАПИТАЛ: 4 миллиарда долларов.
Патро
ИМЯ: Патрокл.
ПРОЗВИЩА: Патро. Сын Секса. Лидер Багрового Дуэта. Идеальный Мужчина. Контролер Ахиллеса.
РОДОСЛОВНАЯ: Мать — Афродита, лидер Дома Афродиты. Отец — человек.
ПРИНАДЛЕЖНОСТЬ К СПАРТАНСКОМУ ДОМУ: Хтонический.
РОСТ: 6 футов, 4 дюйма.
ВЕС: 240 фунтов.
ДЕНЬ РОЖДЕНИЯ: 23 августа 2078 года.
СИЛА: Прикосновение, обнаруживает ложь.
РЕЙТИНГ СИЛЫ: 70 из 100.
ЖИВОТНОЕ-ЗАЩИТНИК: Немейский ягуар.
РОД ДЕЯТЕЛЬНОСТИ: Член Ассамблеи Смерти. Основал производство оружия WSDL с Ахиллесом, Августом и Хароном.
СОБСТВЕННЫЙ КАПИТАЛ: 3,5 миллиарда долларов.
Ахиллес
ИМЯ: Ахиллес.
ПРОЗВИЩА: Сын Войны. Убийца. Зверь Багрового Дуэта.
РОДОСЛОВНАЯ: Отец — Арес, лидер Дома Ареса. Мать — человек.
ПРИНАДЛЕЖНОСТЬ К СПАРТАНСКОМУ ДОМУ: Хтонический.
РОСТ: 6 футов, 7 дюймов.
ВЕС: 290 фунтов.
ДЕНЬ РОЖДЕНИЯ: 23 марта 2077 года.
СИЛА: Способность пытки голосом, детали неизвестны.
ЖИВОТНОЕ-ЗАЩИТНИК: Волк.
РЕЙТИНГ СИЛЫ: 95 из 100.
РОД ДЕЯТЕЛЬНОСТИ: Член Ассамблеи Смерти. Основал производство оружия WSDL с Патро, Августом и Хароном.
СОБСТВЕННЫЙ КАПИТАЛ: 3 миллиарда долларов.
Эпиграф
Агатокакологический (прил., греческое происхождение) Состоящий одновременно из добра и зла
Согласно греческой мифологии, люди изначально были созданы с четырьмя руками, четырьмя ногами и головой с двумя лицами. Опасаясь их силы, Зевс разделил их на две отдельные части, обрекая их провести свои жизни в поисках своих вторых половин. — Платон, Симпозиум
НЕПОЛНОЕ, НЕВИДИМОЕ ПРОРОЧЕСТВО СУДЬБЫ
СУДЬБА: ОДНАЖДЫ В БУДУЩЕМ
Я запрокинула голову, затянулась курительной трубкой, вдыхая травы глубоко в свои древние лёгкие.
Символы, цифры и буквы закружились в хаотичных узорах — каждая, как капля воды в бурном океане.
Глаза закатились, когда я полностью отдалась своей силе.
Я сосредоточилась на потоке.
Отдельные блестящие капли поднялись над бурным морем, отделяясь друг от друга, произнося свои слова:
Потерянный изменит всё, что было прежде,
Прикованный к солдатам смерти, становясь всё больше,
Сердце и будут — те — четыре
Клинок, Король, Крона и Змей Преданий.
Прикованный зло, что скрыто, раскроет,
Охраняемое Некромантскими мужами — прежде,
Их Царство обернёт приливы войны
А чудовищный всё исправит и восстановит,
Ибо Потерянный слышит его громкий рёв.
Мои глаза распахнулись.
Капли воды хлестнули по лицу, когда небо разверзлось дождём.
Впервые за многие годы пророческие слова, открывшиеся мне, остались спутанными и неполными. Неразгаданность пути терзала своей неправильностью, тревожила до глубины души.
Трубка выпала из моих приоткрытых губ, я вцепилась в складки тоги.
Это могло означать лишь одно — кто-то ещё способен читать слова предвидения.
Где-то жива ещё одна спартанка — не просто с даром Судьбы, но с редчайшей способностью управлять ею.
Событие, что случается лишь раз в тысячелетие, повторилось.
Это меняло всё.
Глава 1: Выжившая
«Можно ли было избежать человеческих жертв?» — тихо спросила Персефона, когда Аид вошел через парадную дверь, его сапоги были пропитаны багровой кровью.
Аид засмеялся и поцеловал ее в лоб. «Миссия прошла успешно».
Спустя недели этот разговор все еще не давал мне покоя.
Кровь Титанов была черной.
Он так и не ответил на ее вопрос.
Теперь я медленно отступала от огромного дворца Дома Аида.
Древнее мраморное строение стояло на вершине холма на острове Крит, а Эгейское море простиралось во все стороны. На западном горизонте солнце садилось, заливая все выгоревшими оранжевыми лучами.
Жужжали насекомые.
«Пожалуйста, милая, тебе не обязательно это делать», — прошептала Персефона. Чарли стоял рядом с ней, мрачный. Гидра, дракон-защитник, устроившийся у нее на плече, издал жалобный крик, смешанный с огнем.
Пламя было ярким в сумерках.
Хмурый взгляд Персефоны стал глубже.
Эхом раздался резкий звон, и я наклонила голову, чтобы увидеть ее лучше.
Только Чарли знал мою тайну — мой левый глаз был слеп, а левое ухо навсегда повреждено. Жестокое детство оставило на мне свои следы.
Это сделало меня такой.
Симфония умирающих голосов кричала у меня в голове — я убила их всех.
Мое настоящее имя — Геркулес.
Я стиснула зубы.
Это было не по-настоящему.
Мне потребовалось всего двадцать лет, чтобы сойти с ума.
Пальцы Персефоны побелели на руке Чарли, за которую она цеплялась, их тоги развевались на весеннем морском бризе.
Мрачные волны подползали к береговой линии по мере того, как исчезало солнце.
Наступила ночь.
Я оттолкнула рукав своего плаща. Фальшиво улыбнувшись, я осторожно прижала пальцы к татуировке «C+A», небрежно наколотой на моем предплечье. Недавний подарок Персефоны, два изящных золотых браслета, закрывали мои рубцы на запястьях. Мой свадебный браслет звякнул об один из них.
Чарли торжественно кивнул мне со своего высокого роста, его желтые глаза были мягкими, когда он повторил этот жест.
Никс зашевелилась под свободными складками моей тренировочной тоги, ее хватка на моем торсе была туже обычного. Флаффи Младший издал тихий стон, присев у моих ног, наша защитная связь дрожала.
Тревога покалывала затылок.
Каждый инстинкт кричал мне, чтобы я обняла Чарли.
Я не была.
Это была Спарта.
Пламя факелов, выстроившихся вдоль входа во дворец, отбрасывало искаженные тени на наши лица: матери, дочери и новоиспеченного приемного сына.
Было слишком поздно для моего спасения.
«Я точно знаю, что ты чувствуешь», — эхом отозвался голос Персефоны, ее босые пальцы ног сжимали короткую траву, которая соперничала с камнями, украшая пейзаж. «Твой страх и гнев оставляют горький осадок в земле. Я могу почувствовать твои... импульсы».
Она была добра. Сдерживалась, чтобы не выставить напоказ всю глубину моего позора перед Чарли. Но я видела это в паническом выражении ее лица.
Она чувствовала мое безумие. Она знала, что моя убийственная кровь закипает во мне, а мои мысли медленно тают вместе с ней.
В моем сознании Отец Джон брызгал святой водой мне в лицо. «Ты одержима», — прошептал он, его глаза были расширены от ужаса. «Ты одна из них. Мерзость».
Я торжественно кивнула в знак согласия.
«Алексис, очнись». Голос Персефоны завибрировал силой.
Я очнулась и вернулась к реальности.
Отец Джон был где-то в Монтане.
Я задыхалась на Крите.
Благословенные и проклятые, существующие под одними и теми же звездами.
«Алексис, пожалуйста», — уговаривала Персефона, светлые локоны поднимались под ее золотым лавровым венком, когда она использовала свои силы, чтобы общаться с землей.
Ее матерью была Деметра, но отцом был Ясион, ужасающее темное существо, которое, по слухам, имело власть над растениями, — она пошла в него.
Персефона была нежной и заботливой, но ее силы были ужасающими.
Например: я сходила с ума, и она буквально могла это чувствовать.
За последние несколько месяцев жизни на Крите — избегая Сатаны и Воплощения Зла (моих мужей) и пытаясь найти хоть какой-то кусочек психического здоровья (все еще ищу) — я узнала, что распространенным заблуждением было то, что Дом Аида владел островом.
Аид не владел Критом.
Персефона владела.
Их брачный союз превратил ее сущностные силы в нечто коварное.
Она погрузила их глубоко в скалистую почву и заявила права на землю. Она буквально чувствовала каждого человека, животное и растение, которые бродили по ней. Чем дольше кто-либо оставался, тем более настроена она была на него.
Ее невозможно было обмануть.
Вот почему, за исключением моих родителей, остров был заброшен.
Никто из Спарты не приезжал. Никогда.
«Ты так огорчена некрасивыми эмоциями, дочь... Пожалуйста, не позволяй им направлять тебя», — медленно сказала Персефона, тщательно подбирая слова. «Ты можешь безопасно жить здесь — твое время борьбы может закончиться».
Ее локоны поднялись еще выше, бросая вызов гравитации.
«Федерация не может заставить тебя участвовать в Собрании Смерти», — сказала она, когда Гидра издала еще один рев оранжевого пламени. «Они не могут забрать тебя с этой земли».
Драконий огонь осветил любовь в ее глазах.
«Живи в безопасности — будь лучше тех, кто причинил тебе боль».
Все, чего я когда-либо хотела, это тихой, простой жизни для Чарли и меня. Еда, кровать и крыша над головой. Свобода проводить свои дни в обучении и изучении.
То, что она предлагала, было раем.
Но после двадцати мучительных лет в этом мире я наконец приняла истину. Я не была создана для легкой жизни — мне было суждено заставить страдать тех, кто причинил мне боль.
Спарта узнает.
Я буду владеть своими силами, или умру, пытаясь. Скорее всего, последнее.
Искупление и месть были разделены лезвием бритвы, и я уже ползла по нему.
Голос Персефоны эхом отдался силой. «Если ты пойдешь по этому пути, Алексис, это будет нелегко. Цена для твоей души будет велика — но я верю в тебя. Ты можешь заплатить ее. Просто ты не выйдешь прежней. Помни... наш мир недобрый».
Я натянула капюшон своего нового плаща на свою рубиновую корону с шипами. «Мой тоже».
Я уже потеряла все: свою свободу, мораль и человечность.
Задыхаясь от экзистенциального ужаса, я отвернулась от Персефоны и Чарли, торопясь вниз по холму, прежде чем потерять мужество. Флаффи Младший бежал рядом со мной, размытое пятно бесформенного меха.
На краю лужайки меня ждал Аид. Кербер сидел рядом с ним, и все три головы повернулись ко мне, языки свисали, хвосты виляли от волнения.
Флаффи Младший прыгнул на него, и они покатились вместе по траве, оба примерно одинакового размера.
Аид покачал головой, глядя на их выходки.
Чернильный туман окутал его бледную кожу и длинную черную тогу коварными кольцами; новые голоса его силы присоединились к хору.
«Она не понимает, каково это», — тихо сказал Аид, нарушая тишину. «Ее сила не... беспокойна, как наша. Мы рождены для битвы».
Он потянулся ко мне — я отшатнулась. Он никогда не причинил бы мне вреда, но уроки многолетнего насилия было трудно забыть. Когда кто-то быстро движется к тебе, ты пригибаешься. Всегда.
Аид опустил руку, темные глаза загорелись яростью — туман сгустился вокруг нас, и мир погрузился в холод — крики усилились.
Он выдохнул, и его пронзительный туман отступил.
Вода плескалась о камни, когда вернулись звуки острова.
Губы Аида сжались. «Помни, чему я учил тебя в эти последние месяцы — выживание в Спарте — это все о силе и страхе. Ты должна научиться принимать и использовать свои более... сложные чувства. Никто не боится здравомыслящих».
Я кивнула, но мне казалось, что моя голова принадлежит кому-то другому.
«Есть только два пути вперед в жизни для таких спартанцев, как мы», — тихо продолжил Аид. «Либо мы бежим от того, кем мы на самом деле являемся, либо мы оттачиваем это и становимся... легендами».
Его черные глаза горели интенсивностью.
«Мы — те, кто формирует Спарту, — сказал он. «Твоя сила — яд — ты преуспеешь в Соревновании Гладиаторов».
Мне хотелось плакать.
Аид горячо заговорил. «Тебе нечего бояться Собрания Смерти. Ты моя дочь. Они придут к тому, чтобы бояться тебя».
Аид мечтательно улыбнулся. «Наша кровь течет в твоих венах». Он ласково посмотрел на холм, где стояла Персефона. «Ты наше чудо-дитя».
Я попыталась улыбнуться, но мои губы не повиновались.
Аид поправил длинную мантию своей тоги. «У тебя все оружие?»
Дрожащими пальцами я похлопала по новой кожаной кобуре, которая покоилась на моих бедрах, и кивнула.
«И ты помнишь все, что я говорил тебе об охоте Собрания Смерти?» — спросил он. «Это просто посвящение».
«Я д-думаю, да».
«Отлично». Аид хрустнул шеей. «Не могу дождаться, чтобы увидеть, как ты сражаешься этим летом на Колизее, дочь».
Я заставлю своих мужей заплатить за то, что они поймали меня в ловушку.
Аид подошел ближе. «Ты и я — двое самых опасных спартанцев на земле. Но опасность — ничто без силы — а сила не существует без страха... Заставь их бояться тебя, дочь». Его голос упал на октаву, как будто он открывал мне предательский секрет. «Чему я тебя научил? Повтори мне. В последний раз, прежде чем мы прыгнем».
Он выжидающе посмотрел на меня.
«Никто не боится здравомыслящих», — произнесла я онемевшими губами.
