Читаем Страсти на моем столе онлайн бесплатно

Сегодня двадцать лет со дня нашей свадьбы, но я безнадежно опаздываю, и мне не стыдно, а лишь неудобно.

Две недели назад мой кабинет перекочевал на восьмой этаж к отделам аналитиков, связи с общественностью и бухгалтеров, и мне сегодня пришлось подписывать все бумаги для передачи всех дел моему преемнику. Аксель знал, что я задержусь, и лишь один раз позвонил час назад, уточнить, когда я все же приеду.

Я купил цветы, ровно двадцать белых искусственных роз, коробку шоколада, хотя Акс и не любит сладкое, но был уверен, что он обрадуется и оставит их для сына или отнесет в офис угостить коллег. Да, работаем мы вместе. А после перевода так вообще на одном этаже. Я карьерист, всю жизнь впахивал от и до, ставил перед собой цель, достигал, двигаясь вперед по головам, если требовалось. Закончил юридический с красным дипломом, получил хорошее место после практики, зарабатывал больше, чем отец. Потом увлекся политикой: карьера в социал-демократической партии, десять лет работы в парламенте (Сторинг), и вот я в министерстве юстиции на одной из видных должностей.

Мой любимый муж работал в маленькой ветеринарной клинике, но после вторых родов у него началась аллергия буквально на всё, и я велел ему прекратить мучить себя. Аксель быстро закончил курсы секретаря, потом на бухгалтера и вскоре закончил заочный экономический колледж. Я был рад, что он сменил специальность и получил образование. В конце концов, мне, такому видному человеку с двумя высшими и докторской, следовало следить за своей семьей. И хотя никто из них никогда меня не расстраивал, но я всегда желал большего, лучшего и идеального.

Три года назад я помог Акселю устроиться одним из сотни бухгалтеров в министерстве, и вот теперь мой кабинет оказался в омежьем раю – на восьмом этаже.

Дома муж встречал ласковыми поцелуями и восхитительно пахнущим ужином. Мы вместе поели, поговорили немного о работе, а потом под шум телевизора на диване разделись и размеренно, спокойно занялись любовью. Попадая домой, я чувствовал себя умиротворенным, расслабленным, и Аксель помогал делать мою жизнь таковой. Потому что знал, работа слишком много значит для меня, и я вот такой, тянущий свою карьеру, буду всю жизнь, до последнего вдоха, добиваться чего-то и сражаться за свое будущее. И Аксель всегда будет моей правой рукой. Правда, незаметной.

На работе не приветствовались близкие отношения, и мы о своем браке не рассказывали. Так как Аксель был сиротой, то после свадьбы попросил сохранить свою старую фамилию, кольца я не носил – в спортзале постоянно его повреждал, а свою метку Аксель скрывал специальным пластырем, снимая его лишь дома. Мы вели очень деловые отношения вне стен нашего дома, и казалось, что всех это устраивает.

Но какой бы идеальной не была моя жизнь, мне все время казалось, что чего-то не хватает. Спокойные отношения дома временами казались пресными. Слишком правильные и воспитанные детки радовали, вызывали гордость, но когда я делился этим с друзьями или братьями, на их лицах я видел недоумение и понимал, что моя слишком размеренная домашняя жизнь похожа на патоку – сначала приятно, а потом во рту скапливается горечь и хочется хлебнуть свежей воды.

Кроме того, мой слишком скромный и правильный муж из фетишной одежды позволял себе максимум кружевные трусики. Секс был хорош, но однообразен. Внешний вид моего драгоценного постоянно безупречен – ни пылинки, ни морщинки. На работу он ходил в форме, которая скрывала его безумно красивую фигуру, волосы зажимал и заплетал в гульку, не пользовался косметикой, а сильным дезодорантом скрывал свой обалденный запах.

Мы двадцать лет рядом, мы любящая семья, но я постоянно ловлю себя на мысли, что заглядываю на непристойные сайты, что воображаю Акселя в странных одеждах и, забываясь, прошу в сексе говорить мне пошлости. Не могу с уверенностью сказать, хорошо это или плохо, так как Аксель не делится со мной своими мыслями.

– Тебе Стефан привет передавал, – вспомнил муж.

– Спасибо.

– Спокойной ночи, любимый, – Аксель поцеловал меня, выключая телевизор и закручиваясь в одеяло мне под бок.

– Спокойной, – я поцеловал его в мягкие губы и тут же провалился в сон.

Утро понедельника в Министерстве юстиции – это маленький ад. Количество бумаг, что ложилось мне на стол, сводило с ума, а еще у меня появился новый секретарь – Магнус Фалсен, с которым мы еще не нашли общий язык. Красивый, безупречный омега постоянно мне перечил и поучал, в то время как я в этом деле более десяти лет, а этот малолетка только со школьной скамьи сполз. Но ругаться, а тем более, на омег не в моем стиле, и я вежливо кивал на его замечания и делал по-своему.

К вечеру голова болела, хотелось только завалиться на кровать и ни о чем не думать. Детей на лето забрали мои родители, и это значило, что мой любимый муж полностью в моем распоряжении, а также то, что никто не будет теребить меня, вытаскивая из уныния. Детей своих я обожал и уже через неделю, после того как они уехали, начал сильно скучать.

Но, к своему разочарованию, Акселя я дома не обнаружил. Холодильник был пуст, и я вспомнил, что мой омега по понедельникам и четвергам ходит в бассейн, а у нашей домработницы отгул. Значит, в магазин придется идти мне и самому готовить. Справлялся я с этим неплохо, как и со всеми остальными делами, но все же предпочитал стряпню Акселя или нанятого беты.

После сытного ужина я полистал захваченные домой документы и незаметно задремал в гостиной. Аксель разбудил меня ласковыми поцелуями и, раздев, уложил в постель. Мне действительно следовало выспаться, но, когда рядом со мной стал раздеваться мой муж, я почему-то завис.

Мой правильный и немного старомодный мальчик, обычно не стремящийся изменять что-либо в себе и своей внешности, внезапно сделал интимную стрижку. Я вылупил глаза на его голый пах и невероятно красиво смотрящийся на голой коже член. Муж же, как ни в чем не бывало, надел легкую фланелевую ночную рубашку чуть ниже бедра и лег рядом со мной.

Недолго думая, я обнял его и стал ощупывать свое богатство.

– Ты побрился, – только и смог выдавить я из себя.

– Да я давно собирался, все в бассейне аккуратненькие, мне немного стыдно было, – признался муж. И я, глупый, поверил.

Стал активнее его ощупывать, дразнить, дергать. Вид моего бритого мужа просто невероятно сильно меня возбудил. Он не делал так уже очень давно, и я раньше просто балдел, чувствуя его нежную кожу, когда делал ему минет. Тотчас захотелось прижаться к его паху губами, вылизать и испробовать, но Аксель меня отстранил.

– Прости, я так сильно вымотался, – проговорил он сонно.

Мне словно молотком по голове стукнули. Мой муж мне никогда не отказывал. Никогда! С квадратными глазами я отвернулся на другой бок и, стараясь не думать о плохом, уснул.

Утром во вторник я проснулся с ожидаемым стояком и болью в паху. Так на работу и поехал. Уже в кафетерии, где брал себе кофе, решил, что мир сошел с ума, и омеги из моего отдела – первые в списках. Двое из них, я даже не помнил, как их звали, попытались угостить меня, странно хлопая на меня огромными ресницами, а третий так вообще двери в кабинет открыл, типа ухаживая.

Каждые пять минут ко мне заглядывал мой секретарь, предлагал булочек, шоколадного молока или «еще чего-нибудь сладенького», при этом он губки как-то странно сворачивал, словно у него нервный тик, и прихрамывал то на одну, то на другую ногу. Кроме всего прочего, в бухгалтерии накрылась вентиляция, или что-то еще случилось, но дух феромонов и надушенных омег оттуда исходил такой, что мне приходилось нос зажимать, когда я в туалет шел. И подумать не мог, что у меня будет аллергия на такое многообразие. К вечеру пришлось попросить секретаря принести мне платков, так как глаза слезились, а из носа текло.

Секретарь принес, конечно, пожалел меня, усадил свой тощий зад на мой стол и попытался облапать салфеткой мое лицо. Пришлось прикрикнуть на него, старательно сдерживая все накопившееся негодование. С работы я летел, пробиваясь через пробки и заторы с гудками. В спортзале выдохнул спокойно, разминая затекшую спину, почти час провел на дорожке и, быстро ополоснувшись, вернулся домой.

Любимый приготовил ужин, красиво накрыл стол и исчез. Это было странно, но меня встречали запахи запеченого мяса и пустоты. Запаха Акселя в квартире не было, и я разочарованно поужинал и сел работать в своем кабинете. Сегодня я мужа не видел, и было жутко грустно и тоскливо. Явился он только к ночи, нырнул под мое одеяло и прижался всем телом. Обнаженным телом! Я тут же засиял, забывая о том, что моего драгоценного весь день не было дома, и потянулся к нему за поцелуями.

– У нас годовой отчет, – напомнил и объяснил он причину своей задержки, – я так замотался, и завтра снова придется сидеть допоздна.

Я лишь обреченно кивнул. Это был второй отказ в моей жизни. Я готов был выть и кусать локти. Но я еще не знал, что задумал мой драгоценный.

На следующий день от запахов стало еще хуже, я попросил секретаря купить мне тампоны в нос и вызвать техника, чтобы он настроил кондиционеры. Но, как оказалось, все работает отлично, просто омеги в нашем отделе немного тронулись головой и решили использовать феродезодоранты. Это было вопиющее нарушение правил, и во время обеденного перерыва я вызвал к себе главного бухгалтера Терье – презентабельного и аккуратного омегу чуть старше сорока и потребовал проследить за поведением подчиненных.

– Странно, – произнес омега тягучим голосом, – никто больше ничего не заметил, – и подмигнул мне.

Я нервно хлопал глазами в ответ, не понимая, что этот перец имел в виду. А мужчина оперся руками на мой стол и загадочно улыбнулся.

– Может, вам просто не хватает омежьего внимания? – и посмотрел на меня как кот на крынку со сметаной.

Конечно, мне не хватало! Моего бедного мужа запрягают, мучают, а сами тут в гляделки играют. Выгнав его, я пошел искать Акселя. Даже предлог нашелся, какой-то умник забыл у меня пару счетов на столе, и надо было все передать бухгалтеру. Оказавшись в отделе взбесившихся омег, я понял, что загремел в ад.

Все, как один, омеги повернули голову в мою сторону, поднялись из-за своих столов и ячеек и выглянули из кабинетов. Дышать я не мог, несмотря на затычки, запах пробирался под пиджак, дергал какие-то странные ниточки, вызывая неприятное возбуждение, и мой двухдневный недотрах сразу дал о себе знать. Я, двигаясь бочком и прикрывая тылы, добрался до кабинета Акселя и тут же закрыл за собой двери.

По холке пробежался странный вихрь мурашек, и я тяжело вздохнул – тут было и хуже, и лучше одновременно. Запах моего обожаемого, слишком сильный и настойчивый, стал оттягивать яички и наполнять рот слюной. Я неловко к нему повернулся и чуть не выскочил за двери.

Передо мной стоял совсем не мой муж. Точнее, мой, но какой-то другой.

Более… мечтательный, что ли…

Аксель сделал стрижку, уложив свои густые соломенные волосы на бок, немного завил их у концов и остриг до плеч. Вместо привычной формы, что приветствовалась, но никогда не была обязательной, на нем была узкая рубаха с логотипом министерства, брюки, строгие, но не широкие, как раньше, а довольно сильно обтягивающие его сочную попочку, и какие-то побрякушки на шее. У меня от удивления аж бумажки из рук выпали.

– Ой, спасибо, дорогой, – воскликнул Аксель, – мне они как раз были нужны.

Омега сел на корточки, собирая бумаги, и я тяжело сглотнул. Его идеальная фигурка, красивая спина и ровные плечи громким молотом отстучали в моей голове что-то вроде «отымей меня, я твой», и я, как идиот, выскочил из его кабинета, понимая, что еще немного, и я трахну его прямо на рабочем месте.

Сегодня никакие отговорки меня не остановят. Да хоть все родственники к нам приедут на пожить, я хочу своего мужа, и сильно.

Стоило мне выйти в омежник, как на меня сразу накинулись голодные воняющие фурии.

– Вы сегодня не хотите сходить со мной на ужин? – пробасил Эрна Дирикс, заведующий прессой омега лет тридцати. Его немного плотная фигура была обтянута тонкой блузой в серо-голубых узорах, а от количества косметики он с трудом моргал.

– Возможно, вы не откажетесь сходить со мной? – пролепетал Даг Кристи, наш начальник из отдела обратной связи.

Не знаю, как я от них отбился, вбежал в свой кабинет и закрылся на все замки. Но не это самое плохое. У меня был жуткий стояк, хотелось вызвать к себе моего драгоценного мужа и увезти в дешевый мотель. Но, кажется, провидение решило надо мной поиздеваться.

После обеда мне сообщили, что сегодня внеплановая встреча глав министерства, и мне непременно надо присутствовать. К шести я закончил свои дела и направился на совещание, надеясь, что закончу все это быстро. Но, конечно же, все вспомнили, что у нас миллионы нерешенных дел и отложенных предложений. В итоге, я еле передвигал ногами, когда добрался до дома в первом часу ночи.

– Ты так поздно, – взволнованно встретил меня муж, сейчас его изменившийся вид и невероятно прекрасное тело не тянуло, как прежде. Я валился с ног и хотел просто обнять его покрепче, зарыться с головой в приятно пахнущие волосы и уснуть, наслаждаясь его ароматом.

– Устал, – выдавил я, опираясь на его хрупенькое плечо. – Уложи меня, солнышко.

Мое обожаемое солнышко тут же довело меня до кровати, быстренько раздело, и я провалился в тяжелый сон, в котором мне снилось, как нежный и ласковый ротик Акселя гладит мои яички, трётся носиком о мой ствол и глотает, глотает… глубоко.. приятно…

Проснулся я с орехоколкой, мужа нет – он всегда раньше уезжал на работу. Пришлось идти в ванну и помогать себе руками. Я не делал этого уже много лет. Всегда рядом был Аксель, с удовольствием предлагал себя или доводил меня ротиком. Что случилось с моим любимым? Почему он так изменился? Ледяной холодок прошелся по спине, и от своих мыслей стало жутко плохо… возможно, у Акселя кто-то есть?

С этой безумной мыслью я примчался на работу, проигнорировал попытки Дага обнять меня и еще более наглую попытку Магнуса в лифте пощупать мои штаны и пошел прямиком в кабинет мужа. Аксель улыбнулся моему появлению, сегодня он выглядел еще шикарнее. Не уверен, в чем именно были перемены, но от его запаха и близости у меня начинали скрипеть мозги.

– Как ты, драгоценный, – муж меня обнял, и я стал его тискать, старательно всюду обнюхивая, пытаясь найти хоть какой-то признак другого альфы. Но мой муж пах только собой… да, это грустно, но сейчас он совсем ни капельки не пах мной. Метку хорошо скрыл пластырь, я не занимался с ним сексом три адских дня и безумно его хотел.

– Может, поужинаем вместе?

– Я сегодня в бассейн иду.

– После? – мне хотелось поцеловать его, но я не из тех, кто нарушает правила министерства, и потому держался.

– Хорошо. Заедешь за мной?

– Да!