Читаем Стигма онлайн бесплатно

Я очнулась. Как приговоренная к виселице, вышла и побрела вместе с Джеймсом по коридору. Я шла медленно, словно пытаясь отсрочить надвигающуюся трагедию, и, когда дошла до дальнего угла, за которым были наши две двери, вытянула голову и кое-кого увидела.

Я не успела вздрогнуть, так как сразу поняла, что это не он. Под подолом длинной зеленой юбки пожилой леди виднелась пара старых тапочек.

Кармен стояла перед дверью Андраса, согнувшись и чуть ли не прижавшись щекой к стене. Я подошла и увидела, как она из узкой щели между стеной и плинтусом достает маленький ключ. Он блеснул в ее морщинистых пальцах.

М-да, вот так тайник, надежнее не придумаешь…

– Добрый день! – весело поприветствовала нас Кармен, заметив, что в коридоре она больше не одна.

Старушка одарила нас лучезарной улыбкой, затем открыла дверь и исчезла внутри квартиры.

– Классная у тебя соседка, – прокомментировал Джеймс.

Я закусила губу, чтобы не ляпнуть что-нибудь грубое.

– Да уж, – буркнула я, открывая дверь.

Кармен говорила, что сидит с ребенком, только когда Андраса нет. Перед приходом он обычно отправляет ей сообщение, тогда она укладывает девочку и убаюкивает ее детскими стишками, а затем возвращается в свою квартиру, что несколькими этажами ниже, всего за несколько минут до того, как он возвращается домой.

Где, черт возьми, носило этого негодяя, который только две ночи назад еле полз по этому коридору?

Джеймс стоял в центре гостиной и осматривал минималистическую, утонченную обстановку квартирки, пока я вешала пальто и спешно убирала с дивана брошюры.

– У тебя очень… мило.

Я была абсолютно согласна со своим гостем. Резко подобрев, я спросила, не хочет ли он выпить чего-нибудь горячего. Джеймс бросил куртку на спинку дивана и ответил, что не возражает против горячего шоколада.

– А это… – произнес он.

Я оторвалась от приготовления и увидела, что он держит кактус с надписью «Дай мне имя!».

Джеймс посмотрел на этот злобный маленький шарик, который жалил меня всякий раз, когда я пыталась худо-бедно поухаживать за ним, и слегка улыбнулся.

– Красавчик. И как ты его назвала?

– Никак. Я купила его себе в компанию.

– В компанию? Чтобы избавиться от чувства одиночества, девушка купила кактус?

Мое нахмуренное лицо было более чем красноречивым ответом. Джеймс тихонько рассмеялся, поставил кактус на место и забрался на высокий табурет у стойки. Он положил подбородок на скрещенные руки и стал наблюдать, как я вожусь с ковшиком, чем сильно меня смущал, потому что всякий раз, когда кто-нибудь сосредоточивал на мне внимание, я начинала нервничать.

– Ты могла бы назвать его Тимми.

– Я не буду давать колючке имя.

– Почему?

– Просто нет, и все. К тому же Тимми – ужасное имя.

– Тогда назови его Сандоканом.

Джеймс опять шутил. Я постоянно забывала, что ему двадцать девять и что нас разделяют целых десять лет. Значительная разница. У Джеймса была веселая мальчишеская душа, а меня жизнь рано «прибила к земле», нагрузив обязанностями взрослого человека. Различия в характере часто делали нас непонятными друг для друга, но каким-то странным образом мы с Джеймсом умудрялись сойти со своих полюсов и встретиться где-то на середине пути.

Я разлила дымящийся какао по чашкам, бросила в них по горсточке маршмеллоу и протянула Джеймсу готовый напиток. Пока его глаза следили за тем, как растворялись сладкие цилиндрики, в них разгорался веселый свет.

– Хорошо, что ты хотя бы немного любишь сладкое…

Я прислонилась к плите и посмотрела на него взглядом человека, который гордится своими слабостями. Джеймс какое-то время смотрел на меня, затем повернулся к пакету, который он положил на табурет рядом, и достал оттуда один из маленьких красных свертков, с наклейкой в виде оленя. Он положил сверток на стойку и подтолкнул его ко мне.

– Что это?

– Это для тебя.

Какое-то время я молча смотрела на красную бумагу. Я была так удивлена этим неожиданным жестом, что даже постеснялась взглянуть на Джеймса.

– Для меня?

– Давай, открой.

Я колебалась, потом все-таки посмотрела на Джеймса, чьи глаза сияли безмятежным спокойствием, как у человека, совершившего красивый бескорыстный поступок. Видя, что он все еще ждет, я поставила чашку на стойку, взяла сверток и начала осторожно его разворачивать, касаясь чего-то прохладного и гладкого.

Это была керамическая елочка, вся в дырочках-звездах. Внутри к лакированной поверхности была прикреплена свеча, тонкая и белая, как перышко. Окрашенная в насыщенный темно-зеленый цвет елочка была сделана просто, но с любовью. Мастер-гончар явно постарался, чтобы его работа радовала глаз. К комете на макушке по веточкам спиралью тянулись золотистые крапинки.

– Рождественский фонарик, – зачарованно прошептала я, держа его перед собой на ладони.

– Я собирался подарить его тебе в клубе сегодня вечером. Не думал, что мы встретимся раньше. Похоже, ты не любительница украшать елку, поэтому я решил поддержать твое рождественское настроение этой вещицей.

Джеймс ошибался, но он и не мог знать.