Читаем Стигма онлайн бесплатно
Я подумал, что могу себе позволить немного отвлечься и получить разрядку от нервного напряжения без участия рук. Гнев был моим странным стимулятором, примитивным импульсом, который обжигал, смешиваясь с кровью. От него во рту становилось кисло, и когда его во мне оказывалось слишком много, я рисковал не сдержаться и избить какого-нибудь слишком надоедливого клиента.
Дело не в умении остановиться, а в необходимости избавиться от отравляющего свирепого неистовства, которое рождало во мне желание разодрать пальцы до костей, почувствовать мучительное возбуждение, пронзающую голову острую боль, как будто сердце бьется в мозгу.
Я не знал ничего более опьяняющего.
Я полузакрыл глаза, когда она взяла его в рот и ее пальцы сжались на моей талии. Я почувствовал, как он скользнул между ее щек, жадно обхваченный губами, и уткнулся в горло. Она замерла, а затем с трудом начала его сосать; ее тело напряглось, помада размазалась, губы покрылись слюной.
Голова ходила взад-вперед, дерзкий рот облизывал и ласкал со страстью. Она сосала его бесконечное количество минут. Потом выпустила изо рта и провела языком по всей его длине от основания к низу. Выгнула спину и прижалась ко мне, ее твердые соски через ткань платья терлись о ткань моих брюк. Кончик смочил впадинку между ее грудей, провел дорожку до ключиц, а затем толчком вошел обратно, заставив ее рот широко раскрыться.
Она подняла глаза, наверное, хотела увидеть меня с запрокинутой головой и полуприкрытыми веками. А вместо этого встретила мой прикованный к ней взгляд, сосредоточенный и твердый, как железная хватка пальцев на ее затылке. Испытываемое удовольствие делало меня гораздо более безудержным в глумлении, чем в чувственном наслаждении, но не поэтому я не поддавался ее страсти.
Я чувствовал, какие усилия она прилагала, как напряженно работали ее челюсти, чтобы не дать мне почувствовать резцы. Она не догадывалась, насколько сильно меня возбуждало прикосновение зубов. Мысль о боли была запалом, который воспламенил мои нейроны, и резким движение таза я глубже втолкнул его в нее. Ее горло сжалось, она стала сосать еще неистовей, а затем отстранилась и стянула с плеч лямки.
Платье шелковым потоком скользнуло к ее лодыжкам. Она посмотрела на меня с улыбкой, поглаживая пальцами соски.
Стройное тело и тонкие ноги, от возбуждения груди стоят торчком в окружении больших, пульсирующих от возбуждения ареол. Ее тело изнывало от желания. Она встала, прижалась ягодицами к столу и откинулась назад на локтях, призывно отведя бедро в сторону, ее взгляд затуманился.
Я наклонил голову. Она прикусила нижнюю губу, подбородок был в розовых разводах. Ее влажный взгляд следил за мной, пока я подходил к ней вплотную, по лицу скользила тень порочной иронии, улыбка смазалась вместе с помадой.
Не говоря ни слова, я схватил ее за руку и повернул к себе спиной. Она тихо вскрикнула.
Положив руки ей на плечи, я нагнул ее и уложил на стол вниз животом. Она слегка оторопела, от прикосновения к холодной поверхности по ее коже от ягодиц до затылка пробежала дрожь.
Ботинком я коснулся ее лодыжек, чтобы раздвинуть ноги, и она тут же их развела, хрипло дыша. От предвкушения ее мышцы напряглись, ноги чуть подрагивали, тонкие пальцы вцепилась в края столешницы.
Она ждала.
Не торопясь, я достал из пепельницы потухший окурок, зажег его и сделал затяжку. Сигарета догорела до фильтра, я, глубоко вдохнув, выпустил дым через ноздри, потом потушил окурок о листок бумаги рядом с ее шеей. По ее спине пробежала дрожь.
Ее прижатые к столу груди выступали с боков, а влажная промежность говорила о том, как ей понравилось делать мне минет. Она задыхалась при мысли о том, что кто-то вроде меня распластал ее, голую, на столе в убогой раздевалке, куда в любую минуту мог войти кто угодно.
– Меня зовут Тереза, – сказала она, как будто мне есть до этого дело.
Я вытащил пластиковый пакетик с презервативом, она повернула голову, чтобы посмотреть на меня.
– А ты не хочешь сказать мне свое имя?
– Вряд ли оно тебе понадобится.
Наверное, она еще не поняла, что продолжения знакомства не будет.
– Возможно, понадобится, – ответила она, и выражение ее лица изменилось, впервые став почти застенчивым, – если я захочу сохранить твой…
Я заставил ее замолчать, войдя в нее.
Раздевалку огласил женский стон. Ее тело подалось вперед, послышался звук трения живота о поверхность стола. Она согнула руки над головой, ее бедра дрожали, пока я пробирался вглубь, чувствуя там внутри теплую влажную пульсацию.
– Боже… – Она сжала губы и закрыла глаза, от удовольствия ее лицо исказилось.
Она ничего не говорила, когда я начал вбиваться в нее толчками. Ее гортанные всхлипы слились со скрипом стола, а мне ничего больше и не нужно.
