Читаем Стальной король (ЛП) онлайн бесплатно

Книга: Стальной король.

Автор: Девни Перри

Серия: Клифтон Фордж №1

Перевод группы: https://t.me/ecstasybooks

ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ

Не использовать русифицированные обложки книг в таких социальных сетях, как:

TikTok, Instagram, Twitter, Facebook.

Спасибо.

ОГЛАВЛЕНИЕ

ГЛАВА 1

ГЛАВА 2

ГЛАВА 3

ГЛАВА 4

ГЛАВА 5

ГЛАВА 6

ГЛАВА 7

ГЛАВА 8

ГЛАВА 9

ГЛАВА 10

ГЛАВА 11

ГЛАВА 12

ГЛАВА 13

ГЛАВА 14

ГЛАВА 15

ГЛАВА 16

ГЛАВА 17

ГЛАВА 18

ГЛАВА 19

ГЛАВА 20

ГЛАВА 21

ГЛАВА 22

ГЛАВА 23

ГЛАВА 24

ГЛАВА 25

ГЛАВА 26

ГЛАВА 27

ГЛАВА 28

ЭПИЛОГ

БОНУСНЫЙ ЭПИЛОГ

ГЛАВА 1

БРАЙС

— ДОБРОЕ УТРО, АРТ. — Я поприветствовала его своим кофе, проходя через стеклянную входную дверь.

Он ответил мне жестом своей кружки. — Приветик, девочка. Как ты сегодня?

В Клифтон Фордж Tribune¹ я была девочкой, дорогой и иногда милой, потому что в тридцать пять лет я была самым молодым сотрудником на тринадцать лет. Даже будучи совладельцем, я все еще считалась ребенком босса.

— Фантастически. — Я пожала плечами, все еще ощущая танцевальную вечеринку, которую я устроила в машине по дороге на работу. — Солнце светит. Цветы распускаются. Будет замечательный день. Я чувствую.

— Надеюсь, ты права. В данный момент я чувствую только изжогу. — Арт хихикнул, и его выступающий живот качнулся. Даже в брюках-карго и светло-голубой рубашке на пуговицах он напоминал мне Санта Клауса.

— Папа здесь?

Он кивнул. — Был здесь еще до того, как я появился в шесть. Думаю, он пытается починить один из прессов.

— Черт. Мне лучше пойти и убедиться, что он не разозлился и не разобрал все это дело. Увидимся, Арт.

— Увидимся, Брайс.

Я проскочила мимо Арта за стойкой регистрации и вошла во внутреннюю дверь, которая открывалась в офисную комнату. Запах свежего кофе и газет наполнил мой нос. Рай. Я влюбилась в этот запах еще пятилетней девочкой, когда пошла с папой на работу в день, приведи свою дочь на работу, и с тех пор ничто не могло его превзойти.

Я прошла через весь пустой зал, мимо столов по обе стороны от центрального прохода к двери в задней части, которая открывалась в зал прессы.

— Папа? — Мой голос эхом отдавался в открытой комнате, отражаясь от стен из шлакоблока.

— Под Goss²!

Потолки простирались высоко надо мной, воздуховоды и трубы были открыты. Здесь, где хранились огромные рулоны бумаги и бочки с черными чернилами, стоял неповторимый, мускусный запах газет. Я с наслаждением прошла через комнату, вдыхая смесь бумаги, растворителей и машинного масла, когда мои танкетки на каблуках щелкали по цементному полу.

Моя детская влюбленность была связана не с мальчиком, а с ощущением свежеотпечатанной газеты в руках. Для моих родителей было загадкой, почему после колледжа я пошла на телевидение, а не в газету. Было много причин, но ни одна из них сейчас не имела значения.

Потому что здесь я работала в газете моего отца, возвращаясь к своим корням.

Принтер Goss был нашим самым большим и главным прессом. Расположенный вдоль дальней стены, он тянулся от одной стороны здания до другой. Папины ноги в джинсах и коричневых ботинках торчали из-под первой из четырех башен.

— Что сегодня не так? — спросила я.

Он освободился и встал, сглаживая джинсы, оставляя на бедрах черные полосы жира и чернил. — Чертовщина. Что-то не так с подачей бумаги. Она заедает примерно на каждом десятом обороте и портит все страницы, на которых печатает. Но под ним все выглядит нормально, так что я не знаю, что, черт возьми, я пытаюсь исправить.

— Прости. Я могу что-нибудь сделать?

Он покачал головой. — Нет. Придется вызывать специалиста, чтобы все починить. Бог знает, сколько это займет времени и сколько это будет стоить. На данный момент мы можем только печатать дополнительные тиражи, чтобы компенсировать это.

— По крайней мере, он все еще работает, и мы не используем ручной пресс. — Я бросила взгляд на древнюю машину в дальнем углу. Я пользовалась им только один раз, чтобы узнать, как он работает, и после этого у меня неделю болела рука от всех этих манипуляций.

— В ближайшем будущем тебе лучше выделить бюджет на новый пресс или капитальный ремонт этого.

Я постучал себя по виску. — Поняла.

Папа говорил о будущем бюджете и планах на будущее с тех пор, как я переехала в Клифтон Фордж³ шесть месяцев назад. На данный момент мы делили собственность поровну — я купила половину бизнеса, когда переехал в город. Со временем я выкуплю остальную часть Tribune у своих родителей, но у нас не было четкой даты перехода, что меня вполне устраивало. Я не была готова взять на себя управление, а папа не был готов отпустить это дело.

Меня вполне устраивало, что за моими материалами будет следить Брайс Райан, журналист. Отец мог сохранить титул главного редактора еще на несколько лет.

— Чем ты сегодня занимаешься? — спросил он.

— О, ничего особенного. — Помимо расследования дела бывшей банды мотоциклистов в городе.

Глаза отца сузились. — Что ты задумала?

— Ничего. — Я и забыла, как легко он может распознать ложь. Я подняла руку, а другую спрятала за спину, скрестив пальцы. — Клянусь.

Уголок его рта приподнялся. — Ты можешь обмануть большинство людей, но не меня. Я знаю эту ухмылку. Ты собираешься доставить неприятности, не так ли?

— Неприятности звучат так по-детски и злобно. Я просто собираюсь заскочить в полицейский участок и поздороваться с Шефом Вагнером. Я не разговаривала с ним уже пару недель. Потом собираюсь поменять масло в машине.

Папа закатил глаза. — Во-первых, Маркус не идиот. Он тоже не купится на твой невинный поступок. Газета не может позволить себе враждовать с Шефом, так что будь вежлива. Он никогда не бросит нам кость, если разозлится. А во-вторых, я точно знаю, почему тебе меняют масло. Не думай, что я не заметил, что ты копаешься в старых статьях о Tin Gypsy⁴.

— Я... — Черт. Я попросила Арта достать кое-что из архива, и, похоже, он рассказал папе, хотя я принесла ему Tums и домашние булочки с корицей, чтобы он молчал. Предатель.

— Держись от них подальше, Брайс.

— Но там есть история. Не говори мне, что ты не чувствуешь этого. Это может иметь для нас огромное значение.

— Огромное? — Он покачал головой. — Если ты хочешь огромного, тебе лучше вернуться в Сиэтл. Я думал, ты приехала сюда, чтобы притормозить. Чтобы наслаждаться жизнью. Разве это не твои слова?

— Да, это были мои слова. И я замедляюсь. — Я не просыпалась в три часа ночи, чтобы успеть на телеканал на утреннее шоу. Я не стригла волосы, чтобы угодить своему продюсеру, и не следила за питанием. Я не рассказывала на камеру чужие истории. Вместо этого я писала свои собственные.

Это было замечательно, но после двух месяцев жизни в маленьком городке в Монтане я немного сходила с ума. Звонки в больницу за объявлениями о родах и в похоронное бюро за некрологами были недостаточным испытанием для ума. Мне нужно было волнение. Мне нужна была достойная история.

А в Клифтон Фордж Гараж повсюду была написана история.

Около года назад Мотоклуб Tin Gypsy распались. Они были одной из самых известных и прибыльных банд в Монтане и закрылись без объяснения причин.

Бывшие члены клуба утверждали, что они сосредоточились на управлении гаражом здесь, в городе. Их мастерская стала известной в кругах богачей и знаменитостей благодаря реставрации классических автомобилей и изготовлению мотоциклов на заказ.

Но такие люди, как они — такие, как Кингстон «Дэш» Слейтер с его поразительной внешностью, наглой заносчивостью и дьявольской ухмылкой — жаждали власти. Они жаждали опасности и жизни на грани, без ограничений. Как банда, Цыгане обладали властью и деньгами в избытке.

Почему же они отказались от этого?

Никто не знал. А если и знали, то молчали.

— Тебе не кажется странным, что за последний год о них не было никаких новостей? И никаких объяснений, почему они закрыли свой «клуб»? За одну ночь они превратились из известных членов банды в добропорядочных граждан. Я на это не куплюсь. Слишком тихо. Слишком чисто.

— Это потому, что они чисты, — сказал папа.

— Конечно. Скрипучие, — отмахнулась я.

— Ты говоришь так, будто мы все прикрываемся ими. — Он нахмурился. — Да ладно. Разве ты не думаешь, что если бы там была какая-то история, я бы ее рассказал? Или ты так плохо думаешь обо мне как о репортере?

— Это не то, что я говорю. Конечно, ты бы рассказал эту историю.

Но стал бы он копать? Я не сомневалась в способности отца к расследованиям. В свои лучшие годы он был звездным репортером. Но с тех пор как они с мамой переехали в Клифтон Фордж и купили Tribune много лет назад, он сбавил обороты. Он уже не так стремился к работе, как раньше. Он не был так голоден.

А я? Я была голодна.

— Если нет рассказа, то нет и истории, — сказала я. — Единственное, что я теряю, это свое время, верно?

— Я заявляю официально как твой отец и твой партнер: мне это не нравится. Может, они уже и не банда, но у этих парней есть свое преимущество. Я не хочу, чтобы ты переходила им дорогу.

— Понятно. Я задам свои вопросы и буду держаться подальше. — Или не далеко.

— Брайс, — предупредил он.

Я подняла руки, притворяясь невинной.

— Что?

— Будь. Осторожнее.

— Я осторожна. Всегда. — Ладно, иногда. Папино определение осторожности немного отличалось от моего.

Я встала на носочки, чтобы поцеловать его в щеку, затем помахала рукой и поспешила выйти из пресс-центра, пока он не поручил мне что-то, что заставит меня сидеть за столом весь день.

Полицейский участок находился в противоположном от редакции конце города. Он располагался на берегу реки Миссури вдоль оживленной улицы, заполненной ресторанами и офисами. Река текла быстро и полноводно из-за таяния горного снега. Июньское солнце отражалось от водной глади золотыми бликами. Воздух Монтаны был чистым и свежим, не уступая моему любимому запаху газет.

Это был еще один запах из моей юности, по которому я скучала в Сиэтле.

Я припарковала машину и вошла в участок, завязав светскую беседу с офицером на входе. Потом я поблагодарила свои счастливые звезды, когда они пропустили меня без всяких проблем. Первые три раза, когда я приезжала сюда навестить Шефа, меня проверяли. Отпечатки пальцев. Проверка биографии. Фотография.

Может быть, это был протокол.

А может, они не любили репортеров.

Этим утром в участке было тихо. Несколько офицеров сидели за столами, склонив головы над клавиатурами и шариковыми ручками, занимаясь бумажной работой, в то время как остальные в смене патрулировали улицы. Кабинет начальника располагался вдоль задней стены здания. Из окна за его столом открывался прекрасный вид на реку.

— Тук-тук. — Я постучала в открытую дверь и шагнула внутрь. — Доброе утро, Шеф.

— Доброе утро, Брайс. — Он отложил документ, который читал.

— Знаешь, я никак не могу понять, счастливая это улыбка или раздраженная, когда я прихожу сюда.

— Это зависит от ситуации. — Его глаза сузились на моей сумочке, его кустистые седые брови сошлись вместе.

Я потянулась в сумочку и достала пачку лакрицы. — Как я справилась?

Он пожал плечами, уставившись на Twizzlers, когда я положила их на его стол и села в одно из кресел для гостей. В свои предыдущие визиты я приносила Twix, Snickers и M&M’s. В лучшем случае он относился к моим лакомствам с неохотой. Поэтому сегодня я пошла на хитрость и взяла в Town Pump что-нибудь фруктовое.

— Похоже на счастливую улыбку, но из-за усов трудно сказать.

Он усмехнулся и вскрыл упаковку, пока я внутренне качала кулаками. — Я знал, что в конце концов ты догадаешься.

— Ты мог бы просто сказать мне.

— И что в этом веселого? — Шеф Вагнер сунул конфету в рот и откусил огромный кусок.

— Ты собираешься заставить меня работать так усердно ради всей моей информации?

— Нет, — сказал он. — Мы выпускаем еженедельный пресс-лист. Все, что вам нужно сделать, это загрузить его. Легко и просто.

— Ах, да. Еженедельный пресс-лист. Какими бы захватывающими ни были эти отчеты, я говорила о более...глубокой информации.

Шеф сцепил пальцы под подбородком. — У меня нет ничего для тебя. Так же, как у меня не было ничего две недели назад. Или неделю назад. Или за неделю до этого.

— Ничего? Ни даже крошечного кусочка, который ты, возможно, забыл положить в пресс-лист?

— У меня ничего нет. Клифтон Фордж — довольно скучное место в наши дни. Извини.

Я нахмурилась. — Нет, это не так.

Он усмехнулся и взял еще один кусочек лакрицы. — Ты права. Мне не жаль. Я слишком занят, наслаждаясь покоем.

Шеф Вагнер был рад, что его пресс-релизы включают только редкие вызовы 911, случайные субботние пьянки, беспорядки и случайные мелкие кражи от непутевого подростка. В этом городе за многие годы произошло более чем достаточно убийств и бесчинств — благодаря Tin Gypsies. Мотоклуб, вероятно, был ответственен за появление седых полос в волосах Маркуса.

Однако, судя по тому, что мне удалось раскопать в архивах новостей, бывшие члены Tin Gypsy практически не сидели в тюрьмах. Либо Шеф не замечал их преступлений, либо Цыгане чертовски хорошо умели заметать следы.

В дни своей славы Tin Gypsies возглавлял Дрейвен Слейтер. Я видела его в городе, и он держался с той же безжалостной уверенностью, которую передал своему сыну Дэшу. И ни один из них не показался мне дураком.

По моей версии, Шеф Полиции Маркус Вагнер был чертовски хорошим полицейским. Но Дрейвен, Дэш и их Цыгане всегда были на шаг впереди.

Если я хочу получить материал, то должна быть на высоте. Дрейвен отошел на второй план в гараже, что означало, что я буду противостоять Дэшу. Я видела этого человека — я наблюдала за ним.

Дэш ехал на своем черном мотоцикле по Центральной улице, словно владел Клифтон Фордж, сверкая ослепительной белозубой улыбкой. Он был типичным плохим парнем. Его сексуальная ухмылка, точеная челюсть и однодневная щетина заставляли всех дам падать в обморок.

Всех дам, кроме меня.

Другие женщины в городе могли развлекаться с его потрясающим телом. От Дэша мне нужны были только его секреты.

И чтобы получить их, мне понадобится помощь Шефа.

В свои предыдущие визиты сюда я ни словом не обмолвилась о Цыганах. Я приходила только для того, чтобы встретиться с Шефом и наладить с ним контакт. Но если я собираюсь начать свое расследование, то пора было переходить к делу.

— Ты знаешь, почему Tin Gypsies так внезапно закрылись?

Его челюсть замерла на полуслове, и он сузил взгляд. — Нет.

Неправильный ход. Он собирался молчать.

— Хорошо. — Я подняла руки. — Мне просто любопытно.

— Почему?

— Правду? Моя интуиция говорит, что это целая история.

Шеф сглотнул и оперся локтями на стол. — Послушай, Брайс. Ты мне нравишься. Мне нравится твой отец. Приятно, что хоть раз газетой управляют достойные репортеры. Но ты здесь недавно, так что позволь мне преподать тебе урок истории.

Я опустилась на край кресла. — Хорошо.