Читаем Попаданка со скальпелем онлайн бесплатно
- Регенерация не работает, - жилка на виске у него бешено пульсировала. - Так не должно быть. Без регенерации Командор…
В глазах стыл холодный ужас.
- Доверьтесь мне, - тронула его за рукав. - Выхода у вас все равно нет.
Выхода действительно не было.
За несколько минут мы сумели доставить раненых в малую трапезную, вычищенную драконами по мере сил, сдвинули в центр несколько столов и уложили Дана и гаденыша бок о бок. Здесь банально не хватало места для размещения двух здоровенных драконов в экипировке.
В помощь я взяла Четвертую за хрупкость и сообразительность, а после заставила всех промыть руки спиртом и надеть перчатки, прошитые магической нитью. Лекарь слушался без разговоров. Он явно читал про альтернативную вальтартскую медицину, и хотя относился к ней без особого уважения, признавал ее вполне рабочей методикой.
Я достала рабочий чемодан с полностью сохраненными зельями и была вынуждена признать, что их мало. Настолько мало, что мне придется делить обезболивающее.
И выбор, увы, был очевиден.
Подкатив старую бытовую тумбу я разложила на ней доступные мне инструменты, глубоко вздохнула, а после отвинтила крышку на склянке. Но едва стеклянный ободок коснулся губ гаденыша, лекарь поймал меня за руку.
- Мой основной сундук с инструментарием остался за линией фронта, - сказал он непримиримо. - И это обезболивающее зелье единственное. Его следует отдать Командору. Лечебные заклинания не действуют, нерда, мы не можем…
- Зелья очень мало, - пояснила коротко. - А дать гаденышу… То есть, вейру Ниш жидкое зелье невозможно, иначе заработаем ему перитонит. У нас не так много возможностей для полостных операций.
Лекарь кивнул. Он явно неплохо разбирался в альтернативной медицине Вальтарты, по крайней мере, имел представление об операциях.
- Антисептика тоже мало.
- Придется использовать его жидкий аналог.
- Жидкий аналог? - лекарь оглянулся.
Я высвободила руку из его хватки и кивнула на бутыль спирта, заботливо припрятанную настоятельницей в одной из кладовых. Бутыль была хорошо укрыта рогожей от посторонних глаз и ополовинена, что наводило меня на мысли о неблагонадежности сестринского костяка.
Не то чтобы я не понимала. Тоска тут зеленая, а сто грамм на ночь очень скрашивают жизнь, полную лишений.
- Разведи два части к трем и дай своему Командору стакан. Он без сознания, и его будет легко опоить. А местной анестезии у меня в достатке на Его Светлость.
Мысль дать ему немного спирта мне не особенно нравилась. Это могло усилить кровотечение, но меня вел страх. Так или иначе, но разведенный спирт существенно снижал чувствительность и тормозил базовые драконьи навыки, и как следствие откладывал болевой шок. У меня просто-напросто не было достаточно средств для соблюдения операционных норм. Мне придется рисковать в любом случае.
Перевела взгляд на Дана.
Сердце завозилось в груди испуганной мышью. Бледный, в крови, в черноте. Как мне жить, если Дан - золотоволосый, насмешливый, горячий, как его собственная древняя кровь, - умрет от моей руки? Глаза, полные неба, закроются, и я останусь один на один с собственным преступлением.
Я не могу его оперировать!
Мне… страшно.
«Освободи голову, - вдруг шепнуло в голове нечто невидимое и тихое. - Дай своей магии течь свободно. Расправь ее, разверни, дай выйти из берегов. Она сделает тебя целой».
Взгляд упал на Дана, выцветшего до черно-белого фотоснимка. Поблекла дивная фейская красота. От мужчины, когда-то давшего мне венчальный браслет, ничего не осталось, но я все равно…
«Не делай меня целой, - мой голос надломился. - Сделай сильной».
Магия словно услышала меня. Потекла свободнее, легче, крепко спеленала тело, сжала на миг до страшной боли запястья, а после вдруг отпустила. Улеглась.
Магия что-то изменила во мне.
Настолько, что я без особого труда выкинула из головы все мысли и даже удивилась. И почему я так разволновалась? Я просто врач, я родилась, чтобы лечить. Я узнала свой путь в двенадцать и ни разу с него не свернула.
Без тени прежних чувств повернулась к Дану, уже иначе оценивая его рану.
Он уже потерял сознание и, к счастью, не понимал, кто именно будет его оперировать. В здравом уме и твердой памяти он бы мне пальцем не разрешил к себе притронуться.
Четвертая помогла лекарю немного приподнять Дана, и тот влил в него сразу треть стакана. Дан закашлялся, и из него вышло ещё немного крови.
Я усилием воли заставила себя переключиться на вейра Ниш. Лекарь заверил меня, что магия будет поддерживать жизнь Данте не меньше суток, даже при такой страшной ране. А вот с рыжим дела обстояли совершенно иначе. Он умирал. Я уже улавливала признаки приближающейся агонии.
Его не брали лечебные заклинания, и лекарь только бестолково метался, роясь в сундуке и перебирая связки бесполезных амулетов и зелья регенерации.
В голове включился полузабытый спокойный голос Плетнева, бравшего меня на многие свои операции.
«Извольте оставить за порогом жизненные невзгоды, оставьте сердце, оставьте жалость и доброту. Им нет места в операционной. Возьмите только опыт и желание спасти доверенную вам жизнь».
