Читаем Планария онлайн бесплатно

– Простите. Когда я лежала в больнице, все обсуждали мой диагноз, так что я думала, что он и вам известен, – расстроенно извинилась я.

– Не извиняйся. Хотя жаль, что ты мне не сказала. Лучше бы я это услышала от тебя самой, а не как сплетню от продавщицы соседнего магазина.

– Извините меня. А если бы вы знали, вы бы не взяли меня на работу?

Услышав мой вопрос, она потушила недокуренную сигарету.

– Зачем ты это говоришь. Неужели я похожа на такого человека?

– Простите, – пробормотала я, смотря в пол. Ох, умею же я портить людям настроение.

– А почему ты рассказала продавщицам? Ведь ты же понимала, что они-то найдут повод посплетничать, – спросила она без неприязни, будто и вправду не понимала. Мне захотелось сказать, что я хотела испортить всем настроение, но я решила выбрать другие слова.

– Я так идентифицирую себя.

– Идентифицируешь? – с сомнением переспросила она. – С раком груди?

– Да. Может, это слишком сильно сказано, но, иначе говоря, рак – это единственный повод для разговора. Больше у меня никаких особых умений или особенностей нет.

С еще более непонимающим видом она пригубила новый бокал пива. Судя по всему, она не очень хорошо переносила спиртное: уголки глаз у нее покраснели, взгляд затуманился. Я интуитивно поняла: она, наверное, пользуется большой популярностью у мужчин.

– И у тебя уже все в порядке? – спросила она, чтобы поменять тему. Но мне вдруг захотелось выговориться, и я выпалила на одном дыхании:

– Меня часто об этом спрашивают. Все ли в порядке? Мне лень отвечать подробно, и обычно я говорю: “Все в порядке”. Но сама я не знаю, все ли вообще в порядке и что это значит. Мне отрезали грудь, сделали пластическую операцию и вроде говорят, что о метастазах можно не беспокоиться, но это не наверняка, мне и сейчас колют гормоны, из-за них у меня кружится голова, меня тошнит и много еще всякого. Люди вокруг меня говорят: раз все закончилось, то и забудь об этом, но для меня еще совсем ничего не кончилось.

Я сделала вдох и глотнула пива. Хотя знала: если выпью, буду чувствовать себя еще хуже.

– Здоровье позволяет мне работать. Так что мне, наверное, надо прилагать усилия, чтобы забыть про онкологию, но сейчас, например, моя искусственная сиська чешется изнутри.

– Что?

– Во время пластической операции берут кожу со спины, складывают, как кружочек, и зашивают. Но иногда тело начинает гореть и чесаться. А почесать нельзя – чешется-то внутри. Терпеть можно, но тяжело. И после этого “все в порядке”?

Я внезапно затараторила без умолку. Нагасэ-сан застыла, растерявшись, но собралась и с громким вздохом сказала мне: “Прости”.

– Не нужно извиняться, я и не собиралась вас в чем-то обвинять.

– Нет-нет. Я немного понимаю, о чем ты. У меня аллергия на батат, – сказала она, взгляд ее затуманился. Если бы я была мужчиной, то на раз попала бы в ее сети, подумала я, ожидая продолжения.

– Конечно, я делаю все возможное, чтобы его не есть. Но вот недавно в ресторане подали мясо, а соус-то как раз из него. Так после еды у меня во рту сразу же появилась сыпь, судя по всему, она распространилась и на пищевод, у меня все зачесалось, думала, умру.

– Ой-ёй. В пищеводе не почешешь.

И мы рассмеялись. Я обрадовалась: наконец-то Нагасэ-сан расслабилась.

– Кстати, я сказала продавщице магазина японского мармелада, что познакомилась с вами в больнице, как-то само вырвалось. А ей, судя по всему, захотелось узнать, почему вы там оказались… Так что простите.

– Еще один повод для сплетен, Харука, – она слегка улыбнулась.

– Ой, извините меня.

– Ничего страшного. Я в общем-то ничего не скрываю. Да, и заболевание у меня, даже стыдно сказать, не в пример твоему. Киста яичника. Мне сделали операцию, и сейчас все в порядке, говорят, даже родить могу. У меня-то точно все закончилось, – сказала она, проведя тонким пальцем по краю бокала, стоявшего на столе. В моем исполнении этот жест не выглядел бы таким изысканно-скучным, как у нее. Если она и не замужем, то непременно с кем-то встречается. И не с таким простаком, как Хёскэ, подумала я.

– Это не такое уж редкое заболевание, но в магазине, где я работала раньше, мне сказали: ты же красотка, наверное, слишком много развлекалась с мужчинами, вот тебе и результат. Вероятно, это была шутка, но люди иногда говорят жестокие вещи.

Я всегда считала, что красивым людям не пристало называть себя красивыми, поэтому ее фраза меня немного задела. И хотя я решила ничего больше не выведывать, мной овладело злобное настроение, и я спросила:

– Нагасэ-сан, а вы с кем-то встречаетесь?

– Встречаться не встречаюсь, но у меня есть муж.

Значит, она все-таки замужем – и от этого настроение у меня немного испортилось. Но я раскаялась: что же у меня за характер, если настроение портится от таких вещей.

Пока я сидела, погрузившись в раздумья, она замолчала, будто ей стало неинтересно. Пытаясь придумать какую-то стоящую тему для разговора, я решила рассказать ей про планарию.

– Нагасэ-сан, а кем бы вы хотели стать в следующей жизни?

– Что это ты вдруг? А она вообще существует?

– Ну, если предположить, что да.