Читаем Обмен онлайн бесплатно

– Ну на хер! – Рей перевёл «Беркут» на ручное управление, но резкий манёвр не спас крыло корабля от удара ракеты по касательной.

Вибрация прошила корпус, а консоли синхронно моргнули, сигнализируя о повреждениях. Смахнув сообщение со своей, Рей направил катер навстречу нападавшим: звено из трёх лёгких кораблей держало отменный строй, но наглости нарушителей убоялось – пострадали бы все.

– На Апфис? – Джейсон проверил координаты прыжка и убедился, что катер на достаточном удалении от массивного спутника – гравитация могла повлиять на точность, особенно для корабля малого класса.

– Потом хрен выйдем. Стабилизатору досталось, – Рею хватило доли секунды, чтобы оценить характер неполадок.

– На точку?

Консоль выдала Джейсону несколько вариантов, но Рей молча выбрал свой – если скрываться от преследователей, то красиво: разогнавшись у ближайшего газового гиганта.

К счастью, гнев стражей правопорядка расы с плохопроизносимым названием охватывал только околопланетное пространство. Или – что вполне вероятно – их ускорители не могли сравниться с теми, что стояли на раненом, но не поверженном «Беркуте». Освоением соседних планет цивилизация не занималась, так что катер покидал систему в гордом одиночестве.

– Чтоб я ещё… – Рей с шипением выпустил воздух сквозь зубы, но вместо того, чтобы стукнуть по консоли, раскрыл сжатый кулак и вывел на дисплей информацию о состоянии корабля: увиденное заставило его нахмуриться.

– На Заури есть техстанция, – Джейсон присоединился к мужу, оценивая время на ремонт и сколько за него придётся выложить.

– На хуй, – отмахнулся Рей и начал вводить предварительные координаты для точки перехода.

Джейсон спорить не стал, хотя вояж займёт пару лишних дней – если не выяснится, что «Беркут» повреждён сильнее. Лучше сгладить острые углы, пока Рей не придумал новых вариантов возмездия незваным пассажирам. Он тоже был не в восторге от результата, но постарался оставить мнение при себе, поскольку оно противоречило ежедневно применяемой философии. Теперь в постулаты, сформулированные на основе личного опыта, похоже, придётся добавить новый пункт: не делай добра – не получишь ракетой по стабилизатору.

– Долбоёбы, – медленно успокаиваясь, обречённо произнёс Рей.

– Сигнал бедствия – святое, – возразил Джейсон.

– Вот сам с этими святошами и возись, – фыркнул Рей и закинул ноги на панель, показывая, что никуда из кабины идти не собирается.

– Испугался? – Джейсон насмешливо вскинул брови. – Смотри, и тебя единый бог покарает…

– Их покарают скорее, – скривился Рей. – Если бы мы не вытащили этих придурков с корабля, они уже б отправились лобызать ноги своему незабвенному божеству.

– Чем-то же они достали местных, – Джейсон встал и упёрся бедром в подлокотник кресла Рея.

– Да они хоть кого заебут, – Рей закатил глаза и сдул упавшую на лоб прядь.

Джейсон в знак примирения пропустил его волосы сквозь пальцы, стягивая тонкую резинку с хвоста – Рей подался навстречу прикосновению и закусил губу: вспышка рассеялась, оставив самое главное. Незыблемое.

Рей сел вертикально и обхватил Джейсона, уткнувшись носом в живот. Физической близости не хотелось – близость никуда не уходила. Не имела ограничений и пределов.

Безусловно, Джейсон разделял эмоции по поводу внепланового ремонта «Беркута», но не был согласен с Реем насчёт всего остального: отозваться на сигнал бедствия – обязанность каждого, равно как и принять на борт экипаж и пассажиров попавшего в аварию судна. Другой разговор, что никто не гарантирует, что те, кто фактически уничтожил корабль, не вернутся и не попробуют повторить своё чёрное дело со спасателями. Так что «Беркут» и мирно выполнявшие непыльный заказ незадачливые – и добродетельные! – контрабандисты пострадали ни за что.

Недавние планы окончательно пошли прахом, но Рей и Джейсон имели главное преимущество – они ни от чего и ни от кого не зависели и никуда не торопились. К тому же Джейсон во время недавнего визита в Империю вдруг столкнулся с приступом ностальгии по комфорту. Однако Рей пребывал в противоположном настроении: до смертной скуки спокойно, а единственный объект для ёрничания трогать нежелательно – зародившаяся из вакуума деликатность не позволяла задевать избранника Эриена, дабы не нарушить хрупкий баланс в его личной жизни. Джейсон смотрел на происходящее совершенно иначе: несмотря на вопиющую инаковость, Ирзи ему искренне понравился, хотя манерой одеваться и краситься напоминал земных женщин. Верн тоже выказывал благоволение новому члену семьи, и, похоже, совсем не потому, что кузен наконец-то обзавёлся парой.

На данном этапе жизни мысли о государственных делах вылетали из головы Джейсона со скоростью света, но он уяснил, что Ирзи сохраняет близость к правящей верхушке Аррахве и к новому афу. О возможном конфликте интересов есть кому подумать – даже Рей не насторожился, а Джейсону и вовсе недосуг.

Когда «Беркут» наконец добрался до стационарной точки перехода и нырнул в гиперпространство, Джейсон решил, что последовательным, то есть добродетельным, нужно быть до конца, выгреб нехитрую снедь из кладовки и спустился в трюм.

– Проголодались? – спросил он четверых незапланированных пассажиров катера, рассевшихся на полу вдоль переборки: Джейсон сразу выдал им спальники.

– Единый бог питает наши души, – сказала совсем юная темнокожая девушка, воздев глаза к потолку.

– Если мы вас не стесним… – заглотил наживку седовласый мужчина и хватко уцепился взглядом за открытый контейнер в руках Джейсона.

– Перекусите, до места ремонта ещё сутки, – Джейсон поставил подношение на пол.

Батончики, галеты, питательная масса, вода и даже консервы – должны протянуть. Запускать синтезатор со сложными блюдами Джейсон посчитал излишним: пусть «Беркут» останется для миссионеров лишь утлым судёнышком контрабандистов.

– Единый бог наградит вас за помощь, – женщина постарше, в отличие от товарищей, не накинулась на еду, а взяла бутылку воды и сделала несколько аккуратных глотков.

– Не думаю, – усмехнулся Джейсон. – Хотя я не против, чтобы он оплатил ремонт катера.

– Вы можете обратиться к епископу Фридмену, – с явным усилием проглотив полбатончика всухомятку, сказал седовласый.

– А прямой линии с богом у вас нет? – Джейсон привалился к перегородке и в рамках обыденного гостеприимства наблюдал за трапезой.

– Это только у имперцев и аварцев есть, – женщина приняла каменно серьёзный вид. – Наш бог непостижим. И всесилен.

– Но можно обратиться к епископу? – прищурился Джейсон.

– Церковь поддерживает тех, кто совершает праведные поступки, – отрешённо произнесла девушка.

Только молодой человек лет двадцати пяти сохранял нервное молчание: в третий раз окинул оценивающим взглядом трюм и повёл плечом – Джейсон готов был поспорить, что никаких сомнений в истинном роде деятельности спасителей у него не осталось. По общепринятой логике контрабандисты и прочие противоправные элементы не упустят шанс воспользоваться подарком судьбы в виде незадачливых миссионеров совсем не для возмещения стоимости ремонта. Но Джейсон точно знал, что Рей поступит иначе.

Консоль у внутренних ворот трюма мигнула – Рей мог бы прибегнуть к ментальными способностями, но в итоге вызвал Джейсона по интеркому: потребность в мысленном общении почему-то сошла на нет.

– Думаешь, я тоже проповедовать начну? – съязвил Джейсон, предугадывая первую реплику мужа.

– Нет, просто соскучился, – совершенно незайтейливо, без патетики ответил Рей: не отведи он глаза, Джейсон бы решил, что это шутка.

– Ну… – Джейсон вздохнул и сел на разложенное в горизонталь кресло пилота: Рей предусмотрительно поднял ноги, чтобы потом разместить их у него на коленях.

При создании «Беркута» ориентировались явно не на людей, а на к-рутов, так что кресло даже не скрипнуло под весом двоих: Рей, устроившись поудобнее, положил расслабленные руки на живот.

– А когда ты… был человеком, тоже не верил? – спросил он.

– Мне кажется, тогда ещё христианство в ходу было, – Джейсон свёл брови к переносице, стараясь вспомнить. – Но покорение космоса, другие расы, все дела…

– Неактуально, – подытожил Рей.

– Исан рассказывал о последователях единого бога, когда только поступил служить в Союз, – мысли Джейсона зацепились за обрывки воспоминаний, – но для него это было тяжёлой темой.

– Да ладно, – губы Рея растянулись в злорадной ухмылке, а в глазах полыхнул дикий огонёк.

***

– Диаспора… – тяжело и многозначительно вздохнул Бен, провожая взглядом статную фигуру к-рута.

– Делавари, – понимающе поправил коменданта Оскар.

На смену подросткам, отбывшим на Керию для обучения в престижной военной академии, на «Ц-2» прилетело старшее поколение: и стало понятно, что определение «шпана» может применяться к к-рутам всех возрастов.

Не то чтобы Оскар не смирился с присутствием родственников наместника Нериде на станции, но искренне сочувствовал Бену: для решения многих спорных вопросов приходилось подключать Мэйнарта, а это снижало скорость реагирования на инциденты всего аппарата «Ц-2». Как ни крути, конфликты случались нередко – и хозяевам жизни на собственной планете в первые годы приходилось привыкать к тому, что главные роли здесь играют другие.

Как и всегда, Исан в выражениях не стеснялся. Правда, племяннику по био-отцу слова возрождённого рэндела, члена императорской семьи и главнокомандующего союзным флотом были до лампочки – Айем прислушивался исключительно к мнению Мэйнарта. И иногда Майкла Дорна, который находил общий язык с родственником за счёт одного возраста и схожего темперамента.

Оскар наблюдал натуральный шовинизм в концентрированном виде, Мэйнарт со смехом поделился, что и император к-рутам не указ. Только старейшина правящего клана. И то если клан поддерживает свою власть постоянно: упускать бразды ни на день нельзя, иначе – распри.

Если Оскар правильно усвоил урок, то Мэйнарт в условиях ограниченного пространства «Ц-2» как раз таки являлся старейшиной – и по возрасту, и по статусу. Исан, Бен и Рори с этим явно не соглашались, но их, увы, никто не спрашивал. Оскар предпочитал сохранять нейтралитет – всё-таки не был ни адмиралом, ни комендантом, ни начальником службы безопасности да и не претендовал на роль негласного лидера станции.

В остальном симбиоз вполне удавался – Айем открыл в командном модуле ресторанчик, ставший за последние пару лет довольно популярным местом. Настолько, что к-рут заключил договор аренды на ещё половину блока и увеличил площадь заведения, разделив его на залы. Нил потащил Оскара дегустировать к-рутскую кухню в первую же неделю работы, однако, попробовав несколько блюд, застыл в недоумении: еда отличалась от того, что готовил у себя на кухне Мэйнарт. Собственно, в этом и состоял секрет успеха – Айем внял совету дяди и значительно адаптировал рецепты под человеческие вкусы.

Как выяснилось, можно было заказать позиции из эксклюзивного меню, что Нил впоследствии и делал, зато Оскар вполне довольствовался стандартом. Эти же блюда ел и Исан, но для верности всё равно морщился, демонстрируя, что к-рутская стряпня ему не нравится по идеологическим соображениям. Мэйнарт стоически сносил пренебрежение много лет: Оскар, пожалуй, не понимал лишь этот момент в семейных отношениях имперцев, наблюдаемых им в неформальной обстановке, кажется, уже полжизни.

Время текло ровной, но стремительной рекой, неумолимо отсчитывая страницы лет и редко позволяя оглянуться и вспомнить, с чего всё начиналось. Хотя Оскар не любил подводить итоги. Просто потому, что развитие не имело конечной точки.

До завершения рабочего дня Оскар погрузился в документы: формирование бюджета Союза на следующий год, по обыкновению, начиналось загодя и неизменно было сопряжено с проблемой выбора – приоритетные направления расходования определялись долгосрочной стратегией, но возникали бреши, которые требовалось закрывать максимально быстро. Резервный фонд помогал отчасти – не все ключевые участники Союза вносили платежи вовремя, и рычаги влияния на Земную Федерацию у Оскара отсутствовали. Впрочем, его вполне устраивало, что Земная Федерация аналогично не могла влиять на Союз – теперь Оскар не опасался звонков из метрополии.

– Домой не собираешься? – в кабинет заглянул Исан.

– Нет пока, – покачал головой Оскар: инициативу с обращением на «ты» вновь проявил Исан, а он вновь смущался и избегал сходных по конструкции фраз. – Проект бюджета…

– Если «Атлант» не вернётся из доков через восемнадцать месяцев, придётся перераспределять флот между Севером и Востоком, – Исан резко посерьёзнел.

– На завершение работ средства найдутся, – Оскар держал в уме реконструкцию флагмана СГС вот уже четвёртый год.

– От чего тогда придётся отказаться? – Исан боком присел на стол, выразив готовность обсудить вопрос с Оскаром до официального заседания Генерального комитета, посвящённого бюджету.

Не успел Оскар включить голопанель, как у Исана неожиданно звонкой – всегда был беззвучный режим – трелью разразился комм. Сигнал сопровождался и ярким морганием диода, а Исан уставился на экран браслета, в удивлении хмуря брови.

Оскар жестом дал понять, что не возражает, если Исан ответит сейчас: диалог прошёл на керийском языке и закончился буквально через пару фраз.

– Надо в док техобслуживания, – судя по мимике, Исан пребывал в смятении, но Оскар не подал виду и лишь продолжил деликатно ожидать объяснений. – И тебе тоже. Рей с Джейсом прилетели.

Скрывать, что раньше Оскар отчаянно желал воочию увидеть двух живых легенд – Орена Оберна и его мужа экс-навигатора и ныне человека Джейса Дорна, – не имело смысла. Желание исполнилось в день довольно спонтанной свадьбы их первенца со своим сослуживцем – советники керийского императора явились на станцию на совершеннейшей развалине и вырядились в человеческую одежду: если бы Оскара не предупредили, он принял бы нежданных гостей за залётных бандитов.

О знаменитом сходстве Исана с био-отцом Оскар слышал не раз, но шаблон рвался в клочья: в действительности они различались, как день и ночь. Если первый отвечал за упорядоченность и систему, то Орен Оберн повелевал хаосом – и в этой среде чувствовал себя как нельзя лучше.

Джейс – Джейсон – Дорн многое дал старшему сыну из внешности, но характером обладал непривычно спокойным. Или ощущение создавалось на фоне взрывного и резкого мужа.

Оскар не предпринимал попыток перевести короткие визиты на «Ц-2» в официальное русло, неуместно в сложившейся ситуации, но и не избегал встреч, потому что понимал, что находится в относительной безопасности: в поле ответственности Исана Орен, несмотря на нарочитую бесцеремонность, не вторгался. Хотя Исан и получал шпильки – первой на памяти Оскара стала крокодилица, привезённая на переговоры в металлопластовом кубе.