Читаем Непригодные онлайн бесплатно
Эта богемная и, без преувеличения, странная пара производила поистине неизгладимое впечатление. Отец Офелии был весьма эксцентричным кинопродюсером, известным довольно специфическими артхаусными произведениями не для широкой публики. Мать — бывшая старлетка, свернувшая свою карьеру ради семьи и внезапно нашедшая себя в поэзии, медитации и бесконечном духовном росте. В их большом, просторном доме царила гармония, рождённая из хаоса, в нагромождении разномастных декоративных безделушек читался своеобразный порядок, и всё вокруг было насквозь пропитано ароматом пачули. Но поразили меня вовсе не дизайнерские изыски. Не знаю, предупреждала ли Офелия родителей о нашем визите, но когда мы вошли в патио, то обнаружили их возле бассейна как раз в самый разгар одного из ритуалов самопознания. О чём я не догадывалась и едва ли могла предположить, так это о том, что заниматься подобным её родители предпочитали абсолютно голыми. Впрочем, смутила ситуация лишь меня одну. Офелия не повела и бровью, бросившись обниматься, а я, остолбенев, так и стояла в стороне, раздумывая, как бы стать невидимкой. Одного желания оказалось мало, так что меня всё же заметили. Угроза чересчур тёплого приёма напугала не на шутку, и я машинально попятилась. К счастью, родители Офелии отнеслись к этому с пониманием и настаивать не стали. Бросили только вскользь что-то про естественность, о которой мы стали забывать, и единении с природой. Я обещала обязательно подумать об этом на досуге.
Шокирующая сцена у бассейна вместе с непрошенными гениталиями чужих родственников, по-моему, навсегда отпечатались в моей голове, однако, несмотря на подобные проявление широких взглядов и, пожалуй, слишком активное гостеприимство, я чувствовала себя необычно комфортно в их доме. Эти чудны́е люди были открытыми, радушными, готовыми говорить друг с другом о чём угодно в любое время дня и ночи. Для них не существовало табу, и они никогда не стеснялись проявления эмоций.
По какой-то причине тем летом мне ненадолго показалось, будто я впервые в жизни увидела настоящую семью.
Офелию назвали в честь возлюбленной Гамлета, мне же порой думалось, что меня назвали в честь порождённого злом автомобиля-убийцы[1].
— Ты снова покрасилась! — бодро воскликнула она, как только я подошла к столу. — Одобряю. Так гораздо лучше. К тому же, быть блондинкой — моя прерогатива, так что не вздумай это повторить!
— Согласна, так себе была идея, — хмыкнула я, вспоминая собственное бледное, как призрак, отражение в зеркале.
— А зелёный тебе к лицу. Стала похожа на русалочку, — окинув меня ещё одним взглядом, удовлетворённо кивнула Офелия.
Я усмехнулась. Эксперименты с цветом волос в последнее время действительно уже превратились для меня в новое увлечение. Ещё одна строчка в длинном перечне вещей, которые спонтанно захватывают, а потом так же резко отпускают.
— Ага, русалочку. Из болота разве что.
— А что такого? Из болота тоже имеет право на существование. Почему нет? Так даже интереснее. Новые интерпретации старых историй, на мой взгляд, всегда смотрятся любопытно, — невозмутимо продолжила она и махнула рукой. — Всё, хватит нудеть. Садись давай! Я заблаговременно сделала заказ.
На столе действительно стояли и исходили паром два блюда. Наш стандартный набор. Офелия впервые привела меня в это место на втором курсе, и, как-то совершенно незаметно, походы сюда превратились в некую добрую традицию. Сейчас видеться регулярно не получалось, но Офелия прилагала все усилия, чтобы вытаскивать меня хотя бы раз в месяц. А уж у неё-то энергии и сил всегда имелось с большим запасом.
Для вегетарианцев выбор тут был весьма скудный, и она постоянно брала своё любимое блюдо из картошки и цветной капусты, ярко-жёлтых от обилия куркумы и щедро приправленных чили и тмином, меня же поджидали горячие хрустящие треугольники обжаренных во фритюре мясных конвертиков. Рот заполнился слюной. До этой минуты я и не подозревала, насколько была голодна. Кажется, Офелия оставалась единственным человеком, которая знала меня как облупленную. Порой даже лучше меня самой.
— Ну же! Чего ты всё молчишь⁈ Рассказывай, давай! — не унималась она. — Когда мы в последний раз встречались?
Я слегка растерялась, так и застыв с булочкой у открытого рта.
— Эмм… Перед тем, как ты отправилась в Юго-Восточную Азию на поиски вдохновения, если я правильно помню. Видела фотки. Похоже, приключение удалось?
— Не то слово! — восторженно ахнула Офелия и, казалось, уже собралась в красках поведать о поездке, как вдруг передумала, откинулась назад, скрестила руки на груди и уставилась на меня с подозрением. — Эй! Не смей опять менять тему. Ты делаешь это каждый раз, и мы в итоге всё время только обо мне и говорим. Не выйдет! Колись! Что у тебя нового?
Я страдальчески вздохнула.
— Боже! Ты же и так сама прекрасно знаешь. Ничего. Ничего нового. Никаких историй, никаких новостей. Ничего не происходит. Если бы я вела дневник, в нём не было бы ни строчки.
Лицо Офелии вдруг приобрело несвойственную ей серьёзность.
