Читаем На два импульса онлайн бесплатно
– Не скучаешь по обычной еде? – оторвав взгляд от тёмной гущи, спросила я, стараясь отвлечься от бесконечного хождения по кругу в мыслях.
– Скучаю, – честно признался он. – До невозможности мечтаю о прожаренном куске мяса. Рецепторы всё ещё помнят вкус еды, но стоит съесть что-то, как я ощущаю только горечь.
– Это ужасно…
– Ко всему можно привыкнуть. У меня обострились другие органы чувств. Я потерял наслаждение от пищи, но при этом приобрёл кое-что большее.
– Например? – непонимающе спросила я.
Калеб на мгновение задумался, потом откинулся на спинку стула и улыбнулся.
– Я чувствую всё намного острее. Твоё дыхание, когда ты злишься и делаешь вид, что нет. Биение твоего сердца, когда ты волнуешься. То, как у тебя перехватывает горло, когда ты боишься сказать то, что думаешь. Или как в тебе вспыхивает что-то, когда я к тебе приближаюсь, – на мгновение он задержал взгляд на моих губах, и у меня внутри снова начал подниматься жар. – Всё это… стало важнее любой еды.
Я замерла. Мне казалось, что его слова отозвались где-то глубже, под кожей, в местах, которые я прятала.
– Маниакально звучит, – рассмеялась я и снова сделала глоток кофе. – Я хотела… кое-что спросить…
В голове давно сидел вопрос, на который мог ответить только он. Теперь, когда мы сблизились, я посчитала, что могу честно спросить его об этом.
– Почему ты обратил Асторию? Ты ведь знал, что тебя ждёт.
Наши взгляды встретились, и я увидела в нём нечто… что невозможно описать словами.
– Я устал, Каяна, – вот так просто сказал Калеб, и я сразу поняла, куда он клонит. – Но не от жизни как таковой. Я устал тянуть на себе всё это: корпорацию, чужие ожидания, семью, вину. Все думают, что «Морвель Корпорэйшн» – моё детище, будто я рвался к власти, но мне просто не дали выбора. Мне накинули петлю на шею, затягивая её с каждым разом всё сильнее.
Он сделал паузу и тихо, безрадостно усмехнулся.
– Тогда мне казалось, что, если я уйду, ничего не изменится. Астория… – он поднял на меня взгляд, – она разрабатывала препарат, который должен был стать прорывом. Не лекарством, а спасением. Я знал, что без обращения она не успеет его завершить. Без неё исследование бы сильно затянулось. Это не просто разработки. У неё уникальный мозг, который даже десятки учёных не могут заменить…
– И ты решил, что лучше заплатить своей жизнью за возможность подарить ей время, – догадалась я, чувствуя, как внутри всё сжалось.
– Я знал, что нарушаю запрет. Знал, чем это обернётся. Но впервые за долгое время это было моё решение. Она выживет. Продолжит. А я… Я был готов заплатить.
– Но всё пошло иначе, – прошептала я.
– Боги, вероятно, имеют на меня свои планы, раз появилась ты.
Я опустила взгляд в кружку, делая вид, что сосредоточена на напитке, но внутри всё колотилось. Мысли кружились вокруг услышанного.
В его голосе не было жалости к себе. Только тихая, упрямая усталость, с которой живут те, кто давно отчаялся.
Мне стало больно. Необъятная грусть захватила целиком. Это не была жалость. Это было горькое понимание: всё это время я видела в Калебе не того, кто он есть на самом деле. Считала его сильным до безразличия, высокомерным, не способным чувствовать иначе, кроме как командовать и контролировать. А он оказался сломленным. Настолько сломленным, что всерьёз собирался уйти…
И в этот момент мне стало невыносимо тяжело дышать. Я вспомнила, как отвернулась от него, как бросила, как сознательно решила, что не хочу быть донором, что буду лучше травить себя, чем прикоснусь к нему. Между нами выросла стена, которую я сама старательно воздвигала. Я отдалилась от него так же, как и все остальные в его семье.
Сердце сжалось. Всё казалось другим, даже то, как он смотрит. Он не просит, не требует. Он просто рядом. И прячет ту часть себя, которую я вдруг увидела, словно случайно сорвала с него чужую маску и впервые обнаружила не хищника, а того, кто слишком долго тащил всё на себе. Оставшись в итоге один даже в момент, когда боги послали ему меня…
– Пожалуйста, Каяна… только не надо меня жалеть, – в тоне его голоса сквозила горечь.
– Я не жалею тебя! – попыталась оправдаться я, но вряд ли он мог разглядеть за моей грустью нечто большее.
Калеб покачал головой, отвёл взгляд и чуть прищурился. Казалось, его мысли снова уносились куда-то далеко.
– Просто не хочется видеть в твоих глазах то, что я привык видеть в других.
– Я не так смотрю, – тихо возразила я. – Просто… я раньше не видела всего этого. Не понимала. Ты никогда не показывал. Я думала, что ты хочешь всё контролировать: людей, бизнес, меня. А ты…
Он молчал, и в этой тишине скрывалось что-то тяжёлое, но не отталкивающее. Калеб позволял себе быть слабым, хоть и всего на пару мгновений. Я подалась вперёд и, не отводя взгляда, спросила:
– Если бы не корпорация… не всё это… чем бы ты хотел заниматься?
Чуть усмехнувшись, он придвинулся ближе, в лице не было ни тени иронии. Он опёрся локтями о стол, сцепил пальцы и какое-то время просто молчал, прежде чем ответить:
