Читаем Маша (СИ) онлайн бесплатно

— Маш, помоги, а? — пристала ко мне моя лучшая подруга и тезка, Маша, с которой я делила квартиру. — Ты же знаешь как для меня и Кирюши это важно. Не вечно же его мамаша должна работать горничной или домработницей в чужом доме.

— Маш, я бы помогла но… — возразила я. — Как я объясню твоему хоз… начальнику, — быстро поправилась я, — свое присутствие в его доме? Он же тебя в лицо помнит, и ты сама говорила, что никем заменять не собирается.

— Ну, Машунь, — заканючила подруга. — Его в доме даже не будет. Он и не узнает о подмене. Я, конечно, понимаю, что это не работа твоей мечты, но мне защититься просто необходимо. Я хочу, чтобы мой ребенок гордился своей непутевой матерью. Хочу…

— Я все понимаю, — похлопала я её по плечу, остановив поток её мечтаний. — Конечно, я тебе помогу. И с Киром посижу. Шефа твоего все равно на месте не будет, так что и придираться к тому, что в его доме рядом со мной будет пятилетний ребенок, никто тоже не будет.

— Это всего на несколько недель, — обрадованно загорелись её глаза. И небрежно стиснув меня в объятиях, она счастливо чмокнула меня в щеку и убежала собираться в свою комнату, которую делила со своим пятилетним сыном.

Маша — мать-одиночка. Мы с ней познакомились в институте, когда выяснилось, что у нас одинаковые имена и фамилии. И так получилось, что и подружились. В восемнадцать лет она забеременела и из-за одного трагического случая мы с ней одновременно тогда лишились очень близких нам людей. Маша потеряла отца своего будущего ребенка и брата, а я своего жениха, который и был Машкиным братом. Они оба попали в аварию и разбились. После этого для меня и нее начался сложный период, о котором я не очень-то люблю распространяться, но после этой потери я больше не чувствовала себя живой и наделала немало глупостей, прежде чем вернувшись однажды домой мои родители нашли меня в кровавой ванне. Тогда меня откачали, и рядом оказалась Машка с Кириллом, которой тоже нужна была моя помощь, как и мне её. Оказалось, что женская дружба, и маленький ребенок в одной квартире тоже могут дать хоть какой-то толчок к жизни, которую мне тогда хотелось оборвать. Но приходилось жить, чтобы помочь им. Мои родители были только рады, что их дочь перестала скатываться в пропасть, спиваться, гулять до утра в непонятных компаниях, и снова взялась за учебу. А Машке пришлось временно забросить свое образование и воспитывать сына. Её родители умерли, осталась только бабушка и я. А я тогда была слишком потеряна и эгоистична, чтобы обращать внимание на кого-то еще.

Так что ничего удивительного, что на следующий день я сидела под столом чужого и богатого дома и пыталась оттереть огромное пятно на ковре, которое оставил уехавший в длительную командировку хозяин. А Машка не рассказывала, что он у неё такой любитель погулять. Когда мы только зашли с Кирюшкой в дом, первое что нам бросилось в глаза это ужасный беспорядок. Повсюду были разбросаны банки из-под пива, бутылки и тарелки с недоеденной закуской.

Примостив Кирюху на диване, предварительно выковыряв из диванных подушек упаковку от чипсов, я принялась за уборку. А ребенок с умным видом начал читать мне вслух принесенную с собой книгу про муми-троллей.

Это дурацкое пятно все не оттиралось и мальчик как раз убежал попить воды, когда меня напугал чей-то хриплый мужской голос:

— Ух, ты! Какой вид. А Ромка не говорил, что у него такие феи работают. — Я в этот момент стояла раком под столом с щеткой в руках и в этой короткой форме горничных, которую обязательно потребовал надевать работодатель Маши, так что из-под стола торчала только моя едва прикрытая пятая точка и голые ноги. И от неожиданности появления в доме постороннего я стукнулась головой об стол.

— Уй! — Вскрикнула я, хватаясь за ушибленное место и быстро выползая из-под стола. После чего с полным недоумением уставилась на этот взлохмаченный и помятый с большого бодуна субъект в одних спортивных штанах. — Вы кто? — Нахмурившись, спросила я. Машка же говорила, что здесь никого не будет.

— И сверху тоже ничего, — одобрительно прошелся по мне взглядом молодой человек, полностью проигнорировав мой вопрос. Я покраснела и еще больше нахмурилась, не зная, как реагировать в такой ситуации и что делать с этим типом.

Наткнувшись, на мой озадаченный взгляд, парень видимо что-то сообразил и пояснил, еще больше взлохматив свои волосы одной рукой:

— Я знакомый Романа Викторовича и поживу здесь какое-то время. Он разве не предупреждал?

— Н-нет, — неожиданно заикаясь, произнесла я. Видимо Машку Роман Викторович тоже забыл предупредить. И прежде чем в комнату влетел Кирилл, и этот парень закатил мне скандал из-за присутствия нежелательных детей в доме его друга, я поспешила в сторону, где скрылся ребёнок, пробормотав, что пойду, сделаю чай или кофе, пока знакомый Романа Викторовича оденется и приведет себя в порядок. Он как будто вспомнил как, наверное, сейчас выглядит и быстро умотал в свою комнату.

— Кир? Кирюш? — шипела я, спешно осматривая ванную комнату и кладовую, после чего забрела на кухню, и хотела продолжить поиски, уже громче позвав малыша: — Кирюша?!

— О, а откуда ты знаешь мое имя? — заставил меня подпрыгнуть все-тот же молодой мужчина, но уже в футболке и более упорядоченной растительностью на голове. Я сердито уставилась на этого типа, но он только расплывшись в счастливой улыбке, спокойно уселся на кухонный табурет и заявил: — Ты, кажется, обещала кофе.

— Кофе? — растерянно повторила я. И тут же чуть не хлопнула себя по лбу — КОФЕ?! Откуда, черт возьми, я могу знать, где оно здесь находится?

Открыв пару ящиков, и заглянув в нижний, наткнулась на сидящего там Кирилла. Мальчик приложил палец к губам и пока другой, по-видимому, тоже Кирилл, но уже взрослый его не увидел, потянул дверцу кухонного шкафа на себя, и я с невинной немного перекошенной от испуга улыбкой на лице поспешила ему помочь и побыстрее прикрыть её. — Черт, все время забываю, где оно находится, — глупо хихикнула я. И, открыв очередную дверцу шкафа, нашла-таки искомый предмет. Только я с Машкой привыкла пить растворимый, а этот видимо нужно было варить.

Скривившись словно съела лимон, на глаз засыпала это в турку и залила водой, после чего поставила на плиту. Как это варить я к своему стыду не имела понятия, но надеялась, что и так сойдет.

— Может получше, познакомимся? — тем временем произнес неизвестно откуда нарисовавшийся гость Машкиного шефа, сидя на табурете, и все так же нахально улыбаясь. — Расскажи мне о себе.

— Что рассказать? — насторожилась я.

— Ну, для начала как тебя зовут?

— Маша, — буркнула я и снова принялась за свое варево.

— Красивое имя. Маша, — будто пробуя его на вкус, произнес парень. — А сколько тебе лет, Машенька?

— Двадцать три, — недовольно произнесла я. Интересно, он когда-нибудь поймет, что я совсем не желаю с ним общаться или нет?

— А мне двадцать шесть, — все так же беззаботно ответила эта особь мужского пола. Нет, не поймет. — И как же случилось, Машенька, что такая красивая молодая девушка работает всего лишь горничной?

— Домработницей, если быть точнее, — поправила его я все ещё не глядя в его сторону.

— Все равно. Ты могла бы обзавестись куда более подходящей тебе профессией… — начал было он, а я отрешенно заглянула в турку. Вообще-то по профессии я дизайнер, но не объяснять же ему, что Машке, которую я подменяю, пришлось бросить образование, чтобы заботиться об очень болезненном, но умном ребёнке. А потом это оказалось единственное место, где ей согласились платить больше, и, глядя на беспорядок в доме, я теперь понимаю почему.

Содержимое турки противно забулькало, и я вылила эту гремучую смесь в маленькую кофейную чашку.

— Ваш кофе, — уныло произнесла я и снова отвернулась. Кирилл с улыбкой взял чашку и, не глядя на её содержимое, щедро отхлебнул, после чего так же щедро смачными брызгами выплюнул это все, скривившись словно его заставили, есть уголь.

— Не знаю, за что тебя здесь держит Рома, Маша, но явно не за эту бурду. — Недовольно кряхтит парень, корча страшные рожи, а в кухонной тумбе, которой спрятался маленький Кирюша, слышится отчетливое хихиканье. Расширив глаза от испуга, я спешно изображаю кашель, чтобы замаскировать его смех.

— Ты что еще и смеешься надо мной? — недовольно повысил голос этот доставучий тип.

Я легонько пнула ногой дверцу шкафа:

— Ну, что Вы, Кирилл… эм, — тут я морщу лоб в попытке намекнуть, что до сих пор не знаю его отчества.

— Просто Кирилл, — ухмыляется гость Романа Викторовича.

— Ну, что Вы, — с невинным видом подкалываю я его. — Негоже простой горничной называть друга хозяина всего лишь по имени. Это нарушает субординацию.

— Ну, во-первых домработнице. — Поправляет меня Кирилл. — А во-вторых, когда красивые молодые девушки называют меня по имени и отчеству, я чувствую себя стариком.

Словно мне есть дело до того, как чувствует себя этот перепивший плейбой!

— Ничего страшного, — говорю я ему. — Один раз можно и потерпеть.

— А ты злая, — притворно надулся парень, и растерянно взлохматил свои волосы. — Ты, наверное, злишься из-за того, что я тут вчера насвинячил без Ромки.

Я пожала плечами.

— Может, если я помогу тебе убраться, то ты сменишь гнев на милость? — предложил он, и я удивленно подняла брови.

— Какой в этом смысл? — не поняла я и ехидно добавила: — Если бы я не была такой красивой, как Вы выразились, разве стали бы Вы мне помогать? Думаю, нет. Так что не стоит и сейчас зря тратить свое драгоценное время на таких, как я.

Кирилл прошелся взглядом по моему лицу и фигуре и с сомнением покачал головой, явно вообразив себе обратное. Что ж это его право. А мне нужно поскорее вытащить Кирюшку на божий свет, поэтому мило улыбаясь, я таки сменяю гнев на милость и соблазнительно мурлыкаю:

— Но если ты так хочешь заслужить мое прощение, Кирилл, то может, быть уберешься хотя бы в своей спальне? — В душе, конечно, заточил червячок, что он сейчас нажалуется Роману Викторовичу и тот выставит меня, т. е. мою подругу Машку раньше времени с работы за наглость, но надо же как-то заставить его убраться с кухни.

Парень встал по стойке смирно и, заявив «Есть, сэр!» помчался собирать мои тряпки. Я облегченно вздохнула и открыла кухонный шкаф.

— Я уж думал он никогда не уйдет, — шепчет мне ребенок, выползая из своего укрытия. Кирюха у нас довольно смышленый ребёнок и для своих пяти лет довольно часто рассуждает и ведет себя, как взрослый. Ведь он у нас женщин единственный мужчина, как он часто заявляет с серьёзным видом. Это заставляет рано взрослеть.

— Что ты ему наварила, Машка? — осторожно заглядывает он в посудину.

— Понятия не имею, Кирюш, — беспечно пожимаю я плечами. Придется вечером пошариться в интернете в поисках рецепта сносного кофе, чтобы этот субчик не отравился. — Вылей это в раковину, заяц. У нас сегодня игра в шпионов — тебе весь день придется прятаться от второго Кирилла. Справишься?

Кирюха самодовольно фыркнул:

— Он меня не найдет.

Вытащив свой телефон из кармана, включила ему «Черепашек-ниндзя» и дала наушники с подзарядкой.

Кирюха тут же с довольным видом забрался в кладовое помещение и, включив подзарядку в розетку и телефон, зарылся в какой-то шкаф, захватив с собой пакетик с шоколадным печеньем и бутербродами — его обед по его же мнению явно не должен быть полезным.

— Кирюш, тебе там страшно не будет? — все-таки склоняюсь к дверце шкафа.

— Машка, — шипит мне оттуда Кирюшка и прикрывает поплотнее дверцу за собой. — Настоящие мужчины ничего не бояться. А ты, как женщина шпиона не должна выдавать моего укрытия. Иди!

— До вечера, агент 008! — так же шепчу ему в ответ и улыбаюсь.

— До вечера, Маш! — деловито отвечает мне Кир и увлеченно смотрит свой любимый фильм про четырех черепашек мутантов, а я возвращаюсь в гостиную оттирать злополучное пятно.

Кирилл старший стоит посреди гостиной и растеряно рассматривает детскую книгу про муми-троллей.

— А это мое, — выхватываю я у него из рук его находку. Он снова осматривает меня, и я объясняю: — Я люблю почитать. В электричке. По дороге сюда.

Он с недоумением тыкает пальцем в книгу и говорит:

— ЭТО?!? Серьёзно? Маш, тебе сколько лет?

— Двадцать три. И ты уже спрашивал. — Пожимаю я плечами. — Это очень интересная книга.

Парень явно задумался об уровне моего интеллектуального развития, а я с безразличным видом начала собирать банки и бутылки с журнального стола в большие мусорные пакеты. Затем начинаю оттирать столик тряпкой, словно молодого мужчины здесь вообще нет. Кирилл же, недолго думая, развалился на диване и прожигал меня взглядом все это время. И пока я стирала пыль и пока оттирала пятно на ковре, и даже когда включила моющий пылесос. У него только глаза потемнели от этих разглядываний, и он иногда шумно сглатывал, когда я слишком сильно наклонялась или вытягивалась на носочках, чтобы достать до верхних полок книжных шкафов.

Когда я уже собралась идти в другую комнату, он, резко поднявшись, схватил меня за руку и хрипло спросил:

— Маш, а ты, во сколько сегодня заканчиваешь? Может, сходим куда-то?

Я нахмурилась и вырвала свою руку.

— Я сегодня занята.

— А завтра? — не теряя надежды, спросил Кирилл.

— И завтра. — Он явно скис.

— Про послезавтра мне видимо даже спрашивать не стоит?

— Ты догадливый, — отвечаю я ему и прихватываю с собой пылесос.

В доме оказалось несколько спален, кабинет и библиотека, в которых я провозилась еще несколько часов. Кирилл на моем горизонте больше не появлялся. А когда я шла на кухню, то застала его по-прежнему валяющимся на диване перед телевизором и мирно воркующим с кем-то по телефону.

— Да, зайка. Конечно, я тоже скучаю, — донеслось до моих ушей.

— Свинья, — прошипела я, понимая, что он не услышит. Но парень неожиданно чуть не выронил телефон из рук.

— Что ты сказала? — Я почти прошла мимо него, но он окликнул: — Маш! — И я обернулась.

— Что Вам угодно? — Я едва не прибавила барин, но Кирилл лишь с самодовольной улыбкой добавил: — Раз уж ты домработница, а не просто горничная, то может, приготовишь что-то на обед?

— Конечно, — приторно улыбаюсь я ему и мысленно обзываю его сыном козла и наделяю другими нелицеприятными эпитетами.

По пути заглядываю в кладовку, пока этот мужик не видит, и проверяю как там мой маленький шпион. Кирюха подложив под голову подушку, мирно посапывал с наушниками в ушах. И я спокойно отправилась готовить обед взрослому моральному уроду.

Не знаю, чем он там питается, но я сделала ему скромный салат из зелени, огурцов помидоров, сыра и перца, заправив это растительным маслом, сварила картошки и пожарила курицу. Когда я уже заканчивала со своими процедурами на запах приперся, и сам Кирилл и развалился передо мной на табурете. Я молча поставила перед ним тарелку с едой и разложила приборы.