Читаем Мари-Клэръ онлайн бесплатно
Она захотѣла сразу же начать готовиться къ этому, и объяснила лишь, что надо, чтобы нѣсколько молодыхъ дѣвушекъ, очистившись предварительно пріобщеніемъ Св. Тайнъ, молились въ теченіе девяти дней о томъ, чтобъ на нее снизошла благодать.
Все это должно произойти въ строжайшей тайнѣ.
Мы рѣшили, привлечь къ этому мою подругу Софію, потому что она была особенно набожна. Колетта взялась переговорить еще съ тѣми изъ большихъ, у кого было доброе сердце.
Два дня спустя все было устроено. Колетта должна была поститься и предаваться покаянію девять дней, а на десятый, въ воскресенье, она пойдетъ пріобщаться, опираясь, какъ всегда, на палку и на руку одной изъ насъ; пріобщаясь, она дастъ обѣтъ воспитать своихъ дѣтей въ любви къ Пречистой Дѣвѣ, а потомъ, выпрямившись, встанетъ и запоетъ своимъ дѣвичьимъ голосомъ: Те Deum („Тебя, Бога, хвалимъ!“), а мы подхватимъ хоромъ.
Въ теченіе девяти дней я молилась съ несвойственнымъ мнѣ жаромъ. Обычныя молитвы казались мнѣ слишкомъ блѣдными. Я читала акаѳисты Богородицѣ, подыскивала самыя звучныя славословія и повторяла безъ устали:
— Звѣзда утренняя, исцѣли Колетту!..
Въ первый разъ за все время я такъ долго стояла на колѣняхъ, что сестра Мари-Любовь подошла, чтобъ пожурить меня.
Никто не замѣчалъ знаковъ, которыми мы обмѣнивались между собой, и мы исполнили свой обѣтъ въ глубочайшей тайнѣ.
Колетта была очень блѣдна, когда пришла къ обѣднѣ: щеки у нея еще больше ввалились, глаза были потуплены, вѣки посинѣли.
Я думала, что насталъ конецъ ея мукамъ, и глубокая радость охватила меня.
Рядомъ со мною Пречистая Дѣва въ бѣломъ одѣяніи улыбалась, глядя на меня, и въ страстномъ порывѣ вѣры я мысленно крикнула ей:
— Зерцало справедливости, исцѣли Колетту! Съ висками, стянутыми сильнымъ напряженіемъ воли, къ которому я должна была прибѣгать, чтобы не отвлечься отъ молитвы, я безъ устали повторяла:
— Зерцало справедливости, исцѣли Колетту.
Колетта шла пріобщаться. Ея палка глухо постукивала по плитамъ.
Когда она встала на колѣни, то дѣвочка, которая ее подвела, отошла, захвативъ съ собой палку, — такъ она была увѣрена въ томъ, что она больше не понадобится…
Произошла потрясающая сцена.
Колетта попробовала встать и упала на колѣни. Она искала рукой палку и, не найдя ея, снова пыталась встать.
Она судорожно ухватилась за престолъ, повисла на рукѣ сестры, которая пріобщалась рядомъ; плечи ея заколыхались, и она грохнулась, увлекая за собою сестру.
Двѣ изъ нашихъ бросились къ ней и донесли бѣдную Колетту до ея скамьи.
Я все еще не переставала надѣяться и до самаго конца службы ждала Те Deum.
При первой же возможности я подбѣжала къ Колеттѣ.
Ее окружали старшія и старались утѣшить, совѣтуя посвятить себя Богу на всю жизнь. Она плакала тихо, безъ всхлипываній, слегка склонивъ голову, и слезы падали на ея скрещенныя руки.
Я встала на колѣни передъ ней и, поймавъ ея взглядъ на себѣ, сказала:
— Можетъ быть, и калѣкой можно выйти замужъ.
Скоро всѣ въ монастырѣ узнали о происшествіи съ Колеттой; грусть охватила всѣхъ, шумныя игры прекратились. Исмери, разсказывая мнѣ о случившемся, думала, что сообщаетъ большую новость.
Софія говорила, что надо покориться волѣ Пречистой: она лучше насъ знаетъ, что нужно для счастья Колетты.
Мнѣ очень хотѣлось знать, сказали-ли сестрѣ Мари-Любови о случившемся. Я увидѣла ее только послѣ полудня, во время прогулки. Она смотрѣла совсѣмъ не грустной, напротивъ, скорѣе веселой; никогда она не казалась мнѣ такой хорошенькой. Все ея лицо сіяло.
Во время прогулки я замѣтила, что она шла такъ, какъ будто что то приподнимало ее отъ земли. Никогда раньше я не видала, чтобы она такъ ходила. Ея вуаль колыхалась на плечахъ, нагрудникъ не вполнѣ закрывалъ шею.
Она не обращала никакого вниманія на насъ, ни на что не смотрѣла, казалось, что-то стояло предъ ея взоромъ. Иногда она улыбалась, какъ будто съ кѣмъ то разговаривая.
Вечеромъ, послѣ обѣда, я увидала ее на старой скамейкѣ подъ большой липой. Священникъ сидѣлъ рядомъ съ нею, прислонившись къ дереву.
Оба были задумчивы.
Я думала, что они говорятъ о Колеттѣ, и остановилась въ нѣсколькихъ шагахъ отъ нихъ.
Сестра Мари-Любовь, какъ бы отвѣчая на вопросъ, сказала:
— Да, въ пятнадцать лѣтъ.
— Въ пятнадцать лѣтъ не можетъ быть призванія, — замѣтилъ священникъ.
Я не слыхала, что отвѣтила Мари-Любовь, но священникъ продолжалъ:
— Въ пятнадцать лѣтъ у всякаго столько призваній: однимъ ласковымъ словомъ можно заставить пойти по тому или иному пути и оттолкнуть отъ него однимъ безразличнымъ жестомъ.
Онъ помолчалъ и прибавилъ, понизивъ голосъ:
— Ваши родные глубоко виноваты передъ вами.
— Я ни о чемъ не жалѣю, — отвѣтила Мари-Любовь.
Они долго сидѣли молча; потомъ Мари-Любовь, поднявъ палецъ, какъ бы давая клятву, сказала:
— Всегда, вездѣ и вопреки всему.
Священникъ, смѣясь, приподнялъ руку и повторилъ:
— Всегда, вездѣ и вопреки всему.
Въ эту минуту раздался звонъ вечерняго колокола, и священникъ исчезъ въ липовой аллеѣ.
Долго потомъ вспоминались мнѣ слышанныя слова, но я никакъ не могла найти связи между ними и тѣмъ, что случилось съ Колеттой.
