Читаем Гули онлайн бесплатно
Он развернулся и поехал обратно к подъездной дороге. Грузовик загрохотал по неровной земле, и никто из них не произнес ни слова. Нэнси безучастно смотрела в боковое окно, казалось, погруженная в свои тайные мысли. Глену стало интересно, не затрагивают ли его эти мысли. Они встречались уже несколько месяцев, и Глен подозревал, что неловкость их отношений начинает ее раздражать. Он искренне любил ее, в то время как ее любовь к нему казалась неестественной, это была вовсе не настоящая любовь, а что-то обреченное и низменное. Впрочем, он не мог винить ее. Она была бы идиоткой, если бы мечтала о том же, о чем и он. Ночь вытянула из него правду, и он почувствовал себя более бесполезным, чем когда-либо. В самые счастливые моменты своей жизни он представлял ее в своем будущем, но теперь, сквозь пробелы в фантазиях, он видел ложь. Ему ничего не оставалось, как ждать, пока их связь окончательно не распадется.
Он остановился у въезда на дорогу. Черный "Порше" Нэнси был припаркован за деревьями по другую сторону цепи. Она наклонилась и поцеловала его в последний раз, и на какое-то неуловимое мгновение он не отпустил бы ее руку, даже если бы ему приказали сделать это под дулом пистолета. Он задумался, как долго еще сможет так хорошо переносить свое отчаяние.
- Я не смогу увидеть тебя завтра, - сказала она, отводя взгляд. - Я должна поехать в Бетесду с Чарльзом и помочь ему кое с какими делами.
Глен поник, как от удара. Он устал от этих "дел", которые теперь так часто всплывали на поверхность. Так было не всегда. Иногда проходили целые недели, а она даже не упоминала о своем муже. Казалось, ее волновал только Глен. Но теперь даже это изменилось. Она была "занята" какими-то "делами".
- Хорошо, - сказал он. - Значит послезавтра?
- Конечно. Я придумаю предлог, чтобы выйти из дома.
Она лучезарно улыбнулась, коснулась его щеки и поспешила к своей машине. Глен проводил взглядом отъезжающий черный "Порше".
Он остался там и прислушался к ворчанию грузовика. Сначала он был недоволен собой за то, что переспал с женой другого мужчины. Но теперь это его не беспокоило, потому что он знал, что Уиллард ее не любит. Он представил, как Уиллард лежит с ней в постели, как он двигается по ней под простынями. Это заставило Глена вспыхнуть; он слишком остро осознал грань между траханьем и занятием любовью. Он размышлял о Уилларде, который скрывался за этой проницательной, непринужденной внешностью, и чувствовал в нем человека, который вращался исключительно вокруг себя. Глен уставился на деревья, и его затошнило от этой мысли.
"Черт возьми, - подумал он. - Черт! Черт! Черт!"
Последствия этого сковали его сердце льдом. "Трахаться" было жестоким словом, возможно, самым уродливым из когда-либо придуманных. Уиллард не занимался любовью со своей женой - он трахал ее. Он рассматривал ее как совокупность половых органов, которые существуют для того, чтобы с ними что-то делали, чтобы их вылизывали, чтобы их трахали. Да, он мог представить, как Уиллард трахает ее. И самым печальным было то, что Нэнси, казалось, не возражала.
Мысли продолжали крутиться у него в голове. У него внутри все сжалось. Он знал, что эти тайные отношения были пределом его собственной испорченности. И все же он часто размышлял о том, как было бы здорово, если бы Уиллард просто взял и умер. Инсульт, автокатастрофа, сердечная недостаточность - все, что угодно, подошло бы. Иногда Глен даже осмеливался пофантазировать о том, как он сам вламывается в особняк, убивает Уилларда, а затем перестраивает сцену так, чтобы это выглядело как небрежное ограбление со взломом. Он на самом деле спрашивал себя, сможет ли он совершить убийство ради своей любви, и был встревожен, когда решил, что не сможет.
В зеркале заднего вида он заметил что-то крошечное и красное. Задние фары? Он быстро развернулся на три оборота и выехал на первую просеку. В полумиле от него две светящиеся красные точки медленно двигались между деревьями, затем увеличились в размерах и исчезли.
Глен выключил фары. Он медленно тронулся с места, нащупывая выбоины на подъездной дороге, и остановился перед первым поворотом. С фонариком в одной руке и дробовиком в другой он вышел из машины и углубился в темный лес. Кто-то разговаривал? Он услышал шум, возможно, смех, который донесся до него, отраженный деревьями. Это был голос девушки.
"Подростки, - подумал он. - Еще одни подростки".
Но на всякий случай он оставался настороже, высматривая однолучевые фары - торговую марку браконьеров. В него даже не раз стреляли.
- А вот и олень стреляет в ответ! - была его любимая фраза, после чего он всегда выстреливал несколько пуль в воздух.
Это обычно заставляло их сбегать.
Прозвучало еще несколько слов, уточняющих пол. Одна девушка сказала:
- Ну, давай. У нас впереди не вся ночь.
"Отлично", - подумал Глен.
Он их напугает.
