Читаем Гаст онлайн бесплатно
Следующий час он провел, обмениваясь шутками и телевизионными историями с хозяином и другими посетителями. Пиво расходилось быстро, и одному Богу было известно, сколько автографов он подписал. - О, точно, - вспомнил в конце концов бармен, - вы хотели увидеть Джиффа. Майк, сходи туда и посмотри, что он там делает, хорошо?
Красивая "женщина" поднялась из-за столика, вышла в коридор и через несколько мгновений появилась снова.
- Его там нет, Бастер, - сказал Майк шелковистым голосом.
Он приподнял лифчик под облегающей блузкой.
Казалось, они скрывают разговор от Колльера, но даже сквозь алкогольную дымку он мог расслышать следы:
- Вот сучка! Он должен был каждый раз давать мне десятку.
- Наверное, он вышел через черный ход.
- Как тебе нравится эта сучка!
"Доппельбок" было совсем не тем, что нужно Колльеру. Он чувствовал себя одурманенным.
- Проблемы? - спросил он, когда бармен вернулся.
- Нет, ничего страшного, мистер Колльер. Но, боюсь, Джиффа нет; он, должно быть, ушел через заднюю дверь. Если он придет позже, я скажу ему, что вы его искали.
- Я уверен, что увижу его в гостинице...
Часы "Пабст" показывали, что уже два.
"Пять часов, и у меня свидание с Доминик..."
Этот факт скрашивал странность его нынешней ситуации. Он уже хотел уйти, ему нужно было немного времени, чтобы отойти от пива, но тут...
...перед ним поставили другой "Доппельбок".
- Вот этот за счет Зака...
Какой-то фруктового вида парень в конце бара помахал рукой.
- Спасибо, Зак, - сказал Колльер, а сам подумал: "Ладно, но это последняя".
Три "Доппельбока" и час спустя голова Колльера шла кругом. Он положил двадцатку на чаевые, еще пятнадцать минут прощался со всеми и наконец вышел на дневной свет.
"Пью с геями, - подумал он. - Это впервые".
Раньше ему было приятно поболтать с ними, а "Доппельбок" был почти так же хорош, как лагер "Кушер". Однако сейчас...
"Черт возьми, я пьян в стельку..."
Ему пришлось сосредоточиться на каждом шаге.
"Сосредоточься, сосредоточься!" - приказал он себе.
Если он упадет на тротуар, все увидят. К тому времени как он добрался до конца улицы, последний высокоалкогольный "Доппельбок" уже не справлялся с его печенью. Колльер шел так, словно к его ботинкам были привязаны шлакоблоки.
"Не упасть, не упасть, не упасть", - думал он.
Когда он посмотрел на улицу Номер 3, то увидел, что к нему движется толпа туристов.
"Я ни за что не смогу притвориться, - понял он, - и если мне повезет, они все захотят получить чертовы автографы. Я сейчас такой тушканчик, что сомневаюсь, смогу ли я подписать свое имя..."
Он повернулся на 45 градусов на тротуаре - вот так! - и пошел прямо в лес.
"Я пройдусь по лесу вокруг холма. Никто меня не увидит, и это хорошо, потому что я чертовски уверен, что пару раз упаду на лицо".
Среди деревьев он нашел удобную тропинку, а затем...
Фламп!
...упал на лицо.
"Городской шут, - подумал он. - Я. Замусоленный телевизионщик, алкоголик, развалина и бесполезный отброс Лос-Анджелеса! Выпил шесть кружек "Пауланер Доппельбок" в баре, где в туалете продают резиновые шарики для ануса..."
Колльер надеялся, что загробной жизни не существует. Он не хотел думать о том, что его дорогие покойные родители, возможно, видят его сейчас и со слезами на глазах спрашивают: "Где же мы ошиблись?"
Он поднялся на ноги и, переваливаясь с дерева на дерево, прошел около сотни ярдов. Он только чувствовал, где находится гостиница.
"Где-то там", - подумал он и пьяным взглядом посмотрел налево.
Прищурившись, он увидел, что до свидания осталось чуть больше четырех часов...
"Я не смогу прийти, мне нужно немного посидеть".
Его задница опустилась на землю, и ему показалось, что он услышал, как открылось сиденье. Он услышал и что-то еще, ровный отрывистый шум...
"Бегущая вода?"
Он повернул лицо вперед и подумал, что видит ручей, журчащий в лесу.
"Надо бы зарыться в него лицом", - подумал он, но раз уж он упал, то вставать не собирался.
Здесь не было кровати, чтобы покрутиться, только лес.
Он кивнул и вытянулся.
"Опять в дерьме", - осудил он себя.
Ровный шум ручья напомнил ему о тех машинах для сна, которые якобы издают успокаивающие звуки, но на самом деле лишь настораживают спящего. Он снова задремал, причем довольно сильно. Ему казалось, что его зарывают в песок.
В голову лезли обрывки снов: лязг железнодорожников, мужское пение, похожее на чаинганг. Ему снилась Пенелопа Гаст, обмахивающая себя веером в шикарном салоне, за которой ухаживали служанки, а потом ему приснился запах мочи.
Великолепный горизонт, на котором бодро тарахтел паровоз, валил дым, и свисток пронзительно свистел, когда он исчезал вдали...
- Я тоже этого хочу, - прохрипел голос молодой девушки.
- Не будь дурой! - настаивала другая, постарше.
Ручей журчал дальше, но под ним слышался более слабый звук:
Скрич! Скрич! Скрич!
- Тогда позволь мне сделать это с тобой...
- Ты слишком маленькая, глупая! Ты меня порежешь!
- Нет, не порежу!
