Читаем Фантик (СИ) онлайн бесплатно

Пролог

POV Арина

- Мам, а это обязательно?

Перекидываю сумку на другое плечо, смещая центр тяжести. Тереблю пальцами толстую лямку, пытаясь успокоить частое сердцебиение, когда мы переступаем порог лицея. В отличие от старой школы, где я училась раньше, здесь даже пахнет иначе. Свежестью и роскошью.

Уж про обстановку и говорить нечего. Идеальные коридоры, по которым мы вышагиваем, напоминают европейские университеты. Чистота. Диванчики у окон. Несколько кулеров с водой по пути замечаю. Очень много растений в горшках. Каждая деталь заставляет ладошки влажнеть, а пальцы крепче сжимать лямку.

- Обязательно. Так будет лучше для нас всех. – Она, как монетки, чеканит каждое слово, пока я слушаю цокот ее каблуков. – Сама видела, что происходило… - Мама шумно выдыхает и останавливается, бросая на меня расстроенный взгляд. – Я теперь вам и папа, и мама. Если ты мне не поможешь, то я одна не справлюсь. – Горло эмоциями сжимает, но дальше настаивать на своем я не могу и не имею права, поэтому ограничиваюсь скупым кивком и видимостью спокойствия. – Вот и хорошо. – Нежные пальчики стряхивают пылинки с моего плеча, после чего мамин взгляд меняется на профессиональный, отточенный годами практики. – Пойдем. Нина Павловна тебя ждет. С ребятами как раз познакомишься. Новая жизнь у нас теперь, понимаешь?

Понимаю… От этого и страшно. Только мама разворачивается на каблуках и шагает дальше к приоткрытой двери. Мое сердце в одно мгновение делает резкий скачок. Давление повышается. Наверное, именно так себя чувствуют гипертоники. Внезапные приливы. Аритмия. Мокрые ладони. Будь рядом медик, отправил бы на лечение, но мне дорога лишь в ад прописана. Билет только на входе. Назад, боюсь, пути нет. Мама не позволит.

Делаю несколько шагов и стою за ее спиной. Порог кабинета не переступаю. Утыкаюсь взглядом в свои простенькие лодочки на ногах. Светлые. Бежевые. На одном царапина от камушка. Ничего не слышу из-за гула в ушах. Всему виной волнение. Оно не дает мыслить ясно. Толкает в эмоциональный омут. Только бы все было хорошо. Только бы…

- Ребята, - незнакомый голос заставляет выровнять спину, как по команде, - рада представить вам новую ученицу, - мама резко отходит в сторону, и я вынуждена на ватных ногах пройти вперед, - ваша одноклассница, Арина Бельская.

Бух… Пальцы перестаю чувствовать, когда поднимаю взгляд. С десяток пар глаз впиваются в меня разом. Мурашки по коже бегут и не оглядываются, а сердце раненым зверем по грудной клетке рассекает, пока не звучит насмешливый голос.

- Не-е-е, она не Бельская, а бледная.

Холодею мигом. Пелена перед глазами, но сказавшего вижу. Шепотки и смешки отрезвляют. Поворачиваю голову в сторону двери и понимаю, вот и все. Мамы нет рядом. Я одна перед десятком богатых деток. Это конец…

Глава 1

POV Арина

Ранее

- Богдан, не обижай брата!

Соединяю ладошки вместе и кричу с лавочки, откуда наблюдаю за младшими братьями, которые толкают друг друга на горке. Артёмка фырчит и что-то доказать пытается, а Богдаша, как всегда, не многословен и в ход пускает силу. За это мама часто ставит его в угол. Он обижается еще сильнее на братишку-близнеца, выражая недовольство нечаянным шлепком или подножкой. Я пытаюсь никого из них не обидеть и выслушать каждую сторону, но мой голос против маминого не имеет веса.

Богдан вроде успокаивается, уступая брату, а я в это время смотрю на экран смартфона. Мама должна была позвонить еще полчаса назад. Мы все вместе хотели сходить в торговый центр за обновками для братишек, да и мне пора сменить гардероб. Вряд ли родители позволят купить то, что мне хочется, но и на том спасибо.

Чтобы не томиться в ожидании, набираю матери. Идут длинные гудки. Она не берет трубку. Тогда звоню отцу, но и с его телефоном та же песня. Сердце начинает работать не в том режиме, и я прикусываю губу изнутри. Снова набираю маме. Когда та не отвечает на десятый раз, решаю больше не сидеть на месте.

Университет недалеко, и сегодня они оба там. Мама пошла следом за отцом, чтобы занести какие-то бумаги, а папа все хлопотал с какой-то докторской или докладом. Я не вникала в детали. До начала учебного года осталось несколько дней, но родители уже вовсю погрязли в работе. Мне же оставалось смотреть за четырёхлетними шалопаями, которые постоянно что-то творили, стоило лишь оставить их без присмотра.

- Мы за мамой?

Богдан всегда нетерпеливый. Хочет все знать и задает кучу вопросов. С Артёмом проще, вроде. Ведь иногда с него приходится вытягивать ответы.

- Да, Богдаш, за мамой.

- А мы в игловую пойдем?

Светлые бровки сходятся вместе. Он такой забавный сейчас. Киваю вместо слов и веду их за собой. Университет встречает нас пустыми коридорами и светлыми стенами. Мама хочет, чтобы после школы я стала их студенткой. Я вроде и не против, хотя мнения моего никто не спрашивает. Каждому из детей Бельских дорога по стопам родителей. Мне это вдалбливали в голову с раннего детства. Папа был помешан на работе, и мама слепо следовала за ним.

Охранник на входе в здание записал нас в журнал и пропустил к родителям. Я знала, куда идти. На второй этаж в двадцать первый кабинет. Здесь преподавал папа. Следственно и мама должна быть с ним. Аудитории по соседству.

Братишки шли за мной и снова препирались, поэтому я забыла постучать в дверь и попросту ее открыла. Порог переступить не успела. Только ладошками прикрыла мальчишкам глаза.

- Не смотрите.

Шепотом произнесла, чувствуя, что мир вокруг закружился. Не могла поверить своим глазам. Быстро хлопнула дверью и оттянула мальчишек назад.

- Мы же маму искали.

Загундел Богдаша, дергая меня за юбку.

- Али-и-ин…

- О, вы здесь, - мамин голос был веселым, - у меня тут проблемка нарисовалась. Сейчас папе вашему скажу…

- Нет, мам!

Я резко повернулась к ней, но остановить не успела. Она уже потянула за ручку.

Следующие минуты кажутся настоящим адом, потому что мама влетает в аудиторию и орет, словно ее режут. Я сначала каменею, а потом все же утягиваю братишек в сторону, чтобы они не видели кошмара, который творится в кабинете между родителями и молодой девушкой. Меня всю потрясывает от увиденного и услышанного, и я не знаю, как реагировать на то, что сейчас происходит. Увожу Богдашу с Тёмой на первый этаж, надеясь, что вскоре все закончится. Руки трясутся. Ноги превратились в желе. Я не слышу ничего, кроме тех ужасных слов, которые родители бросают друг другу.

Охранник смотрит на нас с немым вопросом в глазах, а дальше и вовсе становится хуже. Вниз прибегает какая-то женщина в очках, зовет местного секьюрити, и они уходят наверх.

Моё сердце бахается о пол. Лицо полыхает. Мальчишки дергают меня за руки, а я сказать ничего не могу. Весь организм напрягся в ожидании. Звуки мимо пролетают, и все, что мне удается, это кшикнуть на близнецов. Если Артёмка тут же надувается, прекращая всякие действия, то Богдан вырывает руку из моей и топает ногами. Разрываясь от разных эмоций, отвожу их к окну и прижимаю к себе.

- Мы дождемся маму и пойдем.

Посматриваю в сторону лестницы и сглатываю остатки слюны. В горле пересыхает, и не только от жары. Внутри что-то не намеренно, но верно рвется. Даже наше утренние посиделки за столом всей семьей превращаются в фарс. Неужели папа так мастерски играл любовь в маме? Ведь сколько себя помню, у них были нежные теплые отношения, ни одной ссоры, лишь маленькие боевые схватки на наш счет. На счет детей. И все.

От воспоминаний и осознания реальности по телу пробегала дрожь. Казалось, каждая клеточка во мне пыталась отторгать действительность. Так же не может быть? Все это не с нами? Мой дурной сон?

Я даже зажмурилась с удвоенной силой, до белых мушек перед глазами, но когда открыла глаза, ничего не изменилось. Я по-прежнему находилась в коридоре университета и обнимала братишек. Уловив движение около лестницы, сразу направилась туда, взяв Богдашу и Артёмку за руки. Сейчас они молча следовали за мной и не задавали вопросов, от чего в голове звенела тишина и стук маминых каблуков.

Мои глаза увеличились в два, а то и три раза, когда я ее увидела. Всегда собранная и примерная преподавательница английского языка сейчас походила на заядлую хабалку. Глаза горели злостью, прическа растрепалась, волосы торчали в разные стороны, и она не стремилась поправлять платье. Просто шла вперед и ничего не видела. Нас в том числе.

Пришлось догнать ее. Только никакие слова на ум не приходили, и мы в молчании вышли из университета. Вот там-то я и не выдержала.

- Мам? - Она шла вперед и не услышала меня. - Мам?

- Что?! - Слишком резко обернулась и выкрикнула мне в лицо, а я от неожиданности шаг назад сделала, прижимая мальчишек к себе. - Что? - Уже собраннее произнесла она, посмотрев на близнецов и сглотнув. - Идем домой.

- Мам, а мы в игловую хотели.

Тут же начинает хныкать Богдан, а Артёмка без слов кивает. У меня сердце заходится при взгляде на их глаза, полные надежды.

- Мы. Идем. Домой. И. Точка.

- Ма-а-а...

Богдаша снова начинает концерт, но мама берет берет его за подбородок и заставляет смотреть в глаза.

- Вы должны слушать старших, Богдан. Я сказала, домой, значит, ты закрываешь рот и идешь за мной. Домой. - Она выжидает паузу, за которую у меня по органам кислотное ощущение разливается, заставляя глаза увлажниться, убирает руку и выпрямляется. - Всем ясно? Или еще раз повторить?

Глава 2

POV Кирилл

- Кирюша, почему ты вещи не собираешь?

Глаза бабули превращаются в щелки, когда она входит в мою комнату и останавливается около большой спортивной сумки на полу. Дверки шкафа открыты. Несколько футболок валяются на полу вместе с брендовыми джинсами. Я же лежу на кровати и таращусь в потолок, заткнув уши наушниками. Биты совпадают с ударами сердца. Оно готово выпрыгнуть из груди. Часто бьет по ребрам, оставляя в костях трещины. Рок - единственное, что сейчас спасает от эмоций. Они слишком ядовитые. Жалящие. Не щадят. Так бьют по нервам, что я кулаки сжимаю.

- Кирилл?

Она подходит ближе и срывает к чертям последнюю надежду на успокоение. Хочу обратно вернуть звук, но она отбирает у меня телефон и бросает его на кресло, стоящее рядом. Из груди хриплый выдох вырывается. Смотрю и дальше в потолок. Ровный светлый натяжной потолок. Ремонт отличный. Сын постарался.

- Отец приедет скоро. Ты же знаешь, как он отреагирует.

- Знаю.

- Тогда почему намеренно его злишь?

Вот тут я резко подрываюсь на ноги, возвышаясь над бабулей чуть ли не на голову. Ее мои резкие движения не пугают, наоборот, топать ногой начинает и складывает руки на груди.

- Наверное, потому что он меня в ссылку отправил и лишил средств связи.

Тычу пальцем в бесполезный телефон, в котором была лишь одна нормальная функция - музыка. Любимый родитель перекрыл мне доступ в интернет, звонки и смс. Я был один целое лето, если не считать бабули, которая изо всех сил старалась скрасить мое одиночество. Наедине с мыслями и воспоминаниями.

- Ты же его понимаешь, Кирюша. - Бабушка тяжело вздыхает и принимается убирать мои вещи в сумку, пока я, как бык, раздуваю ноздри в ожидании матадора. - Ты был не в себе. Мог попасть в неприятные ситуации из-за эмоций.

- Я уже это слышал, - кулаки сжимаю крепче прежнего и иду к выходу, - если думаете, что тюрьма помогает избавиться от чувства вины, то ошибаетесь.

- Это было не мое решение, Кирилл.

Выпрямляется и смотрит на меня, сминая футболку пальцами, и вроде я должен разговаривать с ней иначе, а не могу. Крошит меня внутри. Лава раз за разом извергается. Справиться не могу. И никакие три месяца одиночества не сотрут из памяти моего косяка. Не избавят от последствий.

- Но ты и против ничего не сказала.

Кидаю, выходя в коридор. Залетаю в кухню и наливаю себе воды. Осушаю стакан и слышу, как шуршат шины по асфальту. Медленно подхожу к приоткрытому окну. Вниз смотрю, как из тонированной тачки выбирается отец. Прямая спина. Резкие отшлифованные движения. Очки на глазах. Меня кроет моментально. Он, словно чувствует, голову вверх поднимает. Сталкиваемся взглядами. Меня горячей волной эмоций окатывает. Стакан в руке лопается. Осколки на пол падают. Боли не ощущаю. Даже не моргаю. В ушах пульс зашкаливает. Картинки перед глазами отнюдь не радостные меняются. Кадр за кадром на репите. Убивает. И сжечь бы пленку, но некому...

Глава 3

POV Арина

Наша семья всегда казалась мне образцовой. Мама с ее стремлениями к идеалу. Папа с вечным рвением достичь высот ради нас, а теперь вся картинка рассыпалась на мелкие частички. И вроде нужно попытаться собрать их, но некому. В тот день дома разразился настоящий скандал. Папа вернулся вечером, и мама его поджидала с чемоданом в руках. Нам было строго настрого запрещено высовываться из комнаты. Наверное, матери хотелось убрать проблему, в данном случае отца, с глаза долой, и тогда всем непременно стало бы легче. Но, не стало...

- Алин? - Богдаша дергает меня за рукав платья и приводит тем самым в чувство, ведь я то и дело возвращаюсь в тот вечер. - Бабушка ждет, да?

- Да, - киваю и провожу пальцами по ручке, - приехали. Выбираемся, мальчики!

Стараюсь не показывать, как плохо на душе. Беру сумки, которые мне подает таксист и с тяжелым вздохом провожаю машину взглядом. Я бы долго смотрела вдаль, но мальчишки не дают расслабиться. Дергают с двух сторон, и я растягиваю по лицу улыбку.

После ругани с отцом по поводу имущества нам пришлось собрать вещи. Не знаю, почему родители не нашли компромисса. Только папа кричал о том, что хочет жить счастливо, и ему нужно жилье, да и мама отчаянно рвала глотку за нашу жилплощадь. Крики и оры не прекращались до полуночи, и если братишки мирно уснули, то я слышала каждую фразу родителей. И это было больно. От слез сдерживали Богдан и Тёма, сопящие под боком. Папины слова попадали точно в цель, и я не могла представить, как в это мгновение себя чувствовала мама.

Из комнаты я так и не вышла. Спала от силы пару часов, а утром узнала, что мы переезжаем к бабушке в пригород. Эти новости радости не вызвали. У меня на носу новый учебный год. Добираться до школы далеко. Садик близнецов тоже остается здесь в самом центре города, и такие изменения добавляли ложку дегтя в бочку с тем же дегтем. Сладенького не намечалось.

Я переживала и не могла этого показать. Просто не имела права. Мама запихала нас в такси и даже не обняла мальчишек, хотя всегда это делала. Их она заботой не обделяла. Я же списала такое отношение на расстройство от предательства отца и старалась компенсировать братишкам отсутствие улыбающейся матери. У меня не было времени оценить масштаб произошедшего, потому что последующие полдня ушли на разбор наших вещей и обустройство у бабушки в квартире.