Читаем От меня беги онлайн бесплатно
От меня беги
Один в поле — глупый воин. Я не смог спасти свою маленькую сестренку. Её забрал не последний человек в городе — Тимур Ахметов. Между ним и мной война и тонны ненависти. И как хорошо, что у него есть совершеннолетняя дочь. Шаблонная блондинка, которую я хочу использовать в своих не самых честных целях. Только… Эта зараза ни на кого не похожа, и что-то резко идет не так.
Романы / Короткие любовные романы / Современные любовные романы / Самиздат, сетевая литератураAnnotation
Один в поле — глупый воин.
Я не смог спасти свою маленькую сестренку. Её забрал не последний человек в городе — Тимур Ахметов. Между ним и мной война и тонны ненависти.
И как хорошо, что у него есть совершеннолетняя дочь. Шаблонная блондинка, которую я хочу использовать в своих не самых честных целях. Только…
Эта зараза ни на кого не похожа, и что-то резко идет не так.
Иоланта Палла
Пролог
1. "Дорогая" девочка
2. Папины управленцы
3. Не благородный зверь
4. Наивный взрослый дяденька
5. Зараза
6. Щелевое проветривание
7. Хотела, Рита, друзей
8. Димочка
9. На побегушках у Купидона
10. Амурные дела
11. Авантюристка
12. Мою девчонку увели
13. Не виноватая я
14. Ничего личного
15. Бежать
16. Легонько
17. Всеядная
18. Гасите свет
19. Его подельник
20. Моя фамилия
21. Тот самый
22. Загадываю желание
23. Худший
24. Секретик
25. Девочка чемпиона
26. Антитерапия
27. Аварийная ситуация
28. Страсти Христовы
29. Хроматическая аберрация
30. Влюбилась и пропала
31. Стеклами внутрь
32. Беспредел
33. Что дальше
34. Радуга и единороги
35. Вышка наркомании
36. "Батя"
37. Ахметова
38. Не идиот
39. Двойная порция сиропа
40. Обещать
Эпилог
Иоланта Палла
От меня беги
Пролог
Грудная клетка вибрирует от мощности, с которой мотор за ребрами качает кровь. Я ловко выкручиваю руль на очередном повороте. Ава зажмуривается и вжимает смуглые пальчики в старое потертое сиденье Лады. Её полненькие губки трясутся от страха. Волосы-пружинки падают на милое личико. Шапка давно съехала на бок и держится на честном слове. Сестрёнку трясет с такой силой, что я слышу стук её зубов.
— Не бойся, Ава, слышишь? Я тебя никому не отдам.
Сдохну, но в обиду не дам. Мою малышку этому гаду? Ни за что!
Скриплю зубами, переключаю скорость и молю Бога, чтобы нас не занесло по скользкой дороге. Только вчера город радовался теплу, а сегодня резко ударил мороз. Асфальт покрылся ледяной коркой, и сейчас мне приходилось маневрировать на выкидыше российского Автопрома, как опытному гонщику на заезде «Формулы-1».
Адреналин резко подскакивает в крови, когда вижу в зеркало заднего вида, как быстро к нам приближается тонированный джипарь. Чтобы малыха не пугалась ещё больше, включаю музыку. Ава тут же распахивает глаза.
— Крепче держись.
Не знаю, поможет ли. Толкать он нас вряд ли будет. Ему ценен груз внутри.
Вжимаю педаль газа в пол. Адреналин впрыскивается в кровь и тут же накаляет каждую вену в мягких тканях. У меня и так мышцы в постоянном напряге, а тут и вовсе в сталь превращаются.
Нам нужно немного преимущества во времени. Через метров сто будет поворот, а там затеряемся среди потока транспорта. Сглатываю.
Пальцы сжимают оплетку. Скашиваю взгляд на джип, но вместо того, чтобы держаться на безопасном расстоянии, он резко ударяет нам в «зад». Ава взвизгивает.
— Твою мать! — вырывается. Мне чудом удается выровнять машину, но ненадолго, потому что козлина за рулем внедорожника снова бьёт нас с тыла.
— Дима-а-а… — хнычет сестричка. У меня сердце кровью захлебывается от её паники. С управлением я не справляюсь, и в следующую секунду машину начинает крутить по дороге. Делаю, что могу, чтобы смягчить удар. Доли секунды, и наш хрупкий мир разлетается на щепки. Давящий звук. Скрежет металла. Крик Авы. Невыносимая боль в теле. Гул в ушах. Всё смешивается… Кажется, я готов отключиться, но пытаюсь моргать. Перед глазами мутно.
— Ава? — сам себя не слышу, поворачиваясь в сторону сестренки. Плачет. Слышу ведь, только ни черта не вижу! Пытаюсь нащупать пальцами ремень безопасности. — Ава… Сейчас…
Твою же мать, как больно… Во рту привкус крови… Надо малыху срочно вытащить.
Она меня не слышит, потому что на весь салон орет музыка.
Наконец-то раздается щелчок. Моргаю чаще, прогоняя морок.
Звон битого стекла. Поворачиваю голову в сторону окна.
— Допрыгался, герой, — усмехается гад. — Оно того стоило?
Бьёт по голове, и я падаю в темноту резвее, чем двигаюсь на ринге. Строчки из песни, которая разлетается по салону тачки, как гребаное издевательство.
1. "Дорогая" девочка
Пот ручьем стекает по шее, вдоль позвоночника и прямиком в трусы, не встречая препятствий. Из-за долгого восстановления исхудал. Форма потеряна. Одежда висит мешком. Трико держатся на веревке, которую туго затянул. Дыхания не хватает на элементарную отработку ударов. Аристарх лютует. Скрипит зубами так сильно, что вот-вот стены в зале трещать начнут. Пространство вокруг покачивается. Док предупреждал, что нужно подождать со спортом, но у меня по венам литры агрессии. Если не выпущу, то кого-то прибью, а мне нельзя. Дела есть серьезные.
— Отставить! — преграждает мне путь к груше. — Домой!
— Нет.
Я тоже умею характер показывать. Любого в этом зале по упрямству обойду. И не только.
— Я итак пошел тебе на уступки. Ты себя в руках не держишь. Без цели лупишь по противнику. Так не пойдет. Мы с тобой ни один год технику отрабатывали, и что?
— Что?
— Все псу под хвост! Что?! — усмехается, толкает в плечо, пробуждая во мне самые гнусные инстинкты — вступить в борьбу со своим учителем. Еле себя сдерживаю, но Аристарх успевает считать у меня все по глазам. Осуждает. И это неприятно скребет по моему самолюбию. Я не привык быть с ним на ножах. — Пошёл, Шумов, пока я тебя на месяц не отстранил.
Сука! На нерве сдергиваю с рук перчатки, демонстративно кидаю их в ноги тренеру и прыгаю с ринга. Каждый шаг отдает противным гулом в ушах, напоминая о том, что произошло со мной в начале весны. Память — штука злобная. Она подкидывает яркие картинки, и моя кровь закипает сильнее.
— Стоять! Шум, ну ты чего?!
Майор залетает в раздевалку следом за мной. В его взгляде опять мелькает какое-то отторгаемое мной чувство. По типу жалости, но по-пацански. Мы же не девчонки, чтобы в такие моменты обниматься. Стоит в сторонке, наблюдает, как я раздеваюсь. Больше вспотел, чем поработал. Это «плюсы» после аварии.
— Я нашел тебе адрес, — слышу уже в душе.
Майор стоит в дверном проеме. Рассматривает свои ноги. Плевать.
Включаю воду и начинаю смывать с себя последствия тренировки. Шестеренки в голове с хрустом крутятся, пролистывая планы на будущее. Сердце обливает кипятком. Жарко за ребрами. Потираю кожу в этом месте кулаком, словно поможет.
— Уверен, что хочешь вляпаться в это дерьмо?
— Уверен.
По-другому у меня в жизни не получается. Только из грязи и в светлое будущее. Оставляет меня одного. Знаю, что мою идею не поддерживает, но помогает, потому что ДРУГ. А они познаются в беде. У меня до аварии не было много корешей, а после и приятные знакомые отвалились, как блохи с мертвой собаки. Поиметь-то нечего.
Стою без движения под струями теплой воды несколько минут. Тупо смотрю на плитку.
Успокаиваюсь.
К поиску Авы нужно подходить с умом и сучьим хладнокровием, как это упырь, который её забрал. Артём Майоров мне в этом подсобит.
— Слушай, я тут подумал, — убирает телефон в карман джинсов, когда захожу в раздевалку, — может, к Янкевичу обратиться. Он все разрулит.
Знаю, что Олег у нас вместо папки, но пользоваться этим не буду. Я сам все решу. Главное, прощупать почву, посмотреть, что и к чему. Быстро вытираюсь полотенцем и влезаю в чистый шмот. Грязные вещи скидываю в спортивную сумку. Артём цокает.
— Отвезешь меня по этому адресу?
Сумку забрасываю на плечо. Лямка порвалась. Таскаю её, как баул на рынке. Тёмыч идёт за мной по пятам. Выходим из здания. Он без слов снимает сигналку с машины и кивает на пассажирское сиденье. Закидываю сумку назад и падаю спереди. Есть кайф в том, чтобы не крутить баранку. Можно расслабиться. Майор садится за руль, пристегивает ремень безопасности и смотрит на меня. Усмехаюсь. Тянусь вправо. Щелкаю своим. Только после этого он выезжает с парковки. Родители у него хорошие. На днюху подарили приличную иномарку — Тойоту прямо из салона. Не Мерс, но у меня и такой нет.
— Элитный загородный поселок, — комментирует свой маршрут Тёмыч, когда сворачивает на главную дорогу и движется к выезду из города. Там тот самый поворот, на котором я потерял Аву и всю свою жизнь. — Здесь «золотые» часто тусуются.
— А ты типо к ним не относишься?
Хмыкает. Он часто вертится с Резниковыми, Филатовым, Грехом. Компашка на весь город прозвенела. Особенно первые. Младше нас на года два, а чудят так, что глаза выпадают.
— Нет. Я типо сам по себе.
— Этот?
Прищуриваюсь, когда въезжаем на территорию элиты. Все блестит. Асфальт будто по линейке залит. Особнячки, как красивые кукольные домики. Ни одного изъяна.
Здесь и воздух наверняка единороги напукали — с волшебством. Даже дверь открывать не хочется.
— Этот. Крайний домишко, — указывает на высокие кованные ворота. — Вот тот. Близко подъезжать не буду. Охрана. Лучше не светиться. Мы же все равно на разведку?
Киваю. Майоров останавливает тачку около соседнего дома в тени высокого дерева. Вряд ли оно нас скроет. Детка у него нормальная, но здесь смотрится инородным предметом. Будто кто-то плюнул на зеркальное лобовое.
— И что ты будешь делать?
Артём откидывается на спинку сиденья. Смотрит на ворота и водит указательным пальцем по подбородку.
— Оценю масштаб трагедии.
Для начала.
Кивает. Вместе рассматриваем территорию.
Все банально — двухэтажный дворец, шикарный дворик, высоченный забор. Будки охраны не видно, но она точно есть. Майор врать не станет. Да иэта гнидаточно печется за свою безопасность. Мимо нас проезжает знакомый тонированный джипарь. ТОТ САМЫЙ. На шею словно петлю закидывают и резко стягивают. Выпрямляю спину. В руку отстреливает болью. Кривлюсь.
Джип тормозит у ворот. Никаких больше движений. Первым в обзор попадает мужик. В рубашке и классических брюках. Бритый затылок маячит перед глазами. Шумно тяну воздух через нос. Демон во мне требует справедливости. Кровь за кровь. Сжимаю кулаки.
Водила открывает пассажирскую дверь. Из салона выпархивает блондинка. Кожаные штанишки облепляют ноги и задницу. Тонкая талия открыта. Короткая дутая жилетка расстегнута. Под ней светлый еле заметный лонг. Волосы собраны в хвост, который качается из стороны в сторону при каждом её движении. На ногах фирменные кроссы.
Фыркаю.
«Дорогая» девочка.
— Это кто?
— Его дочка, — Артём обреченно выдыхает. — И мне не нравится ход твоих мыслей, Шум.
Криво улыбаюсь, глядя на свою жертву.
Поздно…
2. Папины управленцы
«Добро пожаловать в очередную клетку!» — первая мысль, которая меня посещает, когда под ногами наконец-то появляется твердая опора.
— Дом, любимый дом, — вслух вырывается совсем другое. Владимир усмехается, открывая багажник, чтобы вытащить все мои чемоданы. Перелёт был тяжелым. Я не могла уснуть. Поднимаю голову вверх и щурюсь от яркого солнца. Весна стремительно подходит к концу. Впереди три месяца в «раю».
Шумно выдыхаю, пока папина правая рука пыхтит, вытаскивая из багажника последний чемодан.
— Почему он за город переехал?
Рассматриваю кованные ворота. Глухие. Высокие. Кажется, под ними и щели нет. Красивые узоры с вензелями. Засматриваюсь. По обе стороны две высокие колонные. Кованная калитка с козырьком. Выше виднеется второй этаж особняка, вокруг которого возвышается высокая кирпичная изгородь.
— Этот вопрос не ко мне, Рита, а к Тимуру Тагировичу.
Ну… На другой ответ я и не надеялась.
Обреченно выдыхаю и достаю из кармана телефон. Включаю камеру, навожу на себя в самом выгодном ракурсе — наклоняю голову набок, складываю губы «уточкой». Чи-и-из-з-з! Делаю несколько снимков с красивыми воротами на заднем плане. Как обычно никакой конкретики в деталях, а то
— Каждый свой шаг постишь?
О-о-о, он такие слова знает? Иду за правой рукой к калитке.
— Этот вопрос не ко мне, Владимир, а к Тимуру Тагировичу.
Вторю тем же тоном, что и он. Усмехается. Открывает. Пропускает меня вперед.
— Зараза. Ни капли не изменилась.
— Вирусы, дядь Вов, мутируют со временем. Все логично.
Смотрю по сторонам, ступая по светлой плитке. Владимир тащит на себе все мои чемоданы и не гнется под их тяжестью. Замедляюсь. Справа от нас крытый навес.
— Там гараж, — заметив мой взгляд, поясняет правая рука. — Галя тебе экскурсию проведет.
— Галя?
С недовольством иду за ним. Территория огромная. Дом тоже. Я бы с удовольствием прогулялась одна.
— Галина Викторовна тут вроде экономки.
—
— Хах, лучше и не скажешь.
В дом входим не с парадной стороны, а лисьими тропами через кухню. Величественную и светлую, как, видимо, все в этом доме. Около плиты крутится полноватая женщина в возрасте. В форме — коричневом платье с короткими рукавами, высоким горлом. Фартук. Чепчик. Нос картошкой. Вдыхаю и блаженно прикрываю глаза. Пахнет потрясающе.
— Суп-пюре, как ты и заказывала, — Владимир подталкивает меня вперед.
Кухарка не обращает на это никакого внимания. Занимается готовкой. Я подмечаю, с какой стороны находится холодильник. Надеюсь, на нем нет замка или камеры слежения, потому что бессонница — мой враг, а зажор в ночное время — её сиамский близнец.
Идем по коридору к лестнице. Владимир точно знает, куда меня вести, а я лишь шею вытягиваю, как гусь на день благодарения.
— Твои хоромы, Зараза Тимуровна, — распахивает передо мной последнюю дверь справа. — Прошу!
