Читаем Единые души онлайн бесплатно
В общем-то, мотивы Виктора обоим были понятны — он сражался с врагом, а тут такое чудо-оружие. Но оба устали оттого, что к ним относились как к вещи, поэтому восприняли эти устремления строго отрицательно. Дело было не в том, что их хотели использовать, а в том, что не допускали вероятности добровольного сотрудничества, то есть Виктор действовал, как куратор, потому другом быть не мог. Больше всего обидно было девочке. И тут причин оказалось несколько: во-первых, её записали в слабые, во-вторых, спрашивать её не собирались, а уж размышления Виктора о том, могут ли передаваться подобные способности по наследству… Перед глазами вставала та самая «поляна».
Да, Виктор поделился терминологией и обозначениями, хотя, что такое «Советский Союз» или «товарищ Сталин», напарники не понимали. Выглядело религией, требовавшей человеческих жертв, исходя из обнаруженного в памяти не-врага. Такая религия обоим не подходила, а факт, что никакого бога нет, доказывала вся их жизнь. Поэтому Ваня заключил, что союзников искать — плохая мысль.
— Он хотел отвести нас к каким-то «партизанам», — припомнил Ваня. — Значит, они могут быть такими же.
— То есть сидим тихо несколько дней, — сделала вывод Марья. — А потом опять убиваем «фрицев». Удобное название, короткое.
— Да, название удобное, — кивнул мальчик. — Но они вряд ли поймут, что произошло, хотя мы всё равно выждем, конечно.
— Виктор не вспомнит? — поинтересовалась напарница и, увидев отрицающий жест, улыбнулась. — Закрывай тогда вход, поживём так.
Мысль была с любой стороны верной, поэтому Ваня заблокировал крышку люка, принявшись разбираться с тем, как почистить оружие, Марья признала его правоту, занявшись тем же. Их обоих совершенно не интересовала ни паника у врага, ни что будет делать Виктор, ни вообще происходящее. Девочка и мальчик спокойно чистили оружие, чтобы затем улечься отдыхать.
Это было просто огромным подарком — лежать и ничего не делать. Не думать о занятиях, зачётах и награде за них, знать, что никакого куратора нет и больно уже никто не сделает. Правда, неподалеку ходил враг по имени «фрицы», но ходить ему, по мнению Марьи, оставалось недолго. Желание спать отсутствовало, потому что девочка вспоминала, как Виктор держал её на руках, как успокаивал… Почему тогда, стоило показать что-то необычное, он так преобразился? Это было ей непонятно, так как подобного опыта у девочки не было.
— Вариант я вижу единственный, — сообщила она Ване. — При посторонних магию не демонстрировать. Особенно при этих… «партизанах».
— Да, — кивнул он, соглашаясь. — В случае чего сможем спокойно уйти, блокировав хоть всех. Хотя я не понимаю, зачем они нам нужны, мы же одиночки.
— Ты невнимательно смотрел память, — улыбнулась Марья. — Здесь есть смена времён года, а «зима», о которой он думал, очень холодная. Ты специальные вещи у нас видишь?
Тут дошло и до Вани. Костюмы, в которые они были одеты, подогрева не имели, значит, нужно было или кого-то раздеть, что проблемы не составляло, или делегировать проблему кому-то другому. Второй вариант был привычнее, поэтому мальчик только кивнул. Судя по памяти Виктора, точнее, по матрице базовых понятий, на дворе стояло местное лето и стоять ему ещё было месяца два. Нужно было приживить матрицу базовых понятий, включая понимание религиозных установок без принятия оных, чтобы не пришлось убивать не-врагов, если аборигены испытывали некоторый фанатизм.
В общем и целом, и Ване, и Марье было наплевать, кого убивать, но не-врагов почему-то не хотелось. Именно поэтому приоритетной целью были враги. Именно их и стоило уничтожить в первую очередь, а если не показывать магию, то местные не-враги вполне могли сойти за временных союзников. Мысль курсантам очень понравилась, поэтому они начали заниматься приживлением памяти и вывода местного языка на уровень рефлекторного.
— Стоп! — остановил процесс Иван. — Нельзя на рефлекторный!
— Почему? — удивилась Марья.
— В памяти Виктора было такое понятие «Коминтерн», — объяснил мальчик. — Мы не знаем ничего, кроме базовых понятий, то есть при глубоком допросе засыплемся, а с прикрытием этого «Коминтерна» допрашивать нас не будут, понимаешь?
— А… — протянула девочка, копаясь в матрице. Обнаружив искомое, она расплылась в улыбке — Ваня был прав. — Согласна!
Нужно было чуть изменить матрицу — добавить мягкий, едва заметный акцент, чтобы выдать какое-то «иностранное» происхождение. Что это такое, курсант не понял, посчитав совершенно неважным. Поэтому приживление матрицы пошло немного иначе. Жест и слова «Но пасаран!» Ваня решил на всякий случай выучить, потому что они значили что-то важное в местной религии.
Закончив с матрицей, мальчик решил повторить действия Виктора, чтобы приготовить что-то тёплое. В посудине под названием «чайник» оставалась «заварка», то есть разваренные плоды местного тонизирующего растения чёрного цвета; следовало её только подогреть, разлить в железные кружки и употребить. Количество новых слов вызывало головную боль, всё-таки ассоциативные связи находились не всегда.
