Читаем Что доктор прописал онлайн бесплатно

Офис доктора Уайтроуза был оплотом тишины и спокойствия: интерьер пастельных тонов, мягчайшая даже на вид мебель, неяркий свет от торшеров и сквозь воздушные шторы. Напротив кресел для посетителей стоял огромный аквариум с настоящими (Майло в первый свой визит не выдержал и убедился, что это не голограммы) рыбками, которые размеренно сновали туда и сюда в водяной толще.

В общем, это было то самое место, где можно было справиться со всеми навалившимися проблемами, которые вылились в сильнейший стресс. Практически убежище от всех неурядиц, с которыми Майло столкнулся в последние месяцы. Спасительный островок в бушующем море. Именно поэтому он сейчас пришёл на приём на час раньше и сидел в ожидании успокоения, положив руки на колени, как школьник.

Пациент, время которого было перед Майло, видимо, опаздывал. Во всяком случае, он встретился в дверях с пожилой леди, покидавшей офис психотерапевта, а больше в кабинет никто не заходил. Так что Майло не удивился, когда в холл, как вихрь, ворвался мужчина в длинном пальто, бросил на стойку ресепшена пластиковый стакан с эмблемой кофейни и начал лихорадочно избавлять себя от верхней одежды.

– Мистер Бронсон, доктор Уайтроуз вас ожидает, – поприветствовала вновь пришедшего администратор.

Тот кивнул и, убрав наконец пальто с шарфом в шкаф, начал шариться по карманам. Майло не хотел смотреть – это вообще-то неприлично, – но удержаться не мог: единственное яркое и подвижное пятно во всём блёклом офисе неизменно привлекало к себе внимание. Ростом мистер Бронсон был почти с Дэймона, брата Майло, но точно постарше. Лицо разглядеть в такой суете не представлялось возможным, но за возраст говорили поседевшие виски. Наверно, он симпатичный, респектабельный. Поймав эту мысль в своей голове, Майло усилием воли заставил себя отвернуться – нечего пялиться на мужиков, если не умеешь с ними обращаться!

Мистер Бронсон таки нашёл в кармане бутылёк с чем-то лекарственным и закинул в рот пару пилюль, тут же запивая их кофе.

– Лекарства лучше запивать чистой водой, – ляпнул Майло и сразу же прикусил язык – не его собачье дело!

– Спасибо… – оторопело пробормотал тот и быстро скрылся в дверях кабинета доктора Уайтроуза.

Майло еле удержался, чтобы не хлопнуть себя по лбу, – опять влез не в своё дело! Доктор Уайтроуз не раз говорил, что именно его перманентные попытки сделать «как правильно» и быть «мамочкой» и послужили причиной для окончания четырёхлетних отношений с Джейкобом. Красивый, весёлый парень, казалось, с радостью принимавший заботу Майло, внезапно фигурально озверел и, выместив свой гнев на шокированном любовнике, сбежал в закат. Майло старался не вспоминать о том, как Джейк пришёл в тот вечер с работы с шальными глазами – по головизору как раз крутили новость о смерти крупного криминального авторитета, кажется, по имени Георг – и в ответ на дежурный вопрос о том, как прошёл его день, мгновенно взъярился и запустил в Майло приготовленным к ужину десертом со взбитыми сливками. За пять минут скидал вещи в сумку и, бросив: «Как же ты меня заебал!» – смылся из квартиры. И из жизни тоже.

Уже гораздо позже, когда Майло нашёл в себе силы обратиться к мозгоправу, он понял, как именно он мог «заебать» Джейка (уж точно не членом, он всегда был снизу): постоянные контрольные звонки, записочки, вкусняшки и прочее, по словам доктора Уайтроуза, больше напоминали заботу мамы о своём чаде, а не отношения двух равноправных партнёров.

– Майло, Джейк рядом с вами ощущал себя не мужчиной, а ребёнком. Вы постоянно нарушали его личное пространство, – постановил док. – Если остро хотите о ком-то заботиться, то можете завести себе домашнего питомца.

Так в жизни Майло появился фирк – сумчатый хомячок, точнее, меховой шарик бледно-розового цвета, размером с кулак среднестатистического мужчины. Долгие мучения по выбору имени закончились тем, что Майло начал называть его Малышом. Зверюга была не против: поглощала специальный корм, гадила по графику и вообще была крайне неприхотливой. Вот только новоиспечённый хозяин питомца совершенно точно не желал говорить ей ласковости и заботиться сверх меры – чётко понимал, что просто выполняет рекомендации доктора, не более. Не сравнить с тем, что он испытывал по отношению к Джейку.

Впрочем, Малыш успешно помогал справиться с другими негативными эмоциями и за счёт частой дефекации требовал довольно много времени. Ровно столько, чтобы не слишком отвлекаться от работы, но и не иметь соблазна попасть в дебри самобичевания. Да, Майло вновь последовал совету доктора и теперь работал на дому. Карьера бухгалтера, конечно, забуксовала, но денег хватало более чем с достатком (и на корм Малышу, и на приёмы у Уайтроуза), а главное, его больше не мучили панические атаки.

Так получилось, что сразу после резкого и неожиданного расставания, Майло, пребывавший в раздрае, отправил денежные средства не на тот счёт. Вот просто взял и ошибся, чего с ним никогда ранее не бывало! Деньги он, конечно, возместил из зарплаты, к счастью, сумма была небольшой, но насмешливые взгляды коллег, обращённые на незадачливого бухгалтера с плохо скрываемой личной драмой, нервировали и заставляли ошибаться вновь и вновь. Майло вздохнул полной грудью, когда начал работать на дому. Его никто не смущал, ему никто не досаждал и Малыш под боком – абсолютная гармония. Или её подобие.

Дожидаясь своего времени приёма, Майло терпеливо наблюдал за рыбками и думал о том, насколько верно выполняет рекомендации Уайтроуза. За пять минут до окончания сеанса Бронсон выбежал из кабинета и с такой же скоростью принялся натягивать пальто. Майло попытался отвести взгляд от мельтешащей картинки, но опять не выдержал:

– Шарф повяжите, там сегодня ветрено.

– Спаси…бо, – Бронсон замер на миг – можно было рассмотреть его породистое гладковыбритое лицо – и уставился на нежданного советчика, а потом пулей вылетел из офиса психотерапевта.

Майло пожал плечами, покинул нагретое кресло и заглянул в кабинет Уайтроза – тот, кивнув и пригласив таким образом, вернулся глазами к рабочему планшету. Пациент же занял удобное кресло, приняв расслабленную позу, и мысленно подготовился к сеансу.

– Итак, мистер Пирс, каковы ваши успехи на сегодня?

– Сегодня бойфренд моего брата придёт ко мне в гости, – начал отчёт Майло, – думаю, у нас будет достаточно времени, чтобы пообщаться.

Да, Дэймон, старший брат, всегда поддерживал его, опекал и защищал, так что после неурядиц в личной жизни и на работе Майло никак не ожидал удара с его стороны. Брату, казалось, в их семье единственному достались и красота, и гибкий ум, и обаяние, и благородство. Он всегда затмевал собой Майло, не прилагая никаких особых к этому усилий. Более того, не менее болезненно реагировал на сравнения, давая понять, что младший для него всегда в приоритете. На несколько лет пути братьев разошлись: Дэймон поступил на службу в Галактический патруль на Гекаре, а Майло оставался дома, но почти год назад он вместе с Джейком решился на переезд в мегаполис. Так братья Пирс вновь оказались вместе, но уже в новом качестве – у каждого из них были карьера и личная жизнь.

Бойфренд Дэя, Икси, сразу не понравился Майло. Да, молодой человек был очень красив, но какой-то совершенно неправильной красотой. Порочной, что ли. Одевался и вёл себя соответствующим образом: джинсы в обтяг, короткие маечки, стабильные выстрелы глазками в радиусе пяти метров. Разве таким должен быть партнёр бравого патрульного? Майло, по обыкновению, имеющий дело абсолютно до всего, даже попытался составить с Дэем разговор, но ничего путнего не добился: «вместе почти три года», «люблю – жить без него не могу», «не суди по внешности» и прочие аргументы. Сказанные, между прочим, спокойным и ласковым тоном, будто брат успокаивал неразумного мелкого мальца, когда тот впервые пошёл в школу. Типа, вырастешь – поймёшь.

Только вот Майло уже вырос, двадцать девять годиков, а Дэю – аж тридцать два. И всё никак не понималось, что у него может быть общего с развратного вида вертихвостом (волосы у Икси и правда длинные, чаще всего собранные в хвост) почти на десять лет младше, который работал кассиром в фастфуде рядом с управлением Галактического патруля.

Впрочем, когда Дэй однажды пригласил Майло в гости и, накормив вкусным ужином и напоив не менее вкусным вином, усадил на диван в гостиной, тот невольно напрягся, чувствуя неладное. И не зря.

– Майло, мы с Икси хотели тебе что-то сказать, только не волнуйся сильно, – начал брат.

Наивные. Интересно, что бы сам Дэй делал, если бы прямо перед его носом вертлявый Икси что-то переключил на небольшом девайсе на поясе и за несколько секунд превратился в огроменного гуманоида с оранжевыми глазами, каждое – по блюдцу! В общем, Майло не волновался – просто грохнулся в обморок, чтобы очнуться и встретиться с обеспокоенными глазами Дэя и Икси в человеческом обличье.

Дальше тесные семейные посиделки перешли с вина на виски: оказалось, что Икси в действительности не человек, а гмус. Как есть, крупненький инорасник с тремя рядами зубов, огромными глазами и покрытый короткой коричневой шёрсткой. Майло, поджав колени к подбородку, с опаской разглядывал любовника брата, который во избежание новых обмороков робко расположился в другом углу комнаты. От одной мысли о том, что Дэй может с ЭТИМ жить и сексом заниматься, пространство в глазах плыло, а тело теряло ориентацию. Старший брат сидел рядом с какой-то ампулой, от которой отчаянно воняло, и контролировал, чтобы Майло вновь не потерял сознание.

Обстоятельства знакомства нестандартной пары тоже были далеки от романтики – Икси в прошлом был контрабандистом, задержанным Дэем и отправленным в тюрьму. Как они снова пересеклись, Майло не понял, но неожиданно оба пошли друг другу навстречу: Иксис оставил преступную карьеру и, пользуясь метаформатором, принял человеческий вид, а Дэй приютил беглеца, наплевав на клятвы, данные при поступлении на службу в Галактический патруль.

Как сказал доктор Уайтроуз, любовь – очень непредсказуемая штука. Конечно, Майло в своём рассказе опустил подробности про противозаконные прошлое и настоящее (он всё ещё находился в розыске) Иксиса, обрисовав ситуацию проще: брат живёт с инорасником, любит его, как любил бы другого человека. Док посоветовал не волноваться по пустякам – браки с миранцами, например, уже несколько лет как легализованы. Майло кивал, понимая, что миранцы достаточно сильно похожи на людей, только покрыты шерстью и ходят преимущественно на четырёх конечностях, но даже потомство от человека может родиться, а вот гмус – здоровенное нечто вдвое шире Дэя (хорошо хоть ростом не сильно выше), с оранжевыми глазами, тремя рядами зубов и четырёхпалыми руками. Ещё рожки на голове забыл, но Икси пояснил, что это национальная причёска, составляемая из более длинных волос (гривы) на голове.

В одном док был прав – нельзя отталкивать близкого человека брата (не человека, но всё же). Наоборот, нужно узнать Икси получше. Вдруг за шокирующей внешностью таится богатый внутренний мир, ради которого Дэй решился на сожительство с таким непохожим на него существом. «А ещё пошёл на должностное преступление», – добавил про себя Майло.

Впрочем, совету Уайтроуза последовал: за неделю до визита Икси он начал принимать успокоительные, имевшие накопительный эффект, настроил себя на мирный лад и даже посмотрел в сети общую информацию про обитателей планеты Икзасгмус. Узнал совсем немного – только про то, что средняя продолжительность жизни примерно равна человеческой, физическая сила и выносливость, напротив, существенно больше, а ещё у аборигенов невысокий уровень развития технологий и во многом ортодоксальное общество.

Дальше случайно попались ссылки на порноголограммы с участием людей и инорасников, от чего Майло стыдливо и поспешно отключил комм – слишком уж ненужные знания.

Короче, когда Икси оказался на пороге в человечьем облике, Майло был почти спокоен. Процентов на пятнадцать из ста…

– Привет, Майло, – метаморф больше не старался соответствовать внешности: не было ни кокетства, ни легкомысленности. Казалось, даже голос изменился, стал ниже, мимика – менее подвижной, лицо – более серьёзным.

– Привет! Заходи, – Майло усилием воли сдвинул себя с прохода и приглашающе кивнул в сторону гостиной. – Чай будешь?

– А кофе есть? Дэй любит, и я привык, – сказал Икси, осматриваясь.

– Есть, – Майло отправился к кофемашине – сам кофе не пил, зато Джейк обожал, так что это была отличная идея подарка ему на день рождения. И он искренне радовался аппарату, варившему отменный кофе. Вот только при уходе оставил всё, что ему подарили.

– Спасибо, – поджал губы Икси, благодаря за чашечку ароматного напитка. – Как понимаю, мне лучше метаформатор не отключать.

– Нет, всё нормально, – замотал головой Майло. – Я и правда тебя больше не боюсь. Точнее, настоящего тебя.

– Хорошо, – кивнул он и потянулся к небольшой коробочке на поясе – Майло в этот момент с шумом вдохнул воздух – и запустил процесс метаморфозы: через несколько секунд на диване напротив сидел уже не худосочный брюнет, а мощный гмус, который, с сомнением вглядываясь в лицо Майло, переспросил: – Точно всё в порядке?

– Д-да, – выдавил из себя Майло, пытаясь вспомнить, как дышать.

Некоторое время они молчали: Икси водил одним из четырёх пальцев по ободу кружки, Майло старался не смотреть на своего гостя. И одновременно не смотреть не мог – как, вот КАК Дэй мог полюбить это существо? Совсем не понимал брата – как поцеловать-то его, когда изо рта угрожающе выглядывает несколько рядов острых треугольных зубов? А обнять? Про секс даже думать страшно (спасибо порно за яркие кошмары – парочку сюжетов он всё же просмотрел), хотя доктор Уайтроуз сказал, что среди его клиентов много смешанных пар, у которых именно с интимной частью жизни проблем нет, а вот разница культур и мировоззрений частенько ведёт к конфликтам.

– Икси, а почему ты покинул родную планету? – наконец Майло отвис и решил следовать заранее зафиксированному на комме плану беседы.

– Да х… не знаю, люди прилетели, – Икси пожал плечами, – мне стало интересно. Взяли в команду.

– А ты знал, что они преступники? – Майло тут же прикусил язык – этого вопроса не было в плане.

– Нет, – Икси покачал головой, – даже не думал об этом. У нас нет законов на планете, только то, что говорит Старший в гнезде.

– Ясно, – вздохнул Майло – дело ещё более сложное, чем он предполагал. – А почему после побега из тюрьмы ты не вернулся в гнездо?

– Меня бы не приняли, – он опустил взгляд – так даже легче, огромные мерцающие глаза нервировали.

– Почему?