Читаем Чика (СИ) онлайн бесплатно

Гирлянда из светящихся фонарей распложённых вдоль трассы, гибкой змеей уползает далеко за горизонт. Сморгнув накатывающую дрему, сбавляю скорость и растираю лицо ладонями. Зря я взял этот заказ. Не люблю работать за наличку. Шестое чувство подсказывает, что прокачу я сегодня зайца. Веки словно налиты свинцом, чувствую, как сознание мутится и крепче сжимаю руль. Хоть спички вставляй… отрубаюсь. Скинув скорость, съезжаю на обочину. Пошарив рукой под пассажирским сидением вытягиваю почти полную бутылку минералки. Вывалившись из машины, поливаю голову водой. Жаль, что она теплая, была б холодной, взбодрила бы как надо. Допиваю последний глоток безвкусной минеральной воды, бросаю опустошённую баклажку в багажник. Это крайняя смена. Всех денег не заработаешь. Второго инвалида на шею матери не хватает.

Моя жадность меня погубит. Около часа по трассе и еще почти столько же по деревне, в которой я еще никогда не был. Деревянные покосившиеся халупы вдоль убитой грузовиками грунтовки. Сосновый бор, мельтешащий длинными голыми стволами деревьев, снова халупы и бараки, какая-то заброшенная ферма. В темноте все кажется не жилым и до жути угрюмым. Сеть пропадает и появляется снова. За кем я еду? В таких местах могут обитать только маньяки. Похоже об электрическом освещении здесь знать не знают. Хотя нет… редкие телеграфные столбы с раскинутыми проводами говорят об обратном. Впереди развилка. Дорога расщепляется словно рогатка. Сворачиваю прямо под кирпич. Для кого установлен этот знак? Бросаю взгляд по сторонам продолжая свой путь. Далее дорога пролегает через бор. Грибник, что ли какой заблудился? Да какие сейчас грибы? Не меньше километра ползу между выкошенных сосен. К моему удивлению навигатор приводит меня не к избушке на курьих ножках и даже не к охотничьему домишке, а к здоровенному трехэтажному дому из сруба. Не иначе дачка дворника какого-нибудь. Останавливаюсь около высоких ворот. Меньше чем через минуту распахнув калитку, из двора выплывает девчонка. Судя по внешнему виду не грибничка и не рыбачка.

Девчонка приземляется позади меня, как нарочно, со всей дури хлопая дверью. Ненавижу эту работу и таких пассажиров терпеть не могу. С трудом давлю в себе возмущение.

— Доброй ночи! — произношу дежурную фразу. Девушка игнорирует мое приветствие, стучит коготками по дисплею телефона строча сообщение.

— Поехали, — не отрывая взгляда от телефона произносит она холодным, надменным тоном.

Отчего-то я медлю, не спешу трогаться с места. Смотрю на нее через зеркало заднего вида. Где-то я ее видел… Копна глянцевых каштановых волос собрана в высокий хвост на макушке. Глаз не разглядеть, их скрывают слегка опущенные длинные ресницы. Метнув в меня недовольный взгляд и немного приподняв подбородок, девчонка выдает недовольно:

— Ну!! Мы едем или нет!?

Выжимаю сцепление, сдаю назад выруливая на дорогу. Под колесами шуршит мелкий гравий, им отсыпана узкая лента подъездной дороги к дому. Девчонка отрывает взгляд от телефона, слегка прикусив пухлую нижнюю губу смотрит в окно. Точно видел ее где-то… Но где?

— Может, ты будешь следить за дорогой? — неожиданно выдает она продолжая смотреть в окно.

— Может, вы будете разговаривать повежливей?

Явно не ожидая такого ответа, поворачивает голову, впиваясь в зеркало темным колючим взглядом. Встретившись с моим, застывает на секунду, затем снова отворачивается. Сон как рукой снимает. Кручу в голове все возможные варианты где мог ее видеть. Голос тоже на удивление знакомый. Может очередная блогерша, мелькнула где-то в ленте соцсетей между делом?

За всю дорогу девчонка больше не произнесла ни слова. А я нисколько не стесняясь, при любом удобном случае бросал на нее взгляд. Красивая… я бы такую не забыл если бы действительно пересекся бы с ней в повседневной жизни.

Дорога обратно не показалась такой длинной, подъезжая к назначенному адресу мне дошло, что прошло уже около двух часов как она села в машину. Почти всю дорогу она смотрела в окно не меняя позы, все время держала руки скрещенными на груди. Выглядела очень напряженной и сосредоточенной. Несколько раз заглядывала в телефон, вжикнувший входящим сообщением. Я еще ни за одним клиентом так не следил. Сегодня было больше сорока заказов. Ни одного в лицо не узнаю, если на улице встречу. Разве что истеричную бабу с орущем ребенком, отказавшуюся вызывать детский тариф и требующую пристегнуть ее трехлетнее чадо обычным ремнем безопасности. Ныряю во двор многоэтажки битком забитый автомобилями. Машины запаркованы так тесно и хаотично, что я не уверен, смогу ли проехать сквозь двор. Возможно, придется сдавать назад. Останавливаюсь и на всякий случай не снимаю блок с дверей. Оборачиваюсь назад. Девчонка держится за ручку переводя взгляд с меня на опущенный блокатор.

— С вас три тысячи восемьсот девяносто рублей, — произношу разглядывая ее уже не через зеркало.

Девушка сглатывает, порхает ресницами и слегка растянув губы в вынужденной улыбке произносит:

— Сейчас вынесу деньги, подожди пять минут.

— Не-а, — отрицательно качаю головой. Нашла дурака. — Звони кому-нибудь, пусть выносят! — Девчонка буравит меня ненавистным взглядом. — Денег нет и не будет, — произношу разворачиваясь, трогаюсь с места.

— Останови! Я же сказала, что сейчас вынесу! — выкрикивает возмущенно.

Сдаю назад, виляя между тесно стоящими тачками.

— Хороший ход. Пока, я буду выезжать из этой жопы, ты сделаешь ноги.

— Останови! — девушка нервничает, дергая ручку.

Пока машина медленно выползает из двора задним ходом, у нее есть все шансы выскочить на ходу. Длинными ногтями пытается подцепить блокатор. Но не тут то было, из моей старушки так просто не выбраться. Знаю я таких мурых.

— Останови, я сказала! Получишь ты свои деньги!

— Конечно получу, ты думаешь я четыре часа возможного сна тебе задаром подарю. Охереть! Бывают же наглые люди! — выруливаю на трассу разгоняя тачку.

— Стой! Куда ты едешь?

— Обратно!

— Ты совсем идиот? — снова дергает ручку.

Прикладывает телефон к уху, звонит кому-то. Слегка сбавляю скорость. Она либо дурит меня звоня в никуда, либо действительно не может никому дозвониться. Нервничает, кусает губы, вот-вот разрыдается.

— Называй реальный адрес: мамы, папы, подружки!

— Останови, сейчас же!

— Холоп!

Девчонка пялит на меня удивленные глазища. Прерывисто дышит, двумя руками держится за ручку двери.

— Ты забыла добавить, холоп! Останови сейчас же, холоп… Что смотришь? И частенько ты катаешься подобным образом? Называй адрес человека, который сможет за тебя заплатить или я везу тебя назад!

Молчит, продолжая таращиться на меня.

— Чем дольше мы катаемся, тем дороже выйдет твоя поездка.

Непробиваемая дура! Сжав губы в тонкую полоску девчонка смотрит на меня с ненавистью.

— Хотя знаешь, что? — оборачиваюсь назад. — Натурой тоже можно! Придется тебе отработать почти четыре косаря.

— Мичурина сто восемьдесят шесть! — выплевывает с досадой.

— Сразу бы так, — перестраиваюсь в левый ряд, разворачиваюсь на перекрестке. Я знаю этот адрес. И точно знаю, что видел я ее именно там.

Картинка словно конструктор моментально складывается в голове. Пару месяцев назад эта девица уже попадалась мне на глаза. Она волокла по тротуару здоровенный чемодан с отвалившимся колесиком. Вела себя очень нервно и дергано, примерно так же как ведет себя сейчас, после того как поняла, что сбежать не получится.

Если бы не пассажир сидящий в машине, я, наверное, вызвался бы ей помочь. Чемодан на самом дела был размера ХХL и выглядел очень тяжелым. В тот день она была в белой шубе, на каблуках, и с точно таким же конским хвостом на затылке, на которой я не мог не обратить внимания. Но больше всего взгляд зацепили высоченные стальные шпильки. И то, как она вышагивала на этих ходулях по дороге схваченной утренним заморозком. Ни одна из моих знакомых девушек не носит каблуки. Сестра иногда таскает мамины старые туфли по дому, но ей всего десять, как только начнет походить на девушку, напялит худи, широченные джинсы, кроссы и смешается с серой массой.

Затылком ощущаю ее ненавистный взгляд. Она продолжает безрезультатно названивать кому-то. Почти четыре утра, похоже никому она не дозвонится. И что с ней делать?

— Ты дома? Можешь спуститься!? Потом объясню, — раздосадовано говорит в телефонную трубку. — Деньги захвати.

Подъезжаю к шлагбауму, охранники меня знают, поэтому без вопросов пропускают во двор.

— Подъезд?

— Четвертый.

Притормаживаю и глушу двигатель. Посидим, подождем… От чего-то напряжение, охватившее меня в последние пару часов спадает. Зевота одолевает, веки снова наливаются свинцом. Сейчас разберусь с ней и к Тимуру поднимусь. Осознание того, что башка может коснуться подушки прямо сейчас, дурманит голову. Время тикает, в голову закрадывается подозрение.

— Ты не сама с собой разговаривала случайно?

Подъездная дверь распахивается. Тимур еле волоча ноги плетется к машине на ходу просыпаясь. Заглядывает в окно удивленно на меня таращась.

— Открывай! — психованно выдает девчонка дергая за ручку.

Снимаю блок, она пулей выскакивает на улицу.

— Тимур, заплати таксисту. В понедельник отдам тебе деньги, — на ходу произносит она топая к двери. Тимур перехватывает ее за руку, не позволяя смыться.

Выхожу из машины, здороваюсь с Тимом, наблюдаю как она трепыхается в попытках вырвать руку. Сегодня она тоже на каблуках. Хотел бы я посмотреть, как бы она на них удирала.

— Алика, что за херня? В какой понедельник?

— Заплати и отпусти человека, — смотрит на него повелительно.

Откуда в ней столько гонора? Не припоминаю, чтобы среди девок Тима, числилась хотя бы одна Алика.

— Может вы дома разберетесь, а? Заплатите честному человеку и отпустите с миром.

— Сколько? — улыбается Тимур.

— Пятера.

— Сколько, сколько? Откуда ты ее вез, из Ханты-Мансийска?

— Из деревни Сизые Грачи. Слышал о такой?

Тим пожимает плечами.

— Алика давай проясним ситуацию. Ты хочешь, чтобы я оплатил твое ночное путешествие по близлежащим деревням и селам, правильно я понимаю?

— Прекрати выделываться, — шипит на него девчонка.

Тимур достает телефон и зевнув, начинает листать в телефоне сообщения.

— Тим, выручи, пожалуйста! Скинь пару тысяч, завтра отдам! — писклявым голосом произносит Тимур, вероятно парадируя девчонку. — Это у нас двадцать восьмое января. Заметь, тогда ты еще говорила мне «пожалуйста», — бросив на нее ироничный взгляд говорит он. — Далее… Шестое февраля — скинь три тысячи, плиз. Двенадцатое февраля — займи пять тысяч. Седьмое марта. О, здесь даже фотка имеется, — поворачивает ко мне телефон. На дисплее изображена рука с длинным острым маникюром красного цвета. Прикинь, два косаря эта хрень стоит. Сколько тебе нужно помотаться за два рубля? — обращается ко мне. — Ты ничего не перепутала? Напомни мне, кто мы друг другу?

Недовольно морщась, девчонка отворачивается.

— Алика, мы просто соседи. Если я выручил тебя пару раз, это не значит, что буду делать это постоянно. У меня все учтено. В один момент я просто выкачу твоему отцу счет и дело с концом. Я в последний раз плачу за тебя и только потому, что знаю водилу. Был бы на его месте кто-то левый, я не дал бы ему ни копейки. Разбиралась бы с ним сама.

Тимур отпускает девчонку, вытягивает из кармана бумажник. И тут уже я, ни с того ни с сего подорвавшись, хватаю ее за руку. Сам не до конца осознавая что делаю, вцепляюсь в ее руку мертвой хваткой.

Девчонка смотрит на меня вылупив глазища. Вот-вот заорет.

Тим протягивает мне деньги и удивленно таращит глаза.

— Да отпусти ты ее! Пусть топает, мошенница.

— Не надо денег, убери.

— Ты серьезно!? Возьми… пол ночи ее катал.

— Она отработает.

— Нет! Ты охренел? Отпусти меня, придурок!! — визжит девчонка, привлекая внимание охранника, направляющегося в нашу сторону.

— Ребята, что у вас там происходит? Это ты, Тимур?

— Все нормально, дядь Саш, — выкрикивает Тим пытаясь отцепить мою лапу от предплечья девчонки. Охранник останавливается, но назад не уходит. Стоит наблюдает.

— Кир, ты переработался походу, отпусти ее. Знаешь, кто ее пахан?

Расслабляю пальцы, девушка подрывается с места, за секунду скрываясь за подъездной дверью.

Тим сует мне пятеру в карман. Отдаю ему деньги обратно.

— Дебил, что ли? Возьми.

— Дай мне ее номер.

— Кир, тебе там ничего не светит, кроме абсолютного банкротства. Оно тебе надо?

— Я не за этим?

Тимур начинает громко ржать, снова привлекая внимание охраны.

— Я же сказал, она их отработает.

— Как?

— Есть у меня одна идея.

— Не трогай ее, проблем потом не оберешься.

— Дай номер!

Пожав плечами, Тимур ныряет рукой в карман за телефоном.

Сижу на кровати в незнакомой комнате и не могу собрать мысли в кучу. Где я? Единственный вопрос молоточком стучащий в висок. Прячу озябшие ступни под одеяло. Верчу головой по сторонам. Прозрачная занавеска парусом надувается от сквозняка. Заворачиваюсь в одеяло с головой и сползаю с кровати. Ноги, затянутые в тонкий капрон ступают по ледяному деревянному покрытию. Ежусь, выдыхая пар изо рта. Как же холодно. Сколько сейчас времени? Судя по тому, что за окном щебечут птицы, раннее утро. Это так странно, я еще никогда не просыпалась под пение птиц. Подхожу к приоткрытому на режим проветривания панорамному окну, сдвигаю легкую ткань в сторону. Зажмуриваю глаза и открываю их снова. Я в лесу. Высоченные сосны торчат из земли частоколом, заполняя все пространство, видимое глазу. Гудящая голова начинает подкидывать флешбеки из недавнего прошлого.

— Кристина! Крис! — срываюсь я к двери, бросив одеяло валяться на полу.

Сбегаю вниз по лестнице. Заглядываю в пустые спальни на втором этаже, спускаюсь на первый. Стою посреди захламленной гостиной, слушаю тишину и до меня наконец доходит, что я не Кевин Маккалистер, мне не семь, но забыли меня точно также, правда не родители, а друзья моей единственной подруги. По всей вероятности, теперь уже бывшей…

Дозвониться до Кристины удается только спустя пару часов. По ее наигранному удивлению, становится ясно, что забыли меня не случайно.

— Мы думали, что ты села в машину к Артуру, — нараспев произнесла она нисколько не удивившись. — Давай я попрошу Руслана, он тебя заберет.

— Не нужно, я вызову такси.

— После обеда, должен приехать клининг, ты можешь вернуться с ними, — ехидно, словно с поддевкой пропела Крис.

Никогда! Никогда, я больше не поделюсь своими проблемами ни с одной живой душой.

— Может тебе денег подкинуть, такси выйдет не дешево, — словно царапая открытую рану, продолжила она.

— Ну, и сука же ты…

— От суки слышу, — усмехнувшись выдала Кристинка и бросила трубку.

Пластик валящийся в моей сумке совершенно бесполезен. Отец перевел с моих счетов деньги. Наличными тоже выходит не густо. Шестьсот пятьдесят рублей бумажными и тридцать мелочью. Навигатор показывает страшные цифры. Я помню, что ехали мы долго, но что уедем настолько далеко, даже подумать не могла. Было очень весело, я давно так отлично не проводила время. Все было бы хорошо, если бы не внезапно проснувшаяся ревность Крис. Мы разругались в пух и прах. Никому не было дела до ее истерики даже ее парню. Но мое настроение было изгажено окончательно и бесповоротно. Я поднялась на мансарду, закрылась в спальне и уснула.