Читаем Боль онлайн бесплатно
– Хотите салата? – оживленно спросила она. – Может быть, пожарим халуми?
И хотя оба лежали неподвижно на параллельных диванах и ничего ей не ответили, Ирис вышла на кухню с чувством облегчения.
Сейчас Альма здесь, с ними, пусть и приехала только для того, чтобы отчитать их. В беде она ищет их помощи, и кажется, им удастся наладить контакт, если они только будут вести себя правильно. Не допустят ни малейшего критического замечания, даже жеста, – будут демонстрировать абсолютное приятие всего. Поэтому Ирис непринужденно накрывала стол на четверых. Скоро придет Омер, они вчетвером посидят за столом, как в прежние времена, будут передавать друг другу миску с салатом, сыр, маслины, яйца, хлеб. А завтра начнутся летние каникулы – не для нее, конечно, но все-таки она сможет позволить себе более гибкое расписание, выкроить несколько выходных. Если удастся сосредоточиться на дочери и ни на миг не задумываться о шансе вернуться к прежней своей любви, быть может, ей снова приведется испытать если не счастье, то, по крайней мере, удовлетворение от предотвращенной катастрофы. Может, запереть Альму и не выпускать? Она однажды видела такой фильм о матери солдата и утешала себя тогда тем, что Омер еще маленький. Но сейчас Омер уже не маленький, и страх перед призывом тоже вырос. А тут получается, что сажать под замок приходится и девушек, чтобы защитить их от врагов, пусть те и безоружны, и атакуют изнутри.
– Альма, Микки, за стол! – спокойным голосом позвала она, и, к ее восторгу, Альма соскочила с дивана и уселась на свое обычное место.
Настроение у нее явно улучшилось. Из-за эсэмэсок, которые она все время принимала, или из-за стремления матери понять, что с ней действительно происходит? Следом, пошатываясь, вошел Микки – тяжеловесный, медлительный, в штанах цвета хаки и в серой майке, открывающей обвислую грудь. Омер задерживался, и Ирис решила его не дожидаться. Сколько лет Альма страдала от его прихотей! Настало ее время! И когда красные тарелки у всех были полны, Ирис сказала:
– А расскажи подробнее, Альма, про упражнения для освобождения от эго? Может быть, мне это тоже поможет.
– Конечно, это тебе поможет! – с воодушевлением воскликнула дочь. – Я как раз подумала, когда увидела, что ты прихрамываешь: ты не случайно получила тазовое ранение. Недаром на иврите «таз» и «эго» пишутся почти одинаково! Может быть, ты получила сигнал, что тебе нужно освободиться от эго.
Ирис приятно удивило, что дочь вообще сподобилась подумать о ней, и увлеченно кивнула, хотя созвучие еврейского слова с латинским ее не убедило.
– И правда интересно, – сказала она. – Так какие же есть упражнения?
– Есть много способов, каждый выбирает то, что ему больше подходит. Мне кажется, лучше всего помогает секс.
– Секс? – подавился салатом Микки.
Альма, не переставая жевать, объясняла с поразительной невозмутимостью:
– Конечно. Ведь секс – это инструмент, и с ним нужно работать, как с любым инструментом, – без всякой связи с любовью или наслаждением. Например, на прошлой неделе мое упражнение заключалось в том, чтобы спать каждый раз с другим мужчиной ради раскрытия моего истинного «я».
Ирис положила дрожащую руку на колено Микки и ущипнула, предупреждая: ничего не говори, крепись. К счастью, он был так ошеломлен, что потерял дар речи и застыл с раскрытым ртом.
– Со знакомыми мужчинами? – сдавленным голосом спросила Ирис.
– Это неважно, некоторые – да, некоторые – нет, ведь неважно, кому я подаю еду в ресторане. Я учусь быть щедрой в самых интимных вещах, – продолжала она спокойным тоном, словно в этом не было ничего особенного. – Я всегда чувствовала, что меня что-то останавливает, и Боаз помог мне понять, причина моей замкнутости кроется в сексе, и я должна практиковать его, чтобы раскрыться.
– С ним ты тоже практикуешь? – осмелилась спросить Ирис.
– С чего вдруг! – возмутилась Альма. – Он не такой, он мой учитель! Ты, похоже, вообще не понимаешь, что такое учитель!
Ирис продолжала кивать, как будто ей в шею вмонтировали пружину. Час от часу не легче: спи Альма с ним одним с утра до вечера, это было бы куда менее кошмарно. В этом было бы, по крайней мере, что-то человеческое, но то, что она услышала от дочери, просто чудовищно! Продолжая кивать, она слабым голосом признала:
– Наверное, я действительно не понимаю. Ну, тогда расскажи мне, что такое для тебя учитель.
– Что тут непонятного? – нетерпеливо буркнула Альма. – Нам всем нужен учитель. Ведь школа не дает нам ничего. Не принимай это на свой счет, госпожа директор, но мы выходим в жизнь, не понимая, как устроен мир, как устроена душа. В школе нас не учат, как жить полной жизнью, как стать частью космоса. Этому приходится учиться самим, но у нас нет для этого инструментов. К двадцати годам мы уже закоснели в своих заблуждениях. Мне повезло, что я встретила своего учителя, и он дает мне эти инструменты, он учит меня всему с самого начала. Благодаря ему я словно заново родилась. Он необычный человек, Боаз, ему даны силы, которых у нас нет.
