Читаем Ада 2 онлайн бесплатно
Сон окутывает меня, как мягкое одеяло. В нём нет снов — только отдых, долгожданный и заслуженный. Тело восстанавливается, силы понемногу возвращаются.
Где-то далеко, за гранью этого покоя, всё ещё идёт своя жизнь. Но для меня сейчас существует только это мгновение — безмятежное, бесконечное, спасительное.
По щеке что-то ползёт — легкое, щекочущее прикосновение. Хочу смахнуть и вновь погрузиться в забытье, но свинцовые мышцы отказываются подчиняться. Перетерплю, пусть насекомое, которое хочет лишить меня этого удовольствия, уползёт само.
На щёку приземляются ещё две холодные точки, следом — ещё. Они ползут по коже, спускаются по виску, другие — по шее и подбородку.
— Да ёб твою мать! — рычу я, с трудом разлепляя веки и смахивая с щеки липкую дрянь.
Сердце подпрыгивает к горлу, которое сжимается стальной петлей. Надо мной навис парень с «лихорадкой». Его мертвые красные глаза смотрят сквозь меня. Между зубов застряли куски плоти и клок седых волос. По подбородку стекает тягучая чёрная слизь, лицо и торс вымазаны кровью — свежей и блестящей в свете ночника.
Мое тело реагирует быстрее мозга. Мертвец дёргается ко мне — я хватаю кружку с тумбы и бью наотмашь ему в висок. Керамика разлетается на осколки, часть из них впивается в кожу руки.
Тварь притормаживает, дёргает головой. Я сваливаюсь с кровати на противоположную сторону, ударяюсь затылком о тумбу.
— Блять, — машинально прижимаю ладонь к пульсирующему участку. Боль вспыхивает яркой вспышкой, но адреналин заглушает её сразу.
Мертвяк прыгает на кровать, рычит — изо рта пузырится зловонная черная пена, капает на простыню, оставляя пятна. Лихорадочно ищу пути отступления, холодный пот струится по спине. В ушах шумит кровь, заглушая все остальные звуки.
С другой кровати начинает подниматься вторая тварь. Лицо съедено, скальп снят, глаза отсутствуют — зияют пустыми глазницами. На лицевых костях следы от зубов, нижняя губа висит на куске кожи, подрагивает при каждом движении.
«Если заору — спровоцирую их обоих», — мелькает мысль. Второй пока меня не видит, слепо щупает пространство перед собой.
Нужно избавиться от первого.
Он неуклюже валится с кровати. Я поднимаюсь на ноги. Ледяные скользкие руки цепляются за раненую ногу — мёртвая хватка, пальцы впиваются в повязку, задевают рану. Адская боль током пробивает каждую клетку, перед глазами вспыхивают искры.
Пинаю его здоровой ногой — и тут же жалею об этом. Удар о твердый череп приносит новую порцию боли, а тварь лишь на несколько секунд теряет хватку. С трудом выдергиваю ногу из цепких пальцев, отскакиваю назад.
Второй слышит нашу заварушку — поворачивает голову, будто улавливает вибрацию воздуха. Щупая стену, медленно двигается в мою сторону, шаркает ногами по полу.
Взгляд цепляется за ложку на тумбе — металлическую, с длинной острой ручкой, оставленную после чая. Тварь тяжело поднимается с пола, хрипит, пускает пену. Я в момент хватаю ложку, отпрыгиваю назад, упираюсь в холодную стену. Халат липнет к потной спине, дыхание сбивается.
Мертвец, движимый инстинктом, вытягивает культю и руку прыгает на меня. Тяжёлое тело впечатывает меня в стену, гнилая вонь въедается в рецепторы — запах разложения, крови и чего‑то кислого и тошнотворного.
Хватаю его за липкую шею — пальцы скользят по холодной, склизкой коже. Второй рукой вонзаю длинную острую рукоять ложки в глазницу. Металл входит с противным хрустом, тварь издаёт хриплый рык, дёргается, но я держу крепко, вдавливаю ложку глубже.
Мертвец обмякает, с грохотом падает на пол. Я пытаюсь отдышаться. Сердце колотится как бешеное, руки дрожат.
Второй мертвец уже близко — шаркает, сопит, тянет руки вперёд. Он не видит меня, но чувствует присутствие живой плоти. Оглядываюсь в поисках оружия. На полу — осколки кружки, рядом — стойка капельницы.
Делаю шаг в сторону, беру стойку, перехватываю руками примерно за середину металлического штатива. Прижимаюсь к стене, жду.
Тварь приближается, босые ноги шаркают сухими пятками. Замираю, считаю шаги. Раз… два… три.
Когда он оказывается в метре от меня, подаюсь вперед вонзаю острие стойки в пустую глазницу с такой силой, что она выходит с другой стороны. Штатив рвёт плоть, кровь струей вылетает на стены и пол. Мертвец дергается, издает булькающий звук. И наконец мешком заваливается назад. Голова приземляется на железную перекладину кровати, крупное тело переворачивает конструкцию все это сопровождается грохотом и лязганьем металла.
Тишина.
Я стою, тяжело дыша, сжимая окровавленные кулаки. Руки дрожат, повязка на ноге промокла кровью, боль пульсирует в такт ударам сердца. Оглядываю палату: два неподвижных тела на полу, кровь на стенах, осколки керамики.
В коридоре раздаются шаги, голоса. Кто-то кричит:
— Здесь! В четвертой палате!
Дверь распахивается. Вбегает бородатый военный, за ним — Роза и Кайл.
Кайл бледнеет, увидев меня: я вся в крови и слизи, с бешеными глазами и чертовски недовольна.
— Ада! — он бросается ко мне, хватает за плечи. — Ты цела?
Киваю, пинаю осколок под ступнёй — тот с тихим звоном отлетает к стене.
