Читаем Беседы с Джедом №1 онлайн бесплатно

(Джед и Дуглас расположились друг напротив друга. Дуглас, тридцати лет, сидит со скрещёнными ногами и босой. Мы присоединяемся к ним в середине разговора).

Дуглас: Но я хороший человек. Я не делаю никому больно, жертвую на благотворительность, хожу в церковь. Неужели это совсем не считается?

Джед: Я бы сказал, что это неплохой вопрос для изучения в процессе духовного самопереваривания [autolysis]. С него хорошо бы начать.

Дуглас: Что? Засчитывается ли хоть как-нибудь, что я хороший человек?

Джед: Засчитывается ли хоть что-нибудь хоть в чём-нибудь. Спроси себя, что ты имеешь в виду под этими словами. Засчитывается что? Засчитывается кем? Что это за сущность или организация, присматривающая, как ты думаешь, за тобой? Для кого ты устраиваешь представление? Кто твоя аудитория?

Дуглас: Вы спрашиваете меня?

Джед: Я предлагаю тебе спросить самого себя.

Дуглас: Бог? Карма? Я не знаю.

Джед:Я знаю, что ты не знаешь, но ты не знаешь, что ты не знаешь. Это один из примеров работы теневого демона. Ты погружён в тени, и тебя дурачит твой же ум. Ты видишь размытые очертания, а твой ум интерпретирует их как настоящие предметы. Вот для чего нужен процесс духовного самопереваривания — пролить свет на эти области тьмы в твоей вселенной, где, как тебе видится, что-то прячется, и увидеть ясно, что там ничего нет, и, кстати, никогда и не было.

Дуглас: И чем это поможет?

Джед: Пролить свет на свою внутреннюю вселенную — это… Ты правда хочешь заставить меня это произнести?

Дуглас: Произнести что? А, просветление? Ну да, хорошо, извините, я понял. Так как это делается? Просто начать писать? Или я записываю вопрос и пытаюсь ответить на него или как-то так?

Джед: Делай, как получится, как можешь, письменно или устно, как тебе удобнее. Придай этому какой-то контекст и подтекст. Пиши, будто пишешь самому себе в прошлое или своему ребёнку в будущее. Записывай это как проповедь или речь. Пиши мне, Кришне или своей покойной матери, всё равно, лишь бы это помогло тебе сосредоточиться.

Дуглас: Значит, как дневник?

Джед: Если бы я хотел, чтобы ты обратился к своим чувствам, то предложил бы вести дневник, но мне наплевать на твои чувства и тебе тоже должно быть наплевать. Я предлагаю тебе полностью задействовать свой мозг и заставить его наконец работать на тебя. Твоя способность думать — это твой самый главный актив, а ты даже не знаешь, как это делается. Без обид, ты не виноват. Твоя единственная надежда на пробуждение зависит от твоей способности думать, а не от способности исследовать свои чувства, посвящать себя гуру или проявлять сострадание. Ты должен думать ясно и холодно, и никто не сделает это за тебя. Есть миллион способов уверовать в своё пробуждение, и ты можешь даже убедить в этом других, потому что, чёрт возьми, да что они знают, но есть только один путь из царства сновидений, и он зависит от силы сосредоточенного ума.

Дуглас: У вас это звучит, будто речь о войне какой-то.

Джед: Не о какой-то, а о единственной войне. Внутреннее противостояние тьмы и света — это единственная настоящая война. Всё остальное просто кукольное представление и театр теней. Твои глаза плотно зажмурены, и ты видишь мир, как смутные пятна света и тьмы, видимые сквозь закрытые веки. Ты ничего не можешь увидеть ясно, поэтому просто гадаешь, что там происходит. В этом нет ничего плохого или злого, это просто способ жить с закрытыми глазами. Но теперь мы говорим о том, чтобы пойти внутрь и осветить это место, разрушив тьму светом, разрушив невежество ясным видением. Смотреть на всё, видеть всё, не верить ни во что. Это возможно, но это процесс. Естественно, в итоге ты станешь совершенно другим существом в совершенно другом мире.

Дуглас: Просветлённым.

Джед: Без этого слова никак не обойтись. Вот ещё один способ сказать то же самое: придя ко мне, ты просишь отсечь тебе голову, но я не могу отсечь её для тебя. Только ты сам можешь это сделать.

Дуглас: А если я не хочу отсечения моей головы?

Джед: Тогда не отсекай. Но в этом случае ты говоришь совсем не с тем человеком. Я обучаю декапитации самого себя. Это всё, что у меня есть.

Дуглас: Говорят, это хорошо — иметь специализацию.

Джед: Мудрые слова.

Дуглас: Я ещё не уверен, что ищу именно это.

Джед: Я уверен, что это не то, что ты ищешь, но это то, что ты нашёл. Обращай внимание на подобные вещи.

Дуглас: Вы говорите, что?..

Джед: Я говорю, что ты можешь узнать, как открыть глаза и искать самостоятельно, потому что на любой твой вопрос у меня всегда один ответ. Спроси у меня, который час, я отвечу — время открывать глаза.

Дуглас: И духовное самопереваривание сделает это?

Джед: Это сделает думание, но начать должен ты — выработав в себе сосредоточенность и воспламенив намерение. Вот с этим и поможет процесс письма. А потом сосредоточенность и намерение помогут усилить самопереваривание, они будут подпитывать друг друга, и затем ты по-настоящему совершаешь настоящий шаг, а путь к пробуждению никогда не бывает чем-то большим, чем следующий шаг. Дальше.

Дуглас: И вы полагаете, мне именно это следует делать?

Джед: Нет, я думаю, тебе следует завести семью и быть христианином, или буддистом, или заняться чем-нибудь ещё безопасным и забыть обо всех этих штуках с пробуждением. Это жизнеотрицающее занятие. Какой в нём смысл?

Дуглас: Но вы же учитель просветления.

Джед: Ага, вроде того, но что если бы я обучал накрыванию гранат своим телом? Это не значит, будто я считаю, что каждый должен пойти и всё время прыгать на гранаты. Накрывание собой гранаты — очень ограниченная область деятельности при очень специфическом стечении обстоятельств, и лишь очень немногие люди могут столкнуться с необходимостью даже просто увидеть это. По крайней мере, я так надеюсь. Мир был бы довольно поганым местечком, если бы всем был нужен учитель накрывания собой гранаты.

Дуглас: Никогда не встречал такого учителя, как вы. Вы очень странный.

Джед: Ха! Ты думаешь, я странный? Тебе нужно увидеть мои пальчики на ногах.

Дуглас: Зачем? У вас странные пальчики?

Джед:У всех пальчики странные. Давай не будем начинать. Не обращай внимания, извини, что я заговорил об этом. Просто это моя собственная маленькая страшилка. Наверняка у каждого есть свои больные темы. Одни говорят о том, как покончить с голодом или установить мир во всём мире, а другие — о пальчиках на ногах. Нет, правда, давай не будем.

Дуглас: Ладно.

Джед: Нет, ну в самом деле, серьёзно, что, чёрт возьми, это такое? Съёжившиеся маленькие пальцы ног, правильно? От них никакого вреда, они выглядят уродливо, они чертовски болят, когда ударишься, их непросто содержать в приличном виде, и, хотя мои довольно красивы, у большинства людей они абсолютно отвратительные.

Дуглас: Хорошо, хорошо, извините, что спросил.

Джед:Твои отвратительны. Посмотри на эти глупые штучки. Серьёзно, ты когда-нибудь задумывался о пальцах на ногах? Может, тебе с них начать своё самопереваривание? Призадумайся обо всех этих пальчиках. Пальчики?! Ну ладно, я понимаю, когти — они хоть зачем-то нужны, верно? Карабкаться, копаться, защищаться или что угодно ещё, но зачем нужны пальчики? Низачем. Они просто расположены здесь и выглядят нелепо. Ах, извините, они загибаются. Ух ты, как это прекрасно.

Дуглас: Ну, я не знаю.

Джед: Конечно, ты не знаешь, — никто не знает. Если бы со мной не приключилась эта штука с просветлением, я бы организовал кампанию по информированию общественности о том, как глупо выглядят пальчики на ногах. Абсолютно нецелесообразны. Изъян в дизайне. Кто-то притомился, пока создавал человека и просто бросил это дело. Вот с кем хотелось бы словечком обмолвиться — с ленивым ублюдком, с глупым изобретателем пальчиков на ногах. Это даже не изобретение, это что-то вроде: «Ух ты, а как бы ногу закончить? А, знаю, надо просто скопипастить несколько пальцев, а потом скомкать их до состояния бесполезных шишечек». Ага, хорошая работа. Спасибо, приятель. Благодарю, что приделал кучу бесполезных пальчиков на конце моей ноги. Теперь я цирковой уродец, потому что ты не можешь сделать свою работу как следует.

Дуглас: У нас у всех есть пальчики.

Джед: Это что, делает их лучше?

Дуглас: Вы меня сейчас чему-то учите?

Джед: Ага, я учу тебя, как глупо выглядят пальчики.

Дуглас: Они помогают при толчке и сохранении равновесия.

Джед: Кто помогает?

Дуглас: Пальчики.

Джед: Пальчики? Ты шутишь? Это же пропаганда пальчиков, и её много. Я слышал, что говорят приверженцы пальчиков: пальчики важны, пальчики выполняют какую-то функцию. Чушь собачья. Пальчики — вечные неудачники в семействе частей тела. Равновесие? Толчок? Нагрузка? Серьёзно? Ты когда-нибудь видел шерпу?[1] У них пальчики на ногах чернеют и отваливаются ещё в молодости. Они возвращаются домой с восхождения и вытряхивают их из ботинок, как камешки. А ведь эти ребята живут тем, что ходят в горы, удерживая равновесие с тяжёлым грузом на плечах. Они не сваливаются с горы из-за того, что у них нет спасительных пальчиков. Ты хочешь понять истину мироздания и не можешь понять даже того, насколько нелепы пальчики. Я предупреждал тебя не начинать.

Дуглас: Извините.

Джед: Не извиняйся, просто займи правильную сторону в споре о пальчиках, и тогда мы сможем поговорить. Ты когда-нибудь размышлял, о чём думали люди, пока распинали Иисуса? Думаешь, они говорили что-то вроде: «Ах, как сияет его лик! Эти проклятые тернии вот-вот выколют ему глаза». Нет, они говорили: «Твою мать, посмотрите на его пальчики». Его пальчики были прямо там, торчали прямо под носом у присутствующих, и какая разница, чей ты там сын, при таких обстоятельствах твои пальчики вряд ли будут выглядеть блестяще. Даже в лучшие времена этот парень не увлекался регулярным маникюром-педикюром. Это пустыня, эти люди целый день ходят в сандалиях, наверное, им не до процедур увлажнения. Нет, серьёзно, у Иисуса, наверное, в эти трудные последние дни была куча других дел, да поважнее, чем уход за пальчиками, которого они заслуживают, но когда его распяли, они были там, выставлены на всеобщее обозрение, отвлекая внимание людей от происходящего в целом, ну, основного события, что спаситель страдал и всё такое, так что все только и могли думать: «Исусе Христе, гляньте на эти отвратительные пальчики».

Дуглас: Ммм, ага, ладно. Послушайте, без обид, но я не думаю, что вы можете быть моим учителем.

Джед: Учителем? Тебе не учитель нужен, а психотерапевт. Мы против того, чтобы толпа фетишистов, балдеющих от ног, обрела просветление и продвигала свои пальчиковые идеалы в качестве духовного окормления, обогащения, развития или чего угодно ещё. В этой духовной игре куча обнажённых пальчиков, мой друг, — куча. Люди в сандалиях, дети-цветы[2], люди в поисках связи с землёй и дерьмом, массажисты. Серьёзно, духовных людей и на минуту не заставить прикрыть пальчики. Это у них что-то религиозное. Кажется, они думают, что приличная обувь блокирует их энергию кундалини или что-то ещё. Знаешь, что блокирует мою энергию? Посмотреть на сборище духовных искателей и увидеть пялящиеся на меня отовсюду чёртовы пальчики. Помню, однажды, во время Гражданской войны — извини за эту чепуху из прошлой жизни, да ладно, неважно — сидел я в каком-то лагере, ну, знаешь, куда они сгоняют всех пленных, так вот, ты наверняка знаешь, что они не запасают для тех парней, которые собирались их убить пять минут назад, лучшую провизию, одежду и лекарства, верно? И вот мы там, я и куча довольно сердитых ребят, погода паршивая, все больные, голодные, извалявшиеся в грязи, и знаешь, чего ни у кого нет? Хорошей пары ботинок. Ни одной. Ни ботинок, ни шерстяных носков, ничего. Каждый заворачивал ноги в тряпки, и везде торчали эти отвратительные пальчики. Такое дерьмо нарочно не придумаешь. Первой жертвой войны всегда становятся ноги, верно? Они всегда первыми начинают гнить и отваливаться. Траншейная стопа[3], обморожения, неважная гигиена. Может, хватит? И вот ты думаешь, действительно: всё очень плохо, все больны и покрыты кровью, грязь, рвота, человеческие отходы везде, люди без остановки кричат от боли, но не это подавляет, верно? Нет, хуже всего то, что повсюду торчат эти отвратные чёртовы пальцы. Оскорбляет до глубины души, верно? Я говорил тебе не начинать. Нет, ну серьёзно, разве нет?

Дуглас: Возможно. Я не понимаю, как у пробуждённого духовного наставника может быть такой заскок на пальчиках.

Джед: Ты что, с ума сошёл? Ты ничего не можешь осознать, если не осознал всю эту катастрофу с пальчиками. Глубокое презрение к пальчикам — это самый первый признак духовного мастерства. Даже в Библии об этом говорится. «По знакам этим узнаете их, будут они взирать на всё сотворённое в удивлении и восхищении, кроме пальчиков, которые совершенно нелепы».

Дуглас: Вы закончили?

Джед: У меня ещё не всё.

Дуглас: Ну ладно, зато я закончил. Я собираюсь найти учителя, который не превращается в психа, когда дело доходит до пальчиков.

Джед: Нет, нет, Дуглас, эй, да ладно, мужик, извини, правда. Расслабься, устраивайся поудобнее, это была просто небольшая начальная проверка. Поздравляю, ты прошёл её. Принимаю тебя в качестве моей клешни. Теперь иди прикрой свои пальчики, пока я не оттяпал их, как следовало поступить твоей маме. Не обращай внимания, беру свои слова обратно. Не будем обвинять твою бедную покойную мать.

Дуглас: Моя мать жива.

Джед: А я думал, ты сказал, что умерла.

Дуглас:Вы сказали, что умерла.

Джед: Я даже не знал эту женщину. И всё же я обычно прав насчёт таких вещей. Давно ты с ней разговаривал?

Дуглас: Слушайте, я не знаю, что вы делаете — пытаетесь развеселить меня, научить чему-то или вы просто больной на голову…

Джед: А все три варианта сразу возможны?

Дуглас: Всё. Прощайте, Джед.