Читаем Диагноз: Бывший онлайн бесплатно

Все совпадения случайны

– У нас собрание? – киваю постовой медсестре на толпу врачей и медсестер в холле, разматывая на ходу шарф с шеи и раздеваясь. – Надеюсь, не из-за того, что я опоздала, – подбадриваю сама себя.

Дочка заболела и пришлось отвезти к родителям.

– Неа. У нас новый зав, Жень. Все это обсуждают, так что не не до тебя.

– Фух.

– И кто он?

– Пока не знаем, но…. он такой.… мммм… – закатывает глаза Оля. – Высокий. Серьёзный. Брутальный. А главное.… холостой.

Понятно. Проходили уже это.

Я быстро в раздевалку, переодеваюсь в бирюзовую хирургическую робу.

У меня против моей воли возникает очень четкий образ широкоплечего кардиохирурга из прошлого. Усмехаюсь. Теперь у меня на таких стойкий иммунитет. Привита, слава Богу.

Когда выхожу в коридор, возле поста уже собираются хирурги, кардиологи и медсестры. Всем интересно посмотреть на нового заведующего.

– Привет, Жень, – здоровается Николай Николаевич, хирург, с которым мы в смене и которому я обычно ассистирую.

– Здравствуйте, у нас же сегодня операция?

– Да, – кивает, просматривая на ходу какие-то бумаги, – замена клапана.

Понимающе киваю, люблю знать, к чему готовиться. Да, я пока только ассистирующий хирург, но придет время и сама буду делать операции.

Николай Николаевич Росницкий последний месяц исполнял обязанности заведующего отделения. И все думали, что именно он и займет это место. Ждали только официального назначения, а тут на тебе… Кто-то со стороны.

Я захожу за стойку к Оле и присаживаюсь на край стола.

– Заинтригована? – улыбается мне.

– Очень, – смеюсь в ответ.

– Росницкий недоволен, видела? – наклоняется ко мне и шепчет Оля.

– Ага, он давно присматривался к этому месту. Даже говорил мне, что поменял бы в отделении, будь он тут заведующим. А тут как будто специально нового ждали, – шепчу ей.

– О! Идут, – выпрямляется Оля, я поднимаюсь за ней.

Первым идет Валерий Андреевич, наш главврач, за ними ещё несколько врачей.

– Коллеги, – начинает Валерий Андреевич. – Хочу представить вам нашего и вашего нового заведующего отделением, – мужчина в белом халате делает шаг вперед.

Меня передергивает от того, кого вижу.

Хочется одновременно сбежать, дать пощечину и плюнуть в лицо.

– Высококлассный кардиохирург – Артём Александрович Амосов, – презентуют нам нового зава.

А-мо-сов.

Я выдыхаю из легких весь воздух и замираю.

Давайте я лучше презентацию вам сделаю.

Не вот эти пафосные речи о нем, как о враче. Тут все на высшем уровне. Кто бы сомневался.

Как о человеке.

Который соблазнил студентку. Заставил ее влюбиться. Переспал с ней. А потом оставил на столе записку, предупреждая, что было ночью и чтобы я приняла таблетки и не залетела. А сам свалил за границу повышать квалификацию. Прихватив с собой бывшую жену и сына.

Повышать квалификацию.

– Доброе утро, коллеги… - его голос не изменился.

Низкий, бархатный пробирается под кожу и будоражит кровь.

Четыре чертовых года прошло.

А я всё также его ненавижу и не могу простить.

В груди горит.

Амосов рассказывает что-то, но у меня все слова мимо. В голове шумит и ворох мыслей, вопросов и проклятий.

Вот какого черта он явился? Почему сюда-то.

Другого места, что ли, не нашлось? Серьёзно? Во всей столице одна только клиника? Ну много же центров кардиологических, где его ждали бы с распростертыми объятиями.

А не наш скромная частная клиника.

Украдкой рассматриваю его.

Широкая накачанная грудь, плечи. Проступают через хирургичку. Ткань халата натягивается на мышцах рук.

Аккуратная щетина, видно, что ухоженная.

И голубые глаза.

Фирменные.

У Янки точь-в-точь, как у него, цвета морской волны на рассвете. Тепло-голубой. Редкие очень, поэтому и сложно не отметить это.

– .… Опыт работы заведующим у меня большой, а также есть опыт работы в кардиохирургии более десяти лет. Стажировка за границей. Я собираюсь вывести наше отделение на совершенно другой уровень. Но об этом расскажу чуть позже.

Он ведет взглядом по толпе.

С каждым заочно знакомясь и тормозит на мне. Узнает мгновенно. Запинается на доли секунды. Облизывает губы.

Весь мир будто ставит на паузу. Он и я. Я и он. Мы и есть. И нас уже нет.

– Наслышан, что у нас тут очень сильная команда, поэтому я бы хотел познакомиться со всеми лично, – слышу Амосова, – я буду приглашать вас на индивидуальную беседу, будьте готовы.

Индивидуальная беседа.

Уволится надо до нее? Или всё же пощечину залепить.

Я только нашла место, в котором мне нравится все. От руководства до уборщиц. Идеально подобранный персонал, достойная оплата и самые современные технологии.

И что теперь?

Отказаться от этого, чтобы только не встречаться с ним?

Выдыхаю. Успокаиваюсь.

Вот как с ним работать? Личное дело мое подними, там же синим по белому написано – дочь Яна Артёмовна. Как врач уже сроки рассчитает.

А не хочу ее делить с ним. Знакомить их. Чтобы какие-то права имел.

Он свой выбор сделал. Проголосовал постинором.

А это моя дочь, которую я выносила и родила. Его вклад вообще минимальный. На его месте мог быть любой.

– Артём Александрович, рады видеть вас в числе наших новых сотрудников…

– Гуль, – толкает в бок Оля. – А чего он так на тебя смотрел? Вы знакомы?

Ещё как. И даже больше, чем она может представить.

– Знакомы, Оль. Он у моего папы работал в больнице раньше, мы там с ним пересекались.

– Мммм.… ясно.

Ясно все, кроме того, что у нас с Амосовым есть дочка. Но он так рвался за границу строить карьеру, что решила не отвлекать его от цели всей его жизни. Ничего, сама справилась, родители и брат помогли. Но Оле эта информация не к чему.

– Строгий он? – шепчет Оля.

– По работе – да.

В остальном... Невольно мне тянет в груди. Всё же было и хорошее что-то. Чертов Амосов. При одном воспоминании тело снова начинает реагировать.

Это просто надо пережить. Да, воспоминания такая штука, что могут всплыть и накатить, но больше это не цепляет.

– Я попрошу всех хирургов и кардиологов, – обводит снова взглядом всех Амосов, – зайти в мой кабинет на пару минут, потом приступите к работе.

Артём кивает всем и останавливает взгляд на мне.

“Ты тоже”, – одним взглядом приказывает мне Амосов.

Иду за всеми.

– Не нравится он мне, – недовольно бубнит Росницкий.

Смыкает губы в узкую полоску и напрягает челюсти.

Место заведующего у него утекло из рук. Амосов ещё и работать не начал толком, а у него уже тут клуб недовольных собирается.

– Коллеги, ещё раз повторюсь, кто не запомнил, – Артём присаживается на край стола, – меня зовут Артём Александрович. У нас будет скоро ряд изменений в отделении. У нас сейчас две кардиологических операционных. Мы будем открывать ещё две. Одна из них будет оборудована современным роботом для операций с минимально инвазивным вмешательством.

Берет со стола ручка и крутит в пальцах.

Поднимает взгляд. На меня.

– Это из глобального, остальное будет касаться мелочей. На данный момент мне на некоторое время нужен личный помощник, чтобы быстрее разобраться что к чему и быстрее внедрить новую систему работы.

– А что со старой не так? – ухмыляется Николай. – У нас и так все на высоте.

– С кем я разговариваю? – кивает в ответ Артём.

– Николай Николаевич Росницкий, врач-кардиохирург.

– Для муравья и метр – это высота, Николай. У нас с вами другие цели и планы помасштабней. Поэтому я тут. Я глянул список плановых операций на сегодня. Николай Николаевич, кстати, у вас будет замена.

Как замена? Я с Росницким. Меня что ли заменяет? Не верит, что я могу? Сомневается во мне?

– Я не могу сейчас менять ассистента, – выходит вперед Росницкий, у меня операция через час.

– У вас замена клапана. Операция типовая. Вам поассистирует, – Артём пробегается взглядом по списку, – Макаров. А Евгения Олеговна временно займет должность моей личной ассистентки.

Чего?!

– Я тут человек новый, мне тоже нужен ассистент.

– Я против, – поднимаю руку, когда Амосов заканчивает.

– Это не обсуждается, Евгения Олеговна. Если больше нет вопросов, я никого не задерживаю. На личную встречу буду приглашать в течение рабочей недели. Пока работаем в штатном режиме. Хорошего дня, Евгения, задержитесь.

Я работаю тут уже год. Переучившись с пластического хирурга на кардиохирурга, устроилась сюда. Многое за время расставания с Артёмом хотелось забыть. А лучшее лекарство, как оказалось не время, а занятие по душе.

Таких дел было у меня два – дочка и учеба. Мама с папой были против, чтобы я переучивалась и рожала, но если бы послушала их, то свихнулась бы.

Я и не думала тогда, что получится дорасти до ассистента кардиохирурга. Было дикое желание, но не было уверенности. Беременность, роды, маленький ребёнок. На одной чаше весов.

Забыть все, что было до этого с Артёмом – на другой.

И чтобы Амосов и там не перевесил и не вогнал в депрессию, пришлось учиться. Много, на износ, но хирургия вытеснила все мысли о нем. Успокоила.

А теперь он вот так просто врывается в мою жизнь и одним взглядом собирается разрушить все.

Отхожу в сторону, персонал проходит мимо меня.

– Николай.… – шепчу, когда проходит мимо меня и пожимаю плечами.

– Хлебнем мы с ним, – отвечает то ли мне, то ли в пустоту и проходит мимо.

Я жду, когда последний человек выйдет из кабинета Амосова и закрываю за ним дверь.

Внутри закипает. Зубы сжимаю, чтобы не выдать ему весь поток моих недовольств.

– Привет, Жень, – улыбается, когда остаемся наедине.

Рад, говнюк, меня видеть.

– Здравствуйте, Артём Александрович, – холодно отвечаю.

Усмехается уголком губ.

– Неожиданно было тебя тут увидеть, – убирает ручку на стол.

– Вас тоже.

– Можешь на “ты”. Мы одни тут.

– Не стоит, в больнице у меня исключительно рабочие отношения со всеми, поэтому нет разделения наедине или нет. И, Артём Александрович, я теперь кардиохирург, а не ассистентка, поэтому найдите себе, пожалуйста, кого-то другого.

– Жень…. – откашливается, как перед очень щепетильным разговором.

– Артём Александрович, я уже сказала, что на работе у меня исключительно рабочие отношения. В личную жизнь других сотрудников я не лезу. Что было в прошлом,там и осталось. Я живу настоящим. Поэтому, если можно, Евгения, – звучит вполне уверенно.

Артём прикусывает губу, как будто не этого ждал. Но чтобы я показала, что переживаю хоть грамм о том, что он сделал, да ни в жизнь!

– Отличную профессию выбрала, Женя.

Молча смотрю на Артёма. Мне на его одобрение фиолетово.

– Работать будешь со мной.

– У меня расписан план операций на неделю. Нельзя просто так оставить Росницкого без ассистента.

– Это не твои заботы. Ассистент у него будет. На эту неделю снимаю тебя со всех операций. Поможешь мне тут освоиться и разобраться со всем.

– Почему я? Возьмите любую медсестру, она поможет лучше.

– Мне не нужна медсестра, мне нужна ты.

Смотрит в глаза. И пробирается ими под одежду.

Заставляет даже на расстоянии почувствовать его взгляд и ощутить как перебирает по коже. Его слова звучат двусмысленно, но я делаю вид, что не замечаю этого.

Не замечаю его взглядов и оценок того, как я выгляжу. Знаю, что выгляжу на десяточку.

– Вы сомневаетесь во мне как в специалисте, поэтому отстраняете от операции?

– Нет, – серьёзно отвечает. – Просто я тут только тебя знаю и тебе пока доверяю. Вернешься к операциям, не волнуйся. Построим твой график, но пока работаешь со мной.

Не хочу я работать с ним. Время не хочу проводить с ним. Подальше держаться от него хочу.

– А если я откажусь?

– Ты не можешь.

Гад. Снова все внутри затягивается паутинкой льда.

– Значит так, Женя, для начала составь мне список всего персонала нашего отделения. Врачи, – подчеркивает ребром ладоней один список, – медсестры, остальной персонал, все группы отдельно. Потом по этому списку запроси личные дела в кадрах, хочу ознакомиться, кто есть кто.

Я открываю рот, чтобы отказаться, но если сделаю это, кто-то принесет ему мое личное дело и Артём узнает о Яне, вот тогда будут другие вопросы. Я не хочу, чтобы знал. Чтобы появлялся в ее жизни и исчезал. Пусть будет все, как есть. И лучше я личными делами займусь, там проще скрыть информацию о себе.

Приходится согласиться на его условия.

– Хорошо, ещё что-то?

– Карты всех пациентов, кто сейчас числится в отделении на стационаре.

– Ещё что-то?

– Кофе.

– Хах, – вырывается само. – А вы не обнаглели Артём Александрович?

– На этой неделе тебя платят за то, чтобы ты делала то, что я говорю. Жду кофе и личные дела.

– Круассан не желаете? – язвлю в ответ.

– Нет, просто черный кофе, без сахара.

Резко разворачиваюсь, так что, высокий хвост с размаху бьет по лицу.

– У тебя десять минут, – слышу в спину.

Закатываю глаза, но, сдержавшись, молча выхожу и захлопываю дверь.

– Ну как, Жень? – меня тут же окружают Оля и ещё пара медсестер. – Что говорил?

– Будет личные дела каждого изучать.

– Искать незамужних, – смеется Оля. – Мне бы такого мужа. Перспективный, крутой, красивый, уверенный мужик. И не женат. Мечта….

Наивные такие. Амосова под каблук. Тем более кольцо.

Он же только сердца разбивать умеет.

– Оль.… Не тот он человек.

– А ты откуда знаешь?

– Наслышана. Твой Арсений гораздо лучше, Оль.

– Евгения, у вас три минуты осталось, – слышу строгий голос Амосова и резко на него оборачиваюсь. Девчонки врассыпную от меня.

И долго он тут? Что слышал?

Как бы он там строго на меня ни смотрел, я не боюсь его. При всём его умении быть глобальным мудаком, Амосов никогда не врал мне и не делал ничего, чтобы мне было хуже.

Разворачиваюсь и иду к выходу.

Как бы мне хотелось, чтобы он жалел, что тогда уехал. Чтобы ногти грыз, сладким объедался и обрастал целлюлитом. Но это всё, конечно, не про Амосова.

Захожу в лифт, здороваюсь со знакомой медсестрой из хирургии и спускаюсь на первый этаж к кадровику.

Десять минут… Ишь какой. И туда сходи, и то сделай, и кофе принеси.

Я тут хирург, если что, Амосов. Пусть не звезда кардиологии заморская, как некоторые, но всё же желание и рвение есть. Опыт – дело наживное.

Но вот это “принеси кофе”.... хочется плюнуть туда, чтобы вкуснее ему было.

– Всё нормально, Жень? – наклоняется и шепчет та самая знакомая медсестра.

Она так смотрит на меня, что я тут же начинаю поправлять одежду и волосы.

– Да, а что?

– У тебя такое лицо, будто ты собралась кому-то кол в сердце вогнать.

Я замираю на секунду, а потом расслабляюсь и начинаю смеяться. Кол в сердце.

– Точнее и не скажешь, Танюш.

– Я слышала, у вас новый заведующий. Это не ему ли?

Лифт останавливается, двери разъезжаются.

Киваю и улыбаюсь в ответ. В подробности не вдаюсь.

Справляюсь у кадровика. Надо сказать, что личные дела мне давать не хотят, но соглашаются исключительно за счет моего обаяния. Стопочка получается приличная. Как бы ни хотела, но я не унесу это все.

И это как бы не моя проблема, пусть сам ее решает.

Беру рабочий телефон и набираю Артёма.

– Амосов, – тут же отвечает мне.

– Артём Александрович, я собрала для вас личные дела. Но их очень много, можете прислать кого-то из мужчин, чтобы помогли занести к вам?

– Хорошо, какой кабинет?

– На первом этаже, восемнадцатый.

Кладу трубку. Нечего там чирикать с ним без дела.

Пару минут ждем, пока в кабинет не заходит сам Артём.

– Амм.…

– Спасибо, что собрали все, – кивает кадровику. – Я на пару дней заберу, изучить.

– Аккуратно, пожалуйста, ничего не потеряйте.