Читаем Животная страсть онлайн бесплатно

Миксам смотрел в иллюминатор, наслаждаясь панорамой столицы — пока еще можно было рассмотреть ее величественный облик во всей красе.

— Великолепное зрелище, — подтвердил его мысли мужчина, сидевший рядом. Невысокий, плотного телосложения, с бледно-голубыми глазами и довольно коротко остриженными русыми волосами.

— Вы впервые в столице? — поинтересовался Миксам вместо ответа. В Джалане никто не носил таких причесок. Некоторые традиции предков из моды не выходили никогда.

— Нет. Периодически здесь бываю. И всегда не хочется уезжать.

— Джалан — особенное место. Никогда не хочется его покидать.

— А вы тоже не местный? — поинтересовался сосед. Судя по всему, он сделал точно такой же вывод. И, получив утвердительный кивок в ответ, задал другой вопрос. — Куда направляетесь, домой?

— Хорошая шутка, — Миксам усмехнулся. — Я туда же, куда и вы. На остров.

Бледно-голубые глаза уставились на него с любопытством.

— Говорят, что отдых там — совершенно особое удовольствие. Даже в чем-то вам завидую, знаете ли. Я туда по работе. Павел Грин, геолог-разведчик, — он протянул руку попутчику. — Лечу по заказу местных. У зверолюдей плоховато с георесурсами и дисциплиной.

— Профессор Миксам, я тоже, знаете ли, не совсем отдыхать.

— Да? — Грин заинтересовался еще больше. — А что же вы собрались там делать?

— Изучать быт местных жителей. Историю, культуру. Обычаи.

— Имперцы решили выяснить, насколько безопасным будет… экзотический туризм для высшей знати, решившей позабавиться со зверушками?

— Вроде того, — Миксам решил не объясняться в силу бесполезности.

— Ну, удачи. Не будь такой острой нужды в деньгах, я бы на острова бы носа не сунул, — вздохнул геолог. — После пустыни Генде душа требует… цивилизации. С кондиционером. Но нет, снова придется лезть в самое пекло. Говорят, жара там чудовищная. И как это зверье в своих шкурах вообще там выживает?

— Господин Грин, — Миксам с трудом сдержал нецензурную брань. Лететь им предстояло еще одиннадцать часов. — А не ваша ли это случайно заслуга? Открытие залежей в Генде?

— Ну, не только моя, — геолог, кажется, был сильно озадачен такой осведомленностью. — Скажем так, я был одним из руководителей этой экспедиции.

— Сочту за честь наше сегодняшнее знакомство, — улыбнулся Миксам, старательно избавляясь от желания прямо сейчас вцепиться в горло этому… любителю отдыха со зверушками.

Триединая империя, Альварские горы

Особняк семьи Коннор

— С каких пор ты куришь? — поинтересовалась Нора, выходя в сад.

— Не помню, — меланхолично сообщил Виктор. — Не самая плохая привычка.

— На работу не опоздаешь?

— Нет.

— Или ты вообще решил туда не приходить?

— Еще не решил.

— Продолжишь сидеть дома и пить? — Нора встала напротив сына, и взгляд ее не обещал ничего хорошего. — Или ты думаешь, я не в курсе? Давай, можешь и вовсе пойти и сдохнуть где-нибудь под горой. Детский сад! Я понимаю, ты в прострации из-за того, что твои планы разрушились. Но это не повод впадать в депрессию!

— Я не смогу вернуться на службу.

— С каких пор работа в охранке стала единственной возможностью сделать карьеру?

— Я офицер, прокурор, а из меня хотят сделать какого-то… мальчика по вызову?

— Криминального аналитика. И это работа по твоей прямой специальности. А то, что она частная — не имеет никакого значения! Государственных служащих в империи — всего десять процентов. Остальные работают, и ничего. У тебя сотни возможностей, но ты предпочитаешь сидеть и страдать?

— Я не представляю, как работать в частной компании.

— Вот и выяснишь. Возраст позволяет, знания тоже. Недостающие получишь. Я не вижу ни одной причины, по которой ты сегодня можешь прогулять первый рабочий день.

— Я еще ничего не решил, — повторил Виктор.

— Если решишь дальше сидеть и ныть, я что должна сделать, помочь? Не буду. Мог бы тогда не подписывать прошение о помиловании и спокойно повеситься в камере. Палачу меньше работы.

— А почему…

— А почему я все еще вижу тебя здесь?

Триединая империя, Альварские горы

Рабочий поселок Белый Камень

В поселок привезли передвижной планетарий. Конструкцию, похожую на сферический белый шатер. Андрей уселся, точнее, почти улегся на мягкое кресло.

В импровизированном зале было относительно тепло — видимо, как-то поддерживали температуру. А вот на улице уже царил лютый холод. Может, поэтому и народу в зале было мало, человек тридцать. Или все дело было в том, что лекция посвящалась планетарному устройству мира? Кому из рядовых работяг интересно смотреть на звезды?..

Андрей жаждал знаний. При всей благодарности за свое спасение, при всех возможностях, которые ему дал Ким, он понимал: не будет знаний — не будет той жизни, которую у него отняли. Той, которая у него была до того, как он очутился на Камчатке. Которую он теперь собирался вернуть, раз выпал второй шанс. И, пожалуй, он был почти единственным, кому закрытый городок стал нестерпимо тесен.

Даже Лиза, с трудом сменившая трехкомнатную квартиру на «временное жилище», домик-вагончик, окончательно смирилась со своей новой судьбой и как-то умудрилась влиться в местное сообщество. С удовольствием трындела с другими тетками по вечерам, занималась какой-то нехитрой работой — вроде заготовками для артефактов. Там нужны были «чуткие женские руки». Похоже, и думать забыла, что по образованию она — фельдшер, а не сортировщица камушков.

В тот момент, когда Лиза купила охапку мешковатых платьев, какие раньше не надевала даже на Камчатке, Андрей понял, что она здесь деградирует. Вместе со всеми. И он — тоже.

Да, формально он числится начальником горнодобывающей компании, наспех сколоченной «из того, что было». Да, командует всей этой оравой, общается на ты с местными шишками.

Только это даже не провинция, это глухомань. Поселок закрыт и огорожен теперь уже не просто колючей проволокой, а добротно выстроенным глухим забором. Превращен в закрытый городок с КПП.

Из двух тысяч людей, не считая тех немногих, которые уехали учиться, осталось меньше полутора тысяч — взрослых, ну и за это время родилось несколько детишек… И продолжают жить в вагончиках. Даже постоянное жилье не строят. И сколько это будет продолжаться?

Еще год-два, и он завязнет в этом болоте окончательно. Тем более, Лиза тоже нет-нет, да поговаривала о том, что часики тикают, ей уже за тридцать, а Андрею и вовсе скоро «полтишок стукнет». И откуда только таких слов понабралась? Полтишок!

Из мыслей о происходящем Андрея выбил громкий звук — началась трансляция фильма о мире, в котором они теперь живут.

«Для лучшего имперской истории мы поговорим о том, как устроена Айена. Наша планета — это спутник, сопровождающий планету-гигант Найят. Помимо этого, есть еще пять крупных и семьдесят мелких спутников. Это и объясняет завораживающую картину ночного неба…»

Андрей внимательно слушал — про Найят и особую нейтронную звезду, которая генерировала энергию, похожую на рентгеновское излучение (только термин был позабористее). Про то, что именно это излучение дает нелинейные вспышки, которые накладываются на возмущение Разлома — гигантского кратера, окруженного Альварским горным массивом. Поэтому на территории империи происходят выбросы — аномальные явления, во время которых может выходить из строя техника, а у метеочувствительных людей могут случаются приступы психоза. Это явление носит массовый характер, и, чем ближе к Альварским горам, тем сильнее влияние Разлома.

«Особенно опасным периодом считается так называемый парад планет, когда смещается ось движения спутников Найята. Происходит такое раз в семь лет. Во время парада планет непредсказуемо меняется климат…

…у метеочувствительных людей в этот период происходит массовый психический кризис. Повышается общая социальная опасность. Во время пиковой активности, длящейся около двух часов, гражданам империи не рекомендуется покидать защищенные зоны…

…метеочувствительным людям настоятельно рекомендовано заблаговременно обратиться в специальные учреждения и службы социального контроля…»

Триединая империя, Джалан

Район Кора, квартира Арины Ярл

Арина достала из духовки дичь, невероятно пахнущую пряностями, и полила соусом.

— Налетай, девы. Такое здесь даже в ресторанах не подают. Секретный рецепт моей друидской бабушки!

— Друиды же не едят мясо, — удивилась Сафира и покосилась на блюдо с неведомой птицей.

— Соус секретный, — засмеялась Арина.

— Кому секретный, а кому вполне понятный, — Лейлу ничуть не смущали явные оговорки в происхождении рецепта или майорской бабушки. Она, дуя на горячее мясо, с аппетитом жевала. — Это, по-моему, сациви.

— Как ты сказала?

— Сациви. Ну… в том мире это так называлось. Только его с курицей обычно подают.

— Курица и есть, только особенная. Это куция, — просветила Арина. — Ее искусственно выращивают. Такое даже менталисты и полукровки едят.

— Все, не корми меня больше, — Лейла отодвинула тарелку с косточками. — А то у меня пузо скоро ни в одни штаны не поместится!

— Завтра подольше погоняю, — пообещала Арина и тут же вскочила с места. — Вот ведь напомнила! Хорошо, хоть вообще сообразила, что вы из другого мира, может, у вас там и простейшие вещи тоже… другие. Надо было, конечно, раньше спросить.

— Ты о чем? — Сафира удивленно смотрела, как их бывшая кураторша роется в настенной аптечке.

— Да где ж она? Ну была же… Вот ведь! В этой беготней совсем забыла, что у вас не только учеба, но и бурная личная жизнь. Не знаю, как у вас там, а у нас вопрос… детских неожиданностей решается строго, в смысле, законодательно строго. Поэтому мальчики достаточно ответственные, не забывают, что может прилететь за беспечность. Тем не менее! Сами понимаете, целиком полагаться на мужчин, особенно, в таких вопросах не стоит. Им-то прилетит, а вам потом рожать… Вот, нашла! — Арина поставила на стол черный пузырек.

— Что это? — Сафира воззрилась на флакон.

— Настойка красной мяты. Местная контрацепция. Если есть даже незначительный шанс того, что у вас планируется личная жизнь, принимать минимум за час, максимум за сутки до того. Ну а уж час как-нибудь перетерпите. По идее, парни его тоже принимают, но лучше перебдеть. И всегда иметь с собой в сумочке.

— Я такие видела, — Лейла сцапала пузырек. — У нашей равномерной такие. Оптимистка, блин. А как он действует? Побочные эффекты?

— Никаких. Действие насквозь магическое, на физиологию влияет минимально.

— Очень удобно, — хмыкнула Сафира. С Костиком они предохранялись самым ненадежным способом, о других просто не рассказывали, а спрашивать они постеснялись. Благо, что без последствий. — Жаль, в нашем мире таких еще не изобрели. Наши как раз влияют на физиологию ого как.

— Значит, не забываем, — назидательно сообщила Арина и покосилась сначала на одну, потом на другую. — Если, конечно, я еще не поздно предупредила.

— Не поздно, — заулыбалась Лейла. — В самый раз. А у вас что, их все принимают, без назначения, без анализов там?

— Какие еще анализы? Пьют все, ну разве что за исключением менталистов.

— А у них что, личной жизни нет?

— Есть. Просто у них вопросы зачатия по-другому решаются.

— А как их можно по-другому решить? — удивленно спросила Лейла.

— Ментальным барьером, — Арина принесла чай и пирожные. — Он у них в организм встроен. Чтобы у менталиста родился ребенок, физического контакта мало. Им нужна еще и ментальная готовность стать родителями. Причем, с двух сторон и одновременно. Точно так же, от часа до суток до того.

— Это как? — спросила Сафира.

— Ну как это бывает? Придет тебе в голову шальная мысль на радостях или по пьяной лавочке — неплохо было бы обзавестись карапузом — вот и обзаведешься. А если ты об этой мысли к утру забудешь, сюрприз будет. Поэтому, если встречаешься с менталистом, капли — обязательно. Это у них в голове регулируются вопросы, можно или нельзя, а у вас физиология в любом случае сработает. Если мужчина вдруг подумает, что он хочет ребенка, ну так, абстрактно, а ты тоже будешь теоретически не против, необязательно от него, но вот подумалось… то все. Привет.

— А чего ты мне-то так настойчиво рассказываешь? — Сафира поежилась, нахмурилась и на всякий случай отодвинулась. — У меня вообще ничего не предвидится. Ни с менталистом, ни с кем-нибудь еще.

Арина перевела недоуменный взгляд на Лейлу.

— Да мы видели недавно Коннора в клубе. С девушкой. Сафира у нас в расстройстве из-за этого.

— Ну видели, и дальше что? В конце концов, не единственный мужик в империи. Тут приличных вариантов — ушами ешь.

— Пфф. Приличных у вас еще щенками разбирают, — фыркнула Лейла.

— Не поспоришь, — развела руками Арина. — Самых интересных лет в двадцать, наверное, к рукам уже и прибрали. Или у вас как-то по-другому?

— Да у нас еще до рождения, по-моему, все планы расписаны, — Сафира некстати вспомнила Артура. И совсем опечалилась.

— Да боги пресветлые, тебе самой всего двадцать, что ты себя хоронишь? Лейла, убери в сумочку, дома поделите. Срок годности неограничен. Рано или поздно пригодится.

— А когда закончится, где брать? — полюбопытствовала Лейла.

— Дорогая, ты чего? Тебе полфлакона лет на пять хватит.

— Может, я тоже оптимистка. Лес знаю, секс люблю. Ну а вдруг?

— Каким же любвеобильным должен быть этот твой вдруг! Та-ак, судя по тому, как ты покраснела, спорить я прекращаю. Если закончится, в любой друидской аптеке. Пузырек принесешь, покажешь. Ну или запомни, настойка красной мяты, десятипроцентная.

— Ну хоть кому-то в этом мире повезло найти свою вторую половину, — вздохнула Сафира и добавила. — Без лишней конкурентной борьбы.

Триединая империя, Халахинский полуостров

Резиденция семьи Маоджаджа

Сандро Маоджаджа практически закончил завтракать, когда в столовой, наконец, появилась его жена. Судя по виду, чем-то одновременно и обрадованная, и огорченная.

— Что у нас случилось?

— Драган приехал, — сообщила госпожа Маоджаджа и уселась за стол.

— Один? — Сандро отложил приборы и посмотрел на супругу исподлобья, дожидаясь ответа. — Мария?

Объяснений не потребовалось: появился сам Драган. В воздухе повисло напряжение.

— Где Лори? — снова спросил глава семьи. Хотя вопрос был риторическим, решил добить. — Она к завтраку спустится?

Драган тоже понимал, что объясниться придется.

— Она осталась в Джалане.

— Одна? — почти прошипел Сандро.

— Почему одна? — удивился Драган. — Она вообще крайне редко бывает одна. Сейчас с ней Маркус.