Читаем Защитник онлайн бесплатно

Он защитник на поле

И в жизни своей.

Если нужно спасет

И подруг, и друзей…

Луна в черном небе, миллиарды звезд вокруг, как свита …

Волшебство…

Сказка…

Я просто пронизана счастьем, особенно когда в его потемневших глазах читаю неприкрытое желание.

– Ты такая невероятная, – звучит хрипло, и наши губы снова находят друг друга, и поцелуй, как воронка, утягивает в бездну наслаждения.

Его руки стягивают лямки сарафана с плеч и находят грудь. Отзываюсь на это бомбическое прикосновение нечленораздельным мычанием.

– Двигайся сама.

Упираюсь коленками в сиденье и выполняю просьбу.

Тяжелое сбившееся дыхание, перекликающиеся стоны, его руки на моих бедрах, убыстряющие ритм, и я взрываюсь, распадаюсь на атомы и падаю на его плечо…

Парень догоняет, сделав всего несколько движений, и до боли вжимает меня в свои бедра.

Пару минут не двигаемся и молча приходим в себя.

– Хочешь прокатиться? – звучит неожиданно.

Хлопаю ресницами, не до конца осознав вопрос. Я все еще расплавленная субстанция, у которой отключена функция схватывания на лету.

– Не тормози, детка! На машине… На мне ты уже покаталась.

– Но у меня нет прав… – растерянно лепечу я и слышу его такой сексуально-будоражащий смех.

– Ночь уже. Да и откуда здесь гайцы?!

Сесть за руль – моя навязчивая идея.

Я прокомпостировала Артему все мозги, упрашивая дать мне прокатиться на его крутой тачке, когда получу права. Он все время ловко уходил от ответа, и вот так неожиданно прозвучало долгожданное «да», оглушив и обездвижив мое тело.

– Соглашайся, пока не передумал.

Киваю и растягиваю губы к ушам, осознавая, что я не ослышалась и через пару минут сяду за руль и дам газу этой шикарной малышке.

Машина – эта мечта из другой заоблачной жизни, которая у меня обязательно будет, и я просто не могу отказаться от предложенной возможности.

Открываю дверь, слезаю с парня и, поправив одежду, направляюсь за руль.

Плюхаюсь на сиденье и, вспоминая слова инструктора, регулирую кресло, поправляю под себя зеркала и пристегиваюсь.

 Ухмыляется.

– Ты готовишься, словно собралась участвовать в гонке.

– Так положено, – бубню я, не обращая внимание на прозвучавший сарказм. – Ты тоже должен пристегнуться.

– Не учи ученого!

Не спорю. Не хочу оказаться на пассажирском сиденье и завожу мотор. Он так приятно ласкает слух. Наслаждаюсь этим звуком, как всегда наслаждаюсь процессом получения из негатива с помощью проявителя и закрепителя фотографии. Несмотря на существующие крутые цифровые камеры, я люблю взять потрепанный «Зенит» отца и сделать снимки по старинке. Меня увлекает таинство рождения фотографии.

– Лупи!

Трогаюсь и медленно направляю «Ауди» на дорогу. Она такая послушная и отзывчивая, что едва я касаюсь педали газа, мгновенно стартует.

Первую улицу осторожничаю, потом немного ускоряюсь.

– Молодец! – хвалит Артем. – Ты толковая девчонка. Во всем.

Улыбаюсь.

– Сейчас будет прямой участок. Можешь ускориться.

Киваю и даю газу.

Машина тут же прибавляет, и я, не сдерживая эмоций, воплю:

– Вау!

Смеемся, пока он резко не орет:

– Тормози!

Прекрасно слышу голос парня, но перед глазами вылетевший на перекресток автомобиль, и я впадаю в ступор.

– Тормози! – еще громче орет Артем, и я вроде давлю на педаль тормоза и одновременно выкручиваю руль влево, пытаясь уйти от столкновения.

Оглушающий жуткий звук скрежущегося металла и бьющегося стекла.

– Нет! – вырывается из меня, и я вскакиваю в постели.

Тело трясет, на лбу испарина, а я пялюсь в пустоту перед собой и пытаюсь успокоиться, осознав, что сейчас авария мне всего лишь приснилась. Да, снова этот детально прорисованный сон, будто фильм, снятый по мотивам моих воспоминаний и транслируемый мне не менее нескольких раз в месяц.

Вытираю краем пододеяльника лицо и вылезаю из кровати.

Меня все еще трясет и необходимо успокоительное, чтобы отпустило.

Подхожу к столу и вытаскиваю из ящика помятую пачку «Vogue».

Я редко курю в последнее время. Почти справилась с зависимостью, которую приобрела из-за настоящей аварии, перевернувшей мою жизнь на до и после, но сейчас мне необходима пара затяжек никотина.

Всовываю ноги в тапки, тело в длинную кофту и выхожу из комнаты.

Внизу на кухне горит свет. Я вижу полосу, рассеивающую темноту, и практически бесшумно спускаюсь по лестнице, чтобы не привлекать к себе внимание.

Подойдя к двери, слышу храп. Видимо, отчим опять загулял и уснул прямо за столом.

Как мне осточертело все! И дыра, в которой я живу, и мать, что терпит этого отвратительного мужчину.

Захожу на кухню. Так и есть. Недоеденная закуска на столе, недопитая бутылка и пьяная морда, уткнувшаяся в руки и издающая отвратительные звуки.

Выключаю свет и иду на улицу.

Холодный ветер бьет в лицо, и я начинаю дрожать сильнее. Ночью в марте еще прохладно, а я вырядилась по-летнему. Ничего, проветрю мозги.

Дрожащими руками прикуриваю сигарету и, закрывая глаза, затягиваю в себя дым, который поможет мне на время поставить блок и не думать о разрушающих меня мыслях. В моей жизни и так много всего разрушающего: люди, обязательства и еще с этим утяжелителем из прошлого я не вывезу подобную жизнь.

Перемещаюсь по спортивной базе, выискивая глазами поле, на котором будет проходить первая игра ежегодного турнира «Крымский подснежник». Я освещаю это мероприятие снимками. И пусть за работу мне заплатят гроши, втайне я преследую другие цели: ищу мажора, способного увезти подальше от родного города и проблем, в которых увязла.

Задача, прямо сказать, непростая, но вовсе не оттого, что я страшная или полная. С этим как раз мне повезло: и сиськи зачетные, и талия тонкая, и задница упругая. Все при мне. Умею я и улыбаться красиво, и в глазки нежно заглядывать, просто претенденты на меня, любимую, готовы только развлекаться во время сборов, а дальше нюни распускать: «Да ты чего! Да я с родаками живу». Мелкие, короче, недоросли, а я девочка с пробегом: двадцать один уже.

Подхожу к искомому полю, пристраиваюсь на пока свободных пластиковых сиденьях для болельщиков: свой излюбленный наблюдательный пост, и кручу головой по сторонам.

Игра еще не началась, но футболисты из обеих команд уже разогреваются на поле. Парни в зеленой форме, судя по скудным данным, что есть на сайте турнира, приехали из какой-то дыры, и интерес к ним мгновенно отпадает, а вот красные – из Питера. И это круто.

Срываюсь с места и иду в их сторону, чтобы присмотреться и выбрать свою жертву. Едва подхожу к кромке, собираю оценивающие взгляды и слышу вслед: «Задница у нее зачетная!»

Оборачиваюсь и, подмигивая, добавляю:

– И не только!

Парни зависают от моей реакции. Я вообще многих ввожу в ступор просто потому, что часто говорю в лоб то, что думаю, а люди не любят слышать правду.

Около штрафной зоны торможу и останавливаю взгляд на приглянувшемся темноволосом футболисте. Он под ворчание тренера стаскивает с шеи толстенную цепочку с крестом и направляется в раздевалку. Но даже если бы я не видела его килограммовый ошейник, одного взгляда было бы достаточно, чтобы понять: чувак – хозяин жизни. Парень источает из себя убийственную уверенность, словно является владельцем заводов, яхт, пароходов. А еще шикарным бонусом фотогеничная физиономия и офигительная фигура… В общем, джекпот! Не меньше!

Приподнимаю уголки губ. Ну что, цель есть. Осталось только не облажаться.

Весь первый тайм ношусь с фотоаппаратом за красавчиком, словно Шарик из «Простоквашино» за зайцем в лесу и умудряюсь сделать шикарные фотки с его персоной, несмотря на то, что задание у меня снимать игру, а не конкретно этого футболиста.

Но у меня уже есть оправдание: он звезда своей команды и данной игры в целом.

В перерыве, понимая, что надо переходить к действиям, иду в атаку.

Улыбка на пол-лица, которая, знаю, очень красит меня, и располагающе, по-дружески бросаю ему, сравнявшись:

– Привет!

– Пока! – огрызается парень, и мне с трудом удается удержать губы в натянутом состоянии.

«Хам» – кричит все мое существо, но вслух произношу:

– Вы круто их раскатали.

– Да.

Захожу с другой стороны.

– Меня зовут София.

– Разве я спрашивал? – летит резко, и я стопорюсь от такого явного игнора. Нет, я понимаю, на вкус и цвет все фломастеры разные, но чтоб так конкретно, меня никогда еще не отшивали.

Заставляю себя снова улыбнуться, хоть не так широко и искренне и, пытаясь состроить беспросветную дуру, бросаю:

– Ну мало ли, постеснялся спросить.

Он улыбается, но как-то недоброжелательно.

– Я без комплексов.

– И я тоже, – подхватываю, стараясь протянуть между нами хоть какую-то ниточку, но все без толку. Тащусь за ним до раздевалки, но хам делает вид, что меня не существует.

Второй тайм – избиение младенцев. Зеленые совсем сдулись. Я все еще охочусь за своим грубияном, но умудряюсь сделать кадры и других ребят.

После финального свистка снова направляюсь к красавчику. Он слишком хорош, чтобы вспоминать про гордость, да и обстоятельства давят…

Лучший игрок матча стоит с товарищем по команде, и я надеюсь, что этот факт сыграет мне на руку. Парни же любят выпендриваться друг перед другом, типа: «вот какая зачетная цыпочка ко мне клеится!»

– Какие планы? – смотря ему в глаза, спрашиваю я, завуалировав в этом вопросе предложение: «Могу пойти с тобой».

Красавчик виснет на белобрысом парне рядом, выше его на полголовы, и произносит:

– Ванек, ты этой девушке очень приглянулся. Она стесняется тебе об этом сказать. Вот меня попросила.

Что?!

Вот козел! Чувствую себя страшной подружкой, которую слили другу, и просто убиваю его взглядом.

Блондин поворачивается ко мне и растягивает губы. Вижу, зацепила. В глазах лихорадочный блеск. Но он точно не тот, кто мне нужен. Наверняка живет с родителями и мечтает об интрижке.

С чего я это взяла?

Не знаю. Как-то само собой получается. Я столько занимаюсь фотографией, что, наверно, стала наблюдательной и научилась считывать людей.

– Ты мне тоже понравилась. Если хочешь, пойдем прогуляемся, – бормочет этот Ваня, и мой неполученный трофей под шумок делает ноги, оставляя нас одних.

Конечно, можно в резкой форме отшить его и не заморачиваться, но что-то стопорит меня это сделать. Нет, стать его курортным развлечением я не желаю, но возвращаться домой, где наверняка уже похмеляется отчим, и быть свидетелем их скандалов с матерью желания нет.

– Хорошо, – выдыхаю обреченно и слышу восторженное:

– Ты согласна?

Смотрю на парня.

Светловолосый и светлокожий, с прямым носом с горбинкой и твердой линией губ. Ваня, конечно, не красавчик, слишком блеклый, по мне, но сейчас, когда в голубых, как лазурь над головой, глазах парня светятся искры чего-то завораживающего, он кажется очень даже симпатичным.

– Иди переодевайся, – мягче произношу я. – Я тебя здесь подожду.

«Иди переодевайся. Я тебя здесь подожду!» – звучат слова, от которых взлетаю до небес. Эта необыкновенная, просто офигительная девочка, на которую пустили слюни все наши парни, согласилась погулять со мной!

С чего вдруг мне выпал джекпот?! Чем я отличился?!

– Я сейчас. Быстро, – лепечу, как самый счастливый придурок на свете, и несусь вслед за удаляющимся Ромкой.

– Спасибо, бро! – бросаю ему, подлетая, и вижу кривую ухмылку.

То, что красотка про меня спрашивала, это, конечно, друг приврал, но за то, что поспособствовал нашему дальнейшему общению, ему большой респект. Черта все равно другие девчонки не интересуют. Он сохнет по своей Лизе, которая уехала в спортивный интернат и на связь выходит исключительно вечером, в определенное время.

Скидываю вонючую форму и быстро ополаскиваю тело. Даже не высушив толком волосы, несусь обратно, очень надеясь, что девушка-красавица выполнит обещание и подождет.

Вижу ее издалека. Высокая, фигуристая, темноволосая… Улыбка сама собой растягивается на губах.

Не ушла!

– Спасибо, что подождала! – первое, что выдаю, когда подхожу.

Взгляд пронзительных черных глаз, в обрамлении темных ресниц, снисходительная улыбка…

– Я не спросил, как тебя зовут.

– София.

– София, – повторяю, смакуя каждую букву, как какое-то изысканное лакомство. Это имя очень идет девушке. Именно София или Софи, а не просто Соня.

Представляюсь:

– Ваня.

Она кивает.

Мы выходим с огороженной территории, и красотка поворачивается ко мне:

– Куда ты хочешь пойти?

Пожимаю плечами.

– С тобой в любое место.

Задерживает на мне взгляд и впервые по-настоящему улыбается.

Она ожидала чего-то другого?! Я ее удивил?!

– Пойдем к морю.

– Отлично. Я каждый день хожу к нему.

Снова смотрит внимательно и чуточку удивленно, а потом звучит первое признание:

– Я тоже люблю ходить к морю, особенно когда на пляже никого нет.

Зачарованно слушаю звонкий переливающийся голос и поражаюсь, какое сокровище мне досталось.

– Его можно увидеть совершенно разным, – продолжает делиться девушка. – То сердитым, мрачным и ворчащим, то утягивающим своей синевой в глубь, словно…

Она замолкает и хмурится, и всю дорогу до моря говорю практически только я.

София ловко обходит все вопросы и явно не хочет рассказывать о себе. Но я не давлю. Вот из Ромки тоже все надо вырывать клещами или ждать, когда созреет и поделится сам. Особенность людей.

На пляже никого нет, один ветер гуляет, да волны, сворачиваясь в барашки, с шумом выплескиваются на берег.

– Ворчит, – произносит она, смотря куда-то вдаль, а я любуюсь ее изящным точеным профилем и неожиданно осознаю, что пропал.

Не знаю, как люди понимают, что с ними происходит что-то подобное. Меня вот словно накрыло волной и осенило: эта девушка – мое все. Я в лепешку разобьюсь, но она будет моей.

София поворачивается и внимательно смотрит на меня.

– Что?

– Ты очень красивая!

– А ты не слишком изобретателен в комплиментах, – кривит уголки губ в усмешке.

Да, с этим у меня проблема. Я всегда играл роль второй скрипки, и в знакомстве с девушками лидерство принадлежало Ромке, пока он не слился и не пропал в своей любви.

– Зато искренен!

Улыбка исчезает с ее лица, как следы, что слизывает волна.

– Сейчас это опасное качество.

– Почему?

Она поднимает найденный камушек и запускает в воду.

– Люди часто стараются подловить других, чтобы заставить их использовать в своих целях. Так что будь осторожен.

– Откуда такие познания?

– Я взрослая девочка!

– Сколько тебе лет? – вылетает само собой.

Смотрит на меня и пусть говорит серьезно, в глазах появляются веселые огоньки.

– Девочкам не задают подобных вопросов.

– А какие задают?

– Такие, которые не смущают и не выдают конфиденциальную информацию.

Мы бродим по берегу около получаса, пока Софии на телефон не приходит эсэмэска, от которой она мрачнеет и бросает мне холодное:

– Мне пора.

– Я провожу тебя.

Решительно мотает головой.

– Давай еще встретимся.

Снова отрицательный ответ.

Молча смотрю ей вслед, не зная, что мне сделать, чтобы девушка, похитившая сердце, просто так не исчезла из моей жизни.

Она, словно почувствовав пронзительный взгляд, оборачивается и спрашивает:

– Не заблудишься?