Читаем Закрытый пансион онлайн бесплатно

- Убедительно, - горячо закончил Пётр Анисимович, - а сейчас прошу всех разойтись по своим рабочим местам и заняться предложениями по работе с данным феноменом.

  Перекинувшись еще парой слов, господа-учёные закрыли свои блокноты и устремились к двери. Я поднялась со стула и последовала их примеру. Прямоугольный проход процедил через себя дружную компанию сотрудников и те расползлись, словно насекомые, по холлу каждый в свою сторону.

  - Ада, - окликнул меня Оскар. Я обернулась и подождала, когда он поравняется со мной. Глаза цвета моря и лёгкая улыбка коснулась губ парня. Он сотрудничает с компанией лет пять, и всё это время я не могу понять, как к нему относиться. С одной стороны - душевный молодой человек, красавчик, но с другой...с другой стороны я чувствую опасность, словно общаюсь с хищником, облачившемся в шкуру ягнёнка. Я невольно поёжилась, когда он приблизился ко мне, и в который раз за время знакомства мысленно одёрнула себя и растянула губы в улыбке.

  - Я хочу кое-что обсудить с тобой, - начал Оскар. Возникла пауза, в течении которой я успела заскучать и мысленно отругать этого милашку за нерешительность. Торопить его с разговором я не решилась потому, что сразу смекнула - это личное. В конечном итоге секунды тянутся, а я стою и гляжу на бледное лицо и трепещущие длинные, будто у девушки-кокетки ресницы.

  - Ада, я подал прошение об отпуске на неопределенное время, - возобновил разговор молодой человек, а я мысленно послала хвалу всем известным Богам планеты Земля, и даже тем о которых мы не знаем. - У меня родился ребенок, сын и...отношения с матерью мальчика сложные. Хочу отправиться к ней, чтобы утрясти ситуацию и возможно решить еще кое-какие проблемы, - выдавил из себя признание Оскар, а я еле удержала мину холодности на своем лице. К таким откровениям с его стороны я никогда не привыкну!

  - Хорошо. Ты присутствовал на собрании или пропустил всё, что там обсуждалось мимо ушей? Сейчас нужно сконцентрироваться на работе и попытаться в короткие сроки изложить план взаимодействия всех людей с необычным потенциалом. И...И почему вы с той девушкой не вместе если у вас общий ребёнок? - выпалила я и в упор посмотрела в очи Оскара.

  - Это долгая история, - отмахнулся парень и уставился на стену холла. - Я виноват перед ней, и...она теперь одна из нас, из людей моря. Я сделал это против её воли.

  - Так это возможно?! - взревела я и вытаращила глаза на собеседника.

  - Есть легенда и ...короче, это сложно объяснить и ещё трудней понять. Моему роду повезло тем, что наша тайна приоткрыта. Вот и всё. В остальном нужно изучить древние фолианты или заняться простейшими этнографическими исследованиями, чтобы разобраться в феноменах Виктории и твоём. Как думаешь, этого достаточно для устного предложения по работе руководителю проекта от моего имени?

  - Вполне, - спокойно сказала я и призадумалась. Оскар что-то еще говорил о своей женщине и желании её увидеть, а я углубилась в свои мысли. Вполне возможно он прав и есть те, кто может стать такими как мы, а не родиться особенными. Морскому народу действительно повезло, что сохранились упоминания об их существовании. Но что касается моего дара, то всё гораздо сложнее. Собственно как и Викин талант к воздушной стихии.

  - Я поняла твою мысль и попытаюсь правильно обосновать вынужденный отпуск перед Ивановым, - произнесла я, причём слово "вынужденный" проговорила с нажимом. - Также доложу о твоих соображениях.

  - Спасибо тебе. Отмолю свои грехи и вернусь. Обещаю ускориться, - заверил меня молодой папаша и просиял, а я напряглась. Черты лица Оскара заострились и мужчина стал похож на акулу. Возможно, это моё воображение пририсовало ему это сходство, но мне всё равно не по себе. Этот парень обладает даром, который ничуть не уступает моему и чувствует себя в солёном море "как рыба в воде", причём в прямом смысле этого выражения.

  - Надеюсь, твой грех будет прощён, - невесело сказала я и опустила глаза.

  - Говорят, все грехи искупаются, нужно только правильно их искупить, - парировал развеселившийся Оскар, а я сказала:

  - Есть такие проступки, что для их исправления и целой жизни мало. Ладно, беги ненаглядной.

  - Пока.

  Оскар быстро пересёк холл и устремился к лестнице, ведущей на пирс.

  - Счастливо тебе, грешник, - тихо прошептала я вслед удаляющемуся мужчине и медленно пошла по коридору.

  Кабинет встретил меня искусственным светом и белыми стенами. Фон кипенных стен прекрасно контрастирует с алой мягкой мебелью и черно-белыми фотографиями в рамках угольного цвета. Помню, когда я сама решила обустроить свой рабочий уголок руководитель нашей группы очень обрадовался, что моя неуёмная натура будет занята некоторое время и выдал кругленькую сумму денег на расходы. Ремонт был сделан и я пригласила профессора полюбоваться апартаментами. Пётр Анисимович раскрыв входную дверь, оторопел и, перешагнув порог, огляделся.

  - Ну, как? Нравится? - поинтересовалась я, ехидно улыбнувшись.

  - Ещё ка-а-ак, - несмело произнёс великий научный муж и добавил:

  - А ты уверена, что это приличествует работе?

  - Что тут неприличного? - удивилась я и даже развела руками, демонстрируя недоумение.

  Руководитель научного проекта быстро кивнув, развернулся на пятках и резво сбежал.

  Я улыбнулась, вспомнив этот эпизод из моей жизни, и расположилась за рабочим столом. Беспокойство овладело мной еще там, в кабинете во время совещания. То, что Виктория непроста, я почувствовала сразу. Независимость читается в каждом её движении, хоть и напускает она себе в глаза лёгкой придури, меня не проведешь. Придётся ухо держать востро. Раздался стук в дверь.

  - Войдите, - громко сказала я и развернула своё рабочее кресло, чтобы видеть посетителя.

  - Еще раз привет, - лучась счастьем, произнёс Иван, перешагивая порог кабинета. - Я принёс данные по нашей госпоже Стратим.

  - Там есть что-то любопытное? - спросила я и откинулась на спинку кресла.

  - Ага, ты даже не представляешь на что способна эта красотка вместе со своим женихом, - хохотнул старинный друг и присел на стол прямо передо мной. Ваня - Бог компьютерного мира. Мы познакомились с ним в специализированной школе, которая волей основателей считалась "пансионом". С виду он обычный парень: сутуловат, волосы торчком, очки на носу. Но я-то доподлинно знаю, на что он способен, если этого потребуют обстоятельства.

  - И эта папочка в твоих руках подтверждение правдивости слов? - ехидно поинтересовалась я, а Ванька энергично кивнул.

  - Толстовата, - заметила я и взяла в руки добытую другом информацию.

  - Твоя не тоньше будет, - раздвинув губы в клоунской улыбке, произнёс хакер.

  - Эй, мы тут все не лыком шиты... Расскажи вкратце, что с этой девчонкой не так?

  - Коротко не получится. Могу заметить лишь одно: она склонна к авантюрам. Вот потому-то ваши с ней тесты почти идентичны. Я не психолог, но девочка крученная и пойдёт на контакт только с равным себе. Своего парня она считает где-то даже лучше её самой. Хотя по тому, как они обтяпывали делишки, этот парнишка действительно гений.

  - Они нашли друг друга. Аминь.

  - Не злись Адка. Придумаем что-нибудь. Пойду еще покопаюсь во всемирной паутине.

  Иван встал и покинул мой кабинет, махнув напоследок рукой. Когда за ним закрылась дверь, я почувствовала зуд в ладонях и стянула перчатки. Сразу стало легче. Потерев лоб, раскрыла принесённый другом компромат и сосредоточилась на его прочтении. Вика действительно оказалась не так проста. Махинации, которые они с подельником проворачивали, всегда заканчивались успехом и хорошими денежными вознаграждениями. Конкуренты жестоко избили девушку, и ее напарник Вадим сообразив к чему всё это приведет, перевел все средства в офшор на несколько счетов. Они богаты и потому странно, что готовы сотрудничать. Ладно, что ими движет мне придётся выяснить чуть позже, сейчас можно остановиться на простом "прощупывании".

  Листая бумаги и читая информацию, мой взгляд натолкнулся на фотографию молодого человека в чёрной рубашке с хмурым выражением лица. Я узнала его. Это Мирослав Некрасов. Он изменился за пять лет и из красивого подростка превратился в холёного мужчину с надменным взглядом. Он стоит в обнимку с девушкой. Я пролистала бумаги и нашла снимки Вики до операции. Это точно она. На заднем плане здание. По виду загородный дом. На ступенях веранды сидит Вадим, жених повелительницы воздуха и что-то рассказывает светловолосому красавчику. Этого не может быть! Карим? Мои мысли в голове, словно взбесившиеся кони понеслись галопом. Память болезненными вспышками оживила предыдущую жизнь. Всё напрасно, я снова там в прошлом...

   ***

  Мне исполнилось семь, когда мамы не стало. Я помню похороны и людей, что плачут возле гроба. Смотрю по сторонам и не понимаю, почему все рыдают? Мама ушла в другой мир, и то, что сейчас все оплакивают, странная кукла с лицом женщины, которую я люблю. Солнечный луч пробился сквозь зелёную листву и упал мне на лицо. Я прикрыла один глаз и посмотрела на крону дерева туда, откуда сумел проникнуть свет. Ветер весело перебирает зелёные листочки и они шуршат, отвечая а его прикосновениям. Бледно-желтые цветочки, что рассыпаны по веткам, пахнут мёдом и травой. Они одаривают своим лёгким ароматом всех, кто сейчас стоит вокруг прямоугольной ямы. Липа, так кажется, называется это дерево, как и всё происходящее.

  Церемония закончена и кукла зарыта. Меня тянут за руку и ведут в машину. Потом всё оборачивается длинным сном. Папа, профессор геологии, сгорбившись, сидит во главе стола и перед ним рюмка с белой жидкостью. Женщины, ступающие тихо-тихо, словно бояться кого-то разбудить. Мужчины с хмурыми лицами, говорящие ободряющие слова отцу, а он кивает им и пьёт рюмку за рюмкой. Я поднялась со стула и пошла в свою комнату, чтобы не видеть того что происходит. Мне потом еще долго снилась та женщина-кукла в коробке, которую зарыли вместо мамы. А мама ушла, и я видела, что её последние слова были обо мне.

  В тот последний день, я пришла в больницу и села на кровать к родительнице. Она плохо выглядела, но мне заулыбалась. Я взяла её за руки и долго держала в своих ладонях. Вдруг словно вспышка пришло озарение. Вот мама лежит и ей больно. Она шепчет молитву и просит всевышнего пожалеть и позаботиться обо мне. Конец фразы вылетает из маминого горла вместе с последним выдохом. Всё. Тело мамы лежит, а она уходит в темноту, машет мне рукой на прощанье и, улыбаясь, говорит:

  - Я всегда рядом, дочка. Я люблю тебя.

  Очнулась я от виденья и поняла, что время мамы истекает. Остались песчинки и у меня есть возможность побыть рядом с ней это время. Я до ночи просидела в больнице, пока не уснула. Как не старалась это произошло. Потом почувствовала, что меня взяли на руки и я попробовала выбраться из дрёмы, но вместо этого заснула еще крепче. Я точно видела время, в которое мамы не станет и хотела, побыть с ней, но увы. Сон, во всём виноват только он.

  Следующее, что я помню из своего детства, это прибытие в школу-интернат, которую все почему-то называют "Закрытым пансионом". Мы с отцом сидим в просторном кабинете, обставленном красивой мебелью. Папа рассказывает о нашей утрате, невозможности сконцентрироваться на работе из-за постоянных проблем со мной. Ему как хорошему родителю есть дело до моего всестороннего развития и он желает, чтобы это самое развитие я получила под присмотром хороших педагогов. Директор интерната пытается объяснить отцу, что мы прибыли слишком поздно и классы сформированы. Отец убежден в своей правоте и настаивает на том, чтобы меня проэкзаменовали.

  - Хорошо, - согласился Степан Анисимович Иванов. Моложавый мужчина, с намечающейся лысиной и стройной подтянутой фигурой улыбнулся и подошел ко мне.

  - Как тебя звать-величать? - поинтересовался он и присел рядом на широкий кожаный диван, на котором я с удобством разместилась сразу, как только вошла в кабинет.

  - Ада Михайловна Стравинцева, - бодро ответила я и растянула губы "от уха до уха".

  - Прекрасно. А что ты умеешь, милая? Писать, считать? Я могу дать тебе текст или листок с математическим заданием? Как думаешь, сколько тебе времени нужно, чтобы справиться с и написать ответы на вопросы?

  - Дайте то и другое и посмотрим, - потупив глазки, ответила я.

  Тесты оказались лёгкими и, проверив мои ответы, хозяин кабинета дал более сложный урок. Тут я его снова смогла удивить и он предпочел еще раз меня проэкзаменовать. Но я не выдержала и заявила:

  - Вам не хочется брать меня? Тогда я удивлю вас напоследок.

  Подойдя к Степану Анисимовичу, я взяла его за руку. Он ничего не понял и улыбнулся мне. Я ухватила своей ладонью вторую кисть директора и дала свободу своему гнев. Тот ойкнул и мелко затрясся, громко стуча зубами. Я отпустила его и тряска прекратилась.

  - А еще, вы умрёте спустя десять лет в этом самом кабинете. Вас застрелят.

  Иванов уселся на диван и схватился за левую сторону груди. Папа сориентировался очень быстро и сунул директору под язык таблетку. Затем выбежал и я услышала как он просит секретаршу вызвать скорую. Спустя пять минут в кабинет вбежали двое мужчин в медицинских халатах и занялись хозяином кабинета. Мы же с родителем притулились на стульях и постарались слиться с мебелью, по крайней мере, я уж точно.

  Итогом всей этой возни стал купированный сердечный приступ у Степана Анисимовича, и приказ о приёме меня в специализированный класс, который перед отбытием в пансионский госпиталь продиктовал своей секретарше директор интерната. Папа вздохнул с облегчением, а я попробовала отрешиться от происходящего и подумать, о маме. Моя самая любимая на свете женщина приложила немыслимое количество труда, чтобы я смогла блеснуть перед этим чванливым мужчиной своими знаниями. Наверное, она была бы довольна тем, что я теперь пристроена.

  Для оформления бумаг потребовалось достаточно много времени и мы с папой заночевали в гостинице при школе. Во время каникул или воскресные дни родители и близкие школьников могли оставаться в ней, чтобы еще один день провести со своими чадами.

  Расстались мы с отцом легко, улыбаясь друг другу и радуясь, что прощанье оказалось коротким. После этого заместитель директора, дама нордической внешности с ледяным взглядом, провела меня по всему зданию, которое состоит из нескольких корпусов соединяющихся между собой протяженными коридорами, стоящими на колоннах за исключением здания, где находятся классы "одарённых детей". Мы вышли на улицу, пересекли небольшую полянку и подошли к высокому каменному забору. В нем оказался небольшой проём со встроенной калиткой. Замок на калитке электронный и открывается исключительно специальной картой.