Читаем Выкупленная родная семья онлайн бесплатно

— Собирай свои вещи, я вас продал, — муж говорит спокойно, как будто сообщает про поездку в гости.　

— Я ведь просила тебя не употреблять, в доме малыш! — повышаю голос от безысходности. Он явно не в себе.　

— Мои мозги абсолютно трезвые. — хмыкает Иван, — а ты поторапливайся, его люди скоро будут здесь.　

— Да ты с ума сошел!　

Высокий супруг делает несколько шагов ко мне. Я отступаю вглубь гостиной.　

— Я как раз в порядке, потому что два дня не был в этом вот дурдоме! — пальцем тычет в воздухе вниз, явно имеет в виду нашу квартиру.　

Вернее, его квартиру…　

— Ты сам хотел ребенка!　

— Это чужой ребенок!　

Я и так знаю, что выносила и родила не его кровного сына. Но он сам так захотел, потому что физически не способен иметь детей. И все равно слова мужа отзываются внутри болью.　

— Именно ты нашел донора… — говорю уже тише. — Тебе был нужен ребенок.　

Конечно, я тоже безумно хотела сына или дочку. Но инициатива полностью лежала на Иване.　

— Хватит разводить спор, Лада! Дуй к себе и собирай шмотки. Не нужно никого злить! И волосы расчеши, загляни для разнообразия в зеркало.　

Тайком я щиплю себя, чтобы проснуться. Мы живем в цивилизованной стране, какая может быть продажа жены?!　

— Ты несешь бред, иди проспись, — говорю сквозь зубы.　

Супруг быстро подходит ко мне, я не успеваю отступить. Хватает за локоть, тащит в коридор. Подводит к дверям комнаты, которая в последние два месяца только моя и Матюшки.　

— Собирай ребенка и переодевайся сама! Через полчаса за тобой приедут!　

Я гораздо ниже его ростом и после родов похудела. Противостоять физически — никаких шансов. Морально в последнее время я тоже измотана — бессонные ночи, тотальная экономия на всем. Мне двадцать три, но я успела поработать в банке до декрета. Все выплаченные деньги и сбережения ушли на лечение отцу… Муж обещал содержать меня и такого нужного ему ребенка. Но как только получил свидетельство о рождении сына, его словно подменили.　

— Иди, если не хочешь, чтобы я выкинул вас силой.　

В его голосе такая злоба, что мне становится реально страшно. Лучше я и правда соберусь, возьму такси и уеду к маме. Хорошо, отец в санатории. С его-то сердцем… Я поздний ребенок в семье, мои родители уже в возрасте.　

Счастье, хоть сын все это время крепко спит. Мне он родной, но все равно при зачатии были странные чувства. Первые дни беременности я тоже ходила в сомнениях, а потом… Полюбила малыша больше жизни. После его рождения мир для меня навсегда изменился.　

— Все будет хорошо, маленький.　

У меня даже слез нет от шока и сильнейшего страха. Только бы выйти из дома целыми!　

Кидаю в чемодан нужные мне вещи — белье, пижамы, спортивный костюм. Теплые свитер и носки. Офисные шмотки сейчас ни к чему. Надеюсь, получится забрать их позже. Не знаю, как мне удается практически мыслить? Может, потому что понимаю, на новый гардероб у меня не скоро будут деньги.　

Вещи Матвея собираю почти полностью. Их не так много, из подаренного я постаралась выбрать целые. И они сразу будут нужны все. Еще бы успеть взять внизу коляску… Выдыхаю, мы готовы. Теперь нужно набрать в приложении такси.　

— Скорее, от него уже приехали! Машина ждет тебя внизу.　

Я обмираю.　

— Чья машина?　

Я реально думаю, Иван не в себе. Потому хотела только сбежать и не спрашивала — кому он нас «продал»?! Но теперь пришла пора вступить в переговоры.　

— Красильникова. Там его водитель, шмотье я вынесу сам.　

Теперь я еще меньше понимаю. Он назвал фамилию своего лучшего друга?　

— Ты о Мироне? Вы что задумали?!　

Мирон Красильников — крупный бизнесмен. Птица куда более высокого полета, чем мой Ваня. Ему так же, как и мужу тридцать пять, он был женат и развелся год назад. Я их с Иваном знаю с детства, через своего старшего брата. Но на Мирона всегда смотрела с опаской.　

— Лада, хватить выносить мне мозг! — морщится супруг. — Я захотел продать тебя, Мирон купить. Всё! В твоих интересах вести себя хорошо. И я еще раз говорю — иди, причешись.　

Я поражена и на автомате слушаюсь. Подхожу к зеркалу в прихожей, беру с полки щетку. Провожу по волосам… Они симпатичного шоколадного оттенка, но слишком мягкие. Быстро путаются. Вот и сейчас я выглядела всклокоченной.　

Мои глаза кажутся круглыми и совсем большими. А лицо еще бледнее, чем всегда. От недосыпа у меня нет мешков под глазами, зато румянец совсем пропал. Но в эту минуту я вообще как мел.　

Убираю волосы в высокий хвост. Иду за малышом и несу его к выходу, крепко прижимая к себе. Он в теплой переноске, но я не беру ее за ручки. Внутри дрожит страх.　

— Давай, Мирон не любит ждать!　

Ивану лучше знать, они давние друзья. Во мне Мирон всегда вызывал трепет — мощной спортивной комплекцией, прямым взглядом и острым языком. Он может сказать правду в лицо или покрыть собеседника сарказмом. Лично меня он никогда не трогал, но слыша со стороны… В юности я не хотела попасть под раздачу.　

Потом я стала женой его друга, и он вообще перестал меня замечать. Вежливые реплики, никаких взглядов. Так что за муха его сейчас укусила?!　

— Иван, просто позволь мне уехать к маме. Людей нельзя продавать. — говорю с, наверное, уже бывшим мужем как с сумасшедшим.　

Тот подталкивает меня под спину.　

— Мирон уже перевел сумму. Надумаешь кому-то пожаловаться, крепко пожалеешь. Помни, твой детеныш мне никто! И жалости он не вызовет.　

— Ты сам его хотел и нашел донора для оплодотворения! — повторяюсь.　

Муж злобно усмехается.　

— Ты не знаешь всего.　

Он прав, в последнее время я многого не знаю. Отец моего ребенка остался для меня анонимным донором. Также я не в курсе, из-за чего Иван так изменился. Почему он меня разлюбил?.. А ведь у нас были такие спокойные, нормальные отношения! Я без колебания вышла за него замуж. Радовалась — супруг к душе и не задержусь в старых девах. И финансов нам хватало, пусть их не столько, как у Мирона.　

— Разреши мне уехать…　

Иван кивает.　

— Ты и уедешь сейчас.　

Он сильнее толкает и я понимаю, ради ребенка не стоит лезть на рожон. Хотя что ждет нас в будущем?.. Зачем Красильникову чужая жена и сын? С его внешностью и деньгами он может получить любую модель.　

Я тоже не страшненькая. У меня стройная фигура, теперь особенно. Милое, по словам многих, лицо. С лоском сейчас дело обстоит туго, это да. Да и огня в глазах скорее всего не наблюдается. Зачем бизнесмену уставшая молодая мама?!　

Выходим из подъезда. Иван захватывает коляску, но я этому уже не рада. У дороги возле дома стоит большой автомобиль. Не черный, а темно-бордовый. Красивый, если честно. Но для меня это значения не имеет. У авто толстенький мужчина средних лет.　

— Здравствуйте, меня зовут Николай. Сзади есть автолюлька.　

Он производит впечатление доброго человека. Может, упрошу его поехать к маме? Бредово, но я цепляюсь за каждую соломинку. Иван тем временем с энтузиазмом укладывает наши вещи в багажник авто.　

Когда муж отходит я тут же собираюсь воплотить свой план. Подхожу к Николаю, мысленно выбираю самые проникновенные слова. Но первые же буквы моей речи тонут в звуке открывающейся двери машины. И мне остается только вскрикнуть.　

Это он — Мирон Красильников. Наш покупатель. Кажется, он стал еще выше. Но что спортивнее, это точно. Наверное, свою серую рубашку с коротким воротничком он шил на такие плечи на заказ. Поверх небрежно надета черная кофта, но смотрится она на нем как изысканный смокинг. На крепких бедрах темные джинсы.　

Зачем я разглядываю его с головы до ног? Наверное, пытаюсь хоть что-то понять…　

— Спокойно. Лада. Сейчас мы поедем домой.　

Я все еще прижимаю к себе сына, смотрю на Мирона в упор.　

— Вы с Иваном рехнулись? Что значит, ты купил меня у него?!　

В другой момент я бы не рискнула говорить с Красильниковым в таком тоне. Но сейчас мне нечего терять.　

— Поговорим обо всем не здесь, — Мирон не теряет спокойствия, — тебе нужно заботиться о ребенке. Едем.　

Он не трогает меня, в отличие от мужа, только выжидающе смотрит. По его взгляду я понимаю — это не розыгрыш, и он отсюда не уедет. На нас с маленьким налетает вихрь промозглого ветра — весна уже наступила, но сегодня не теплый день. Я, кажется, еле удерживаюсь на ногах.　

— Садись в авто. Лада, — повторяет Мирон, — не дури.　

И это он мне говорит?! Тяжело вздыхаю.　

— Мирон, зачем тебе всё это?..　

Все же мы с Матюшкой оказываемся в теплом салоне. Помогает мне Николай, друг мужа ко мне и малышу не притрагивается. В дороге в основном висит тишина, только Мирон и водитель коротко переговариваются. Я тоже молчу, меня от усталости начинает укачивать. Веки становятся такими тяжелыми, что сами собой закрываются.　

И кажется, только я смыкаю глаза, надо мной раздается насыщенный голос.　

— Лада, просыпайся.　

В последнее время я часто пробуждаюсь от этой фразы. Но сейчас она не раздраженно-визгливая от Ивана. Мужчина возле меня говорит совершенно спокойно. А вот у меня внутри поднимается паника, только вспоминаю подробности недавних часов. Делаю глубокий вдох.　

— Тебе плохо? — в тоне Мирона появляется тревога.　

Выдыхаю я уже злобно.　

— А ты как думаешь?　

Ответа я не получаю.　

— Николай унес твой чемодан и коляску. Давай, помогу с ребенком.　

— Нет!　

Игнорирую я и протянутую руку, выбираюсь из авто. Мирон тоже не трогает меня, но и далеко не отходит. Беру малыша, изо всех сил стараясь не разрыдаться. Еще не хватало мне с ним споткнуться и упасть. Озираюсь по сторонам — я даже не знаю, где мы! Похоже на какой-то подземный гараж.　

— Это мой особняк, — Мирон отвечает на мои мысли, — идем в жилые комнаты.　

Он шагает вперед, мне остается двинуться следом. Красильников такой же крупный, как мой супруг, но не растерял мужской грации. Он напоминает крупного хищника семейства кошачьих. Хм… А я самой себе — напуганную мышь.　

Уже скоро мы приходим в большую комнату. Она изогнута каплей — тут и прихожая, и гостиная, и обеденная зона. Я осматриваюсь только чтобы понять, нет ли здесь каких-то людей. Но вокруг пусто.　

— Спальни наверху, — сообщает Красильников, — займись ребенком, а потом поговорим.　

Я морщусь.　

— Не надо мне диктовать, что делать с моим ребенком. Объясни всё. И… отпусти.　

Породистое лицо бизнесмена теряет невозмутимое выражение.　

— Куда? Куда отпустить тебя, Лада? К мужу, которого бы я назвал коротким словом…? — Мирон ругается. — Или к старым больным родителям, которым он не даст покоя? А может быть, к старшему брату, на котором трое детей и две ипотеки?　

Я опускаю глаза. Как в юности Мирон многое подмечает и говорит в лоб.　

— Зачем ты меня… купил? — мне пора вспомнить, что я не та девочка, которая подсматривала за друзьями брата. — Ивану стал не нужен чужой ребенок. А зачем это надо тебе?　

Его без того плоские губы еще сильнее напрягаются. Он будто колеблется, но все же прямая натура побеждает. Этот человек не станет молчать.　

— Я не против детей в принципе. Но это сейчас и не имеет значения. Матвей не чужой для меня. Это мой сын.　

Чувствую звон в ушах.　

— Что?!　

— Я стал вашим донором, Лада. А теперь собираюсь стать отцом для Матвея. Ты тоже не будешь ни в чем нуждаться.　

— Зачем вы придумали это?! — не могу поверить.　

Мирон качает головой.　

— У меня на руках тест ДНК, сделанный с помощью Ивана. А все подробности так просто не расскажешь. Иди, займись малышом.　

Матвей как будто в поддержку отца заходится криком.　

Я бы ни за что не уступила, но ребенка надо покормить, переодеть. В конце концов, я не в доме какого-то бандита. Мирона я знаю уже очень давно. Но все равно тяжело. Я еле делаю вдох и выдох.　

— Где мы можем расположиться?　

Хозяин дома кивает на лестницу.　

— Идем наверх.　

Он пропускает меня вперед, пока мы поднимаемся. В коридоре, отделанном в светлых тонах, обгоняет. Подходит к одной из белых дверей, толкает ее. Я шагаю за ним и ахаю. Да он готовился!　

Большая квадратная комната превращена в детскую. Изначально она ею вряд ли была — здесь просто светлые стены, потолок и паркет. Большое окно, белый шкаф у стены напротив. Но остальная обстановка… Кроватка с белым балдахином, комод- пеленатор, на котором сбоку стоят плетеные корзиночки с детской косметикой. Еще здесь есть матерчатое кресло-качалка. А в углу замечаю портативную люльку.　

— Вы будете спать здесь, — сообщает Красильников.　

Да, у стены слева кровать в виде софы. Одному человеку места вполне хватит.　

— Когда вы обо всем договорились?! Надеюсь, не до беременности?　

В голову лезут самые ужасные варианты. Мирон усмехается, качает головой.　

— Нет. Если бы мне была нужна суррогатная мать, я нашел бы ее без твоего мужа. Конечно, прежде чем привести вас сюда, я должен был подготовить комнату. Это ведь маленький ребенок. Кстати, вспомни об этом, — он кивает на Матвея в моих руках, — я буду в доме.　

Мирон выходит, прикрывая за собой дверь. Я, наконец, достаю сына из переноски. Хорошо, он еще ничего не понимает! Но может, заметит, что интерьер далеко не как дома.　

Ваня покупал двушку еще до брака, пока жил с первой гражданской женой. Позже он планировал расширяться, а пока малышу предполагалось находиться в нашей спальне. Мы купили кроватку минимального возможного размера, для вещичек выделили полки в общем шкафу. Не слишком удобно, но я была не в том положении, чтобы топать ножкой.　

Мебель для пеленания было некуда ставить, о дополнительных люльках Иван велел и не мечтать. Он вообще до последнего тянул с покупкой приданного. Когда я была в роддоме, с помощью своей матери приобрел все по минимуму. Мои же личные деньги все ушли на отца. Возмущаться было бы ни к месту.　

— Ну кто тут у нас?　

Матюшка беззаботно лыбится на пеленаторе. Меня и саму слегка отпустила паника, не знаю, почему. В окне видны сосны и дорожка к белому забору. Симпатичная скамейка. Дом в поселке, но соседи довольно далеко. Растить тут грудничка — просто мечта. Боже, что за мысли!　

Не знаю, может, включились защитные силы организма, но я больше не дергаюсь. Это плюс, могу спокойно и вдоволь покормить сына. Он тут же засыпает, умотался в дороге. А я еще долго сижу и пытаюсь что-то сообразить. Но ни одной годной мысли.　

В итоге поднимаюсь на ноги, Матюшку оставляю в чудесной кроватке. Поищу его отца(?), попробую с ним поговорить. Да, в теории Мирон мог быть тем самым биопапой. Но не представляю, как так вышло.　

Когда Иван заговорил о доноре, я представила себе картинку из западных фильмов. Приятный молодой мужчина, русоволосый и сероглазый. У него нет личности, ведь он аноним! Его персона мне казалась чем-то средним между спасателем и врачом.　

Может, наивно. Но что дернуло Ивана позвать на эту роль лучшего друга?! Да еще такого влиятельного, как Красильников.　

Дом тих, я спускаюсь на первый этаж. В большой гостиной и на кухне хозяина нет. Мельком оглядываюсь — вся обстановка здесь светло-нейтральная. С вкраплением серебра. Впрочем, это в духе Мирона — несмотря на доходы, он никогда не демонстрировал роскошь. Остался тем же свободолюбивым парнем. Так, ну и где он?　

Прохожу через коридор к двум дальним комнатам. Дверь одной приоткрыта, Красильников сидит за столом с ноутбуком.　

Вдох-выдох, стучусь.　

В ответ на мой стук мужчина быстро поднимает голову. Не резко в испуге, но демонстрируя хорошую реакцию. Меня всегда завораживала его манера двигаться, хотя сейчас это к делу не относится.　

— Мирон, какие у тебя цели?