Читаем Всадницы и всадники онлайн бесплатно
– Смотри, летят.
– Чего? – я прекратил оттирать тряпкой очередное пятно на камне и повернулся к Гану.
– Да вон же, – протянул он руку и показал куда-то в небо.
Уставившись в направлении, указанном напарником, я, наконец, заметил чёрные точки на фоне облаков.
– А кто это?
– Драконьи всадницы, – пояснил парень. – Повезло, что мы сегодня на стене работаем, сможем получше их разглядеть.
Ничего себе! О драконах я слышал немало историй, но вживую не видел никогда. Картины и полотна, в изобилии развешанные в коридорах дворца, не могли передать и десятой доли ощущений, которые испытывал человек, наблюдавший драконов. Во всяком случае, так говорили те, кому повезло увидеть драконов не только в виде рисунков на холсте. Ну и конечно, драконьи погонщики – про них я вообще ничего не знал, эта тема, в отличие от самих драконов, почти не обсуждалась. На тех же картинах они изображались в виде закованных в броню людей, иногда с магическими посохами – вот и всё. Надо будет Гана расспросить потом об этом.
Драконы, между тем, стремительно приближались. Уже можно было рассмотреть детали: гигантские крылья, огромную голову, хвост, хищные лапы. Оказывается, они по-настоящему огромные, не меньше нескольких десятков метров в длину. На рисунках их размеры как-то не воспринимались, а вот тут сразу видно – настоящие чудовища. И все разных цветов, под стать той стихии, к которой принадлежали. Вон огромный красный – это огненный, а вон сравнимый с ним синий – ледяной. Ещё один был золотистого цвета, про него я ничего не знал. Но самым большим был чёрный, принадлежащий к стихии смерти. Про таких драконов ходили просто какие-то невероятные истории, из которых решительно невозможно было понять, что драконы умеют по правде, а что приписала им народная молва.
Задрав головы, мы с Ганом смотрели, как драконы пролетают мимо. Нам действительно повезло – место на крепостной стене, где мы находились, было совсем недалеко от площадки, на которую приземлялись драконы. Так что повелителей неба мы смогли рассмотреть во всей красе, они пролетели от нас буквально в паре сотне метров. Наездников, правда, видно не было – они сидели в сёдлах на шеях, углядеть их снизу никак не получалось.
– Ого! – не смог сдержать я эмоций, когда поднятый крыльями ветер дошёл до нас, чуть не сбив с ног.
– А то! – хвастливо подтвердил Ган, будто лично командовал драконом, создавшим воздушную волну, а не стоял с метлой в руке, которой чуть раньше подметал мусор.
Ещё с минуту я постоял, глядя в сторону драконьих башен, а затем, вздохнув, снова взял в руки тряпку. Драконы драконами, а стена сама себя не отмоет. Последняя тёмная буря была очень сильной, оставив множество следов. Вечером придёт проверяющий, если увидит грязь, лишит ужина. А если не в духе будет, велит плетей всыпать. Мне ещё ни разу не попадало, я работаю очень старательно, но вот другим периодически доставалось за их лень и расхлябанность. Даже девчонок-служанок не жалели. Правда, чтобы женщина получила плетей, она действительно должна была хорошенько накосячить. Мужчин и парней пороли за куда меньшие провинности. Но стоит отдать должное руководителю службы дворцовой обслуги – просто так никого не трогали и невыполнимых заданий не давали. Так что если хорошо работать и не попадаться на глаза аристократам, которым не надо попадаться, ничего тебе не грозит.
– Слушай, Ром, у меня тут идея появилась, – мой напарник воровато огляделся по сторонам. – Давай на всадниц поближе посмотрим?
– Чего?! – поразился я, а затем покрутил пальцев у виска, показывая своё отношение к идее приятеля. – Ты совсем уже того? На виселицу захотел? Забыл уже, что простолюдину за разглядывание благородных грозит, тем более женщин?
– Да не будет ничего, – убеждённо возразил Ган. – Это же не какие-нибудь там придворные дамы, а всадницы.
– Так что, они не женщины что ли, или не благородные? – сделал я ещё одну попытку образумить парня.
– Почему, очень даже благородные. Но всадницы же.
Видя, что подобное объяснение меня как-то не удовлетворило, Ган начал рассказывать подробно:
– Ну, вот смотри, ты видел когда-нибудь аристократов, которые обращают внимание на слуг?
– Да не особо. Они нас, по-моему, и за людей-то не считают. Если только какую-нибудь служанку покрасившее за задницу ущипнут или попользуют.
– Вот именно, за людей не считают. И это обычные аристократы, а тут – всадницы. Если просто благородные, покривившись, хоть как-то, но общаться с нами будут, если нужда припрёт, то для всадниц мы просто не существуем.
– В смысле, не существуем? Они слепые, что ли? – удивился я.
Может правда слепые? Если слепые, то понятно, почему на картинах их всегда в шлемах с закрытым забралом рисуют.
– Да не слепые, – рассердился Ган на мою непонятливость. – Видят получше других. Просто они – драконьи всадницы, сильнейшие воительницы империи. Им на обычных людей, на все эти земные дела, да и на простых благородных всё равно. Они летают на драконах, понимаешь? Единственные во всём мире. Если благородные нас презирают, то всадницы просто не замечают. Мы для них как будто стены или мебель какая-то. Ты же вот не замечаешь муравьёв, которые под ногами ползают. Ну, ползают и ползают, чего на них внимание обращать. Вот и они так же.
– И что, вот так просто на себя смотреть разрешают? – не поверил я.
– Именно! Для них подобные взгляды ничего не значат, они на них не реагируют. Это как если бы боги начали с базарными бабами ругаться. Какое ты после этого божество? Вот и всадницы такие же.
– И что, правда не расскажут никому и не пожалуются?
– В том-то и дело, что нет. Если не оскорблять их и не подходить близко, ничего не будет. Они никогда никому не жалуются.
– Ну не знаю… – с сомнением протянул я. – А как же они разбираются с теми, кто их оскорбляет, если никому не жалуются?
– Да где такого идиота найти, который всадниц будет оскорблять? – вытаращился на меня Ган. – За подобное они любого на месте убьют.
– Так уж и любого?
– Именно что любого. Сам император в таких случаях не вмешивается, – наставительно поднял указательный палец вверх мой приятель.
– Будет врать-то. А если они кого из герцогов захотят прикончить или вообще из императорской семьи? Император тоже будет стоять в стороне?
– Так герцоги не идиоты, чтобы на конфликт идти. Сами же всадницы просто так не убивают. Говорю же – им все эти герцоги, что муравьи для нас.
– Ну а вдруг это один из принцев будет? – не знаю почему, но мне хотелось подловить Гана на вранье. – Тоже скажешь, что император в стороне останется?
– Останется, – с убеждённость ответил Ган.
Затем ещё раз огляделся, приблизился ко мне и в полголоса начал рассказывать:
– Говорят, несколько сотен лет назад уже был такой случай. Наследный принц то ли скабрезности начал говорить, то ли приставать к одной из всадниц. При свидетелях. Они в ответ, конечно, попытались его убить. Да не получилось – принц убежать успел, пока они с его охраной разбирались. Тогда они, значит, к императору пришли и потребовали, чтобы он принца на главной площади казнил. И обязательно прилюдно. Тот подумал-подумал и отказался – всё же старший сын, наследник. Всадницам это не сильно понравилось и они уже на императора напали. А у того охрана посерьёзней, чем у принца. В общем, не удалось им его сразу прирезать. В итоге в завязавшейся битве четырёх всадниц таки убили, а оставшиеся успели добраться до драконов.
– И чего?
– И ничего, – хихикнул Ган. – Не стало больше ни императора, ни принца. Да и дворца не стало тоже, со всеми его обитателями.
– Это что же, несколько всадниц целый дворец развали?
– Ага. Нет, если бы император к обороне успел подготовиться, да ещё и магическую академию на свою сторону привлёк – вряд ли бы даже драконы помогли. Но времени у него не было, всё случилось очень быстро. Вот такая вот история. В тронном зале даже картина о тех событиях висит. Чтобы помнили, значит. Больше подобных ошибок никто не допускал. Да и потом – кто захочет драконов лишиться? Нас тогда Трамл сразу завоюет. Ну, может не сразу, но драконы очень большое преимущество ему дадут. В общем, не бойся ты их, уж кого-кого, а всадниц бояться не стоит. Так что, идём или нет?
Я мрачно посмотрел на довольную физиономию Гана. Вот же искуситель. Правильней, конечно, было бы оставаться на месте и продолжать работать, но уж больно хотелось посмотреть на этих знаменитых всадниц.
– Идём, – нехотя согласился я.
– Отлично. Пошли тогда, я тут дорожку одну знаю. Всадницы-то нам точно ничего не сделают, а вот если охране попадёмся, спросят, чего мы тут шляемся.
Захватив с собой тряпки, чтобы если что, быстренько прикинуться моющими пол слугами, мы отправились к драконьим башням. Ган действительно знал дорогу, очень ловко выбирая какие-то закоулки, переходы и лестницы, о существовании которых я и не подозревал. Без Гана я бы заблудился уже на втором повороте. Но мой приятель жил в замке уже несколько лет и прекрасно ориентировался, в отличие от меня, попавшего в столицу немногим более полугода назад.
Впрочем, и сам замок был велик. Это даже не замок был, а целый замковый город, в диаметре под три километра. Каждый император, а раньше король, стремился чего-нибудь, да пристроить к нему, делая ещё больше. Поэтому замок замком уже давно не называли, а говорили «Высокий город». И он действительно был высок, вдобавок к своим горизонтальным размерам.
Весь путь занял у нас минут семь-десять. Драконьи башни были от нас не так уж и далеко, но по прямой к ним мы пробраться не могли – везде стояла охрана, которой попадаться было нельзя. В конце концов, мы остановились на первом этаже какого-то здания. Даже не на этаже, а скорее на веранде, расположившись за одной из колонн.
– Хорошее место, – с удовольствием огляделся Ган. – Вон, видишь, мраморная дорога впереди? По ней обычно они и ходят от драконьих башен во внутренние помещения.
– А ближе нельзя? – спросил я. Видимость была отличная, но всё же до указанной парнем дороги было далековато.
– Нет, опасно. Мы и так уже близко к башням. Зона хоть и не запретная, но нечего рисковать просто так.
– Слушай, а это ничего, что мы вот так запросто подобрались к всадницам? А если бы вместо нас ассасины какие был?
– Ассасины? Ну, можно было бы их только пожалеть, – фыркнул Ган. – Я же тебе говорю – всадницы сильнейшие бойцы мира. У каждой магический амулет высшего круга, защиту которого даже архимаг сразу не пробьёт. Не забывай ещё, мы сейчас во внутренней части дворца, тут посторонних не бывает. Неоткуда убийцам взяться. Ну и о тропке этой мало кто знает. Я сам её случайно нашёл, когда завалы в одной из комнат разбирал.
Следующие несколько минут мы просто сидели за колоннами и ждали. Увы, никаких воительниц не наблюдалось.
– Эх, похоже, опоздали, – расстроено заявил мне приятель. – Надо было сразу идти, а не трепаться попусту. Когда теперь ещё подобный случай представится?
– Ладно, чего уж, – мне хоть и было немного жаль, что ничего не получилось, но в то же время я испытывал облегчение. Больно рискованное дело, как по мне – лезть в делааристократов, хотя Ган и уверял, что нам ничего не грозит. – Пойдём тогда?
– Пойдём, всё равно ничего не высидим.
Мы уже залазили обратно в коридор, когда я услышал лёгкий металлический стук снаружи.
– Ган, подожди, – сказал я. – Слушай, там кто-то идёт.
Парень остановился и прислушался. Затем расплылся в улыбке:
– Это они! Давай назад, быстро!
Кинувшись к покинутой было терассе, мы заняли прежние места. Стук приближался, теперь отчётливо было слышно, что он не един, а соткан из множества звуков удара железа о камень. К нам шёл небольшой отряд.
Всадницы появились внезапно. Я думал, они двинутся к нам от дальнего конца дороги, но эхо как-то по особенному хитро гуляло в том месте, что мы выбрали для наблюдения, из-за чего близкие звуки казались далёкими. Вместо того чтобы выйти в паре сотен метров от нас из-под арки, воительницы вышли в пятидесяти из одного из боковых поворотов.
Раньше я думал, что упавшая от удивления челюсть – это такой красивый оборот речи. Ну, правда, как челюсть может упасть? Поднявшиеся брови ещё ладно, но в остальном-то лицо можно контролировать? Оказалось, случаются моменты, когда нельзя. Ибо сейчас я представлял собой того самого человека, который разинув рот, поражён до предела.
А ещё я понял, почему Ган был так уверен, что всадницы нам ничего не сделают. Всё оказалось проще некуда. Солнцу действительно нет надобности обращать внимание на копошащихся где-то далеко внизу людей.
Их было девять. Девять воительниц, закованных в доспехи, каждый под цвет дракона, на которых они летали. Никаких попсовых бронелифчиков – доспехи закрывали девушек до самой головы и были боевой защитой, а не декоративным элементом. Если надеть шлем, который каждая всадница несла с собой, то получилась бы точная копия воительниц с картин из дворца.
Да вот только доспех этот делал всадниц прекрасней, чем самое красивое платьем. Эти девушки, а скорее молодые женщины, были созданы для него.
Помимо полной защиты, у них было и оружие. У двоих – посохи, которые обычно таскают маги. Ещё у троих – луки, причём не обычные охотничьи, а очень хитрые, с какими-то дополнительными элементами. Тройка обходилась мечами. Клинки покоились в ножнах, но по их внешнему виду можно было уверенно сказать, что они под стать хозяйкам. Ну и у одной за спиной висело копьё. Эта всадница была одета в чёрный воронёный доспех и шла впереди всех.
Я поднялся с пола, на котором до того лежал и пошёл вперёд. Не знаю, зачем – мозги отказали напрочь. Ган попытался было схватить меня за камзол и что-то сказал, но я его даже не услышал, шагая к девушкам. Со стороны я смотрелся очень нелепо, ведь тряпку, которой мыл стены, взял с собой. Так и шёл, держа в руке.
О чём я думал в этот момент? Да ни о чём. О чём может думать мотылёк, летящий на пламя свечи? О том, как хочется дотронуться до света, окунуться в него. Ну а что будет дальше уже всё равно.
Наверное, так бы и сгорел. Ган не обманул – всадницы действительно не обращали на меня никакого внимания, так что я беспрепятственно приблизился к ним, между нами оставалось метров десять, не больше. Не знаю, где проходила та невидимая черта, переступив которую, я был бы убит. Скорее всего, в паре шагов.
Прилетевший в спину камень ожёг резкой болью, заставив сбросить оцепенение и остановиться. Повернувшись, я непонимающе уставился на бледного Гана, вышедшего из-за колонны. В руке у него была ещё пара камней. Увидев, что я обернулся, он скорчил страшное лицо и я буквально прочёл по его губам слово «остановись». Это-то меня и спасло. Пока мы с Ганом смотрели друг на друга, всадницы прошли мимо. Когда я снова на них посмотрел, они уже были далеко. Постояв немного на месте, я пошёл обратно к приятелю.
